Управление финансами
документы

1. Акт выполненных работ
2. Акт скрытых работ
3. Бизнес-план примеры
4. Дефектная ведомость
5. Договор аренды
6. Договор дарения
7. Договор займа
8. Договор комиссии
9. Договор контрактации
10. Договор купли продажи
11. Договор лицензированный
12. Договор мены
13. Договор поставки
14. Договор ренты
15. Договор строительного подряда
16. Договор цессии
17. Коммерческое предложение
Управление финансами
егэ ЕГЭ 2017    Психологические тесты Интересные тесты   Изменения 2016 Изменения 2016
папка Главная » Юристу » Уголовное право

Уголовное право

Уголовное право

Для удобства изучения материала, статью разбиваем на темы:

Внимание!

Если Вам полезен
этот материал, то вы можете добавить его в закладку вашего браузера.

добавить в закладки

1. Понятие уголовного права
2. Уголовно процессуальное право
3. Уголовное право особенная часть
4. Преступление уголовное право
5. Уголовно-исполнительное право
6. Задачи уголовного права
7. Принципы уголовного права
8. Система уголовного права
9. Предмет уголовного права
10. Источники уголовного права
11. Нормы уголовного права
12. Метод уголовного права
13. Наказание в уголовном праве
14. Наука уголовного права
15. Международное уголовное право
16. Развитие уголовного права
17. Субъекты уголовного права
18. Признаки уголовного права
19. Проблемы уголовного права
20. Вина в уголовном праве
21. Содержание уголовного права
22. Функции уголовного права

Понятие уголовного права

Становление демократического российского государства позволяет строить нашу правовую систему на принципах, общепринятых в цивилизованных странах мира. Этот подход нашел закрепление в ч. 2 ст. 1 УК: «Настоящий Кодекс основывается на Конституции Российской Федерации и общепризнанных принципах и нормах международного права».

Российское уголовное право как отдельная отрасль права обладает всеми основными признаками, свойственными праву в целом. Прежде всего, это выражено в том, что уголовное право представляет собой систему норм, установленных государством. Эти нормы определяют наиболее опасные для существующего строя деяния, а также условия назначения мер наказания за их совершение.

Уголовное право, наряду с общими признаками, объединяющими его с другими отраслями права, обладает и своими специфическими чертами. Это своеобразие связано, прежде всего, с предметом, методом и задачами правового регулирования. Предметом уголовно-правовой охраны и регулирования выступают общественные отношения, возникающие в связи с совершением наиболее опасного правонарушения — преступления. Следовательно, факт совершения преступления является основанием для возникновения особых уголовно-правовых отношений между лицом и органами суда, прокуратуры, следствия, дознания, представляющими государство.

Лицо, виновное в совершении преступления, обязано претерпеть определенные лишения, неблагоприятные последствия, которые уголовный закон связывает с совершением преступления и которые в законе именуются наказанием.

Вместе с тем преступник обладает и определенными правами. Нормы уголовного права устанавливают, что к нему должна быть применена та статья УК, которая предусматривает ответственность за совершенное им общественно опасное деяние. При назначении наказания суд должен строго придерживаться определенных законом правил, учитывать обстоятельства, относящиеся и к деянию, и к личности подсудимого.

В то же время на названные органы власти возложена обязанность наказать лицо, виновное в совершении преступления. Для реализации этой обязанности они наделены правами осуществления всех предусмотренных законом действий для изобличения преступника. Таким образом, в содержание уголовно-правового отношения входят: субъекты (государство, представляемое соответствующими органами власти, и лицо, совершившее преступление); их юридические обязанности и субъективные права, а также повод возникновения самого отношения. Данный тип отношений регулируется только нормами уголовного права.

Особенности предмета предопределяют и специфику методов регулирования складывающихся отношений. Юридическим фактом (поводом) возникновения уголовно-правового отношения является совершение общественно опасного посягательства, при-чиняющего существенный вред интересам общества. Поэтому наиболее распространен метод запрета, т.е. запрещается совершение общественно опасного деяния (действия или бездействия) под угрозой применения мер государственного принуждения — уголовного наказания. С этим связан и такой метод уголовно-правового регулирования, как применение санкций уголовно-правовых норм. Специфика отмеченного метода обусловлена тем, что никакая другая отрасль права не предусматривает таких суровых последствий нарушения правового запрета. В силу этого применение уголовных санкций требует тщательной правовой регламентации. Наиболее характерные моменты этого требования выражены, во-первых, в том, что никакие другие правовые акты, кроме УК, не могут устанавливать преступность и наказуемость деяний. Во-вторых, предусмотрен строго определенный законом порядок установления самого юридического факта — совершения преступления (путем осуществления уголовно-процессуального производства специально уполномоченным на то следственным аппаратом). При этом вывод о виновности лица в совершении преступления и применении к нему наказания делается только судом.

В арсенале уголовного права находится также применение иных мер уголовно-правового характера за совершение преступления. Например, применение принудительных мер медицинского характера, использование принудительных мер воспитательного воздействия к несовершеннолетним.

Задачи уголовного права сформулированы в ст. 2 УК РФ: охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств.

Для осуществления этих задач УК закрепляет основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества и государства деяния являются преступлениями, устанавливает наказания и иные меры уголовно-право-вого характера, которые могут быть применены к лицам, совершившим преступления.

Анализ данной нормы показывает, что главной обобщающей задачей уголовного права является охрана общественных отношений от преступных посягательств. Серьезное значение закон придает задаче обеспечения мира и безопасности человечества. Важное место занимает задача предупреждения преступлений (общее и специальное предупреждение).

Общее предупреждение как составная часть профилактики преступных посягательств обеспечивается самим фактом установления уголовно-правового запрета. Общему предупреждению преступлений способствует и наличие в уголовном праве институтов необходимой обороны, крайней необходимости, обоснованного риска и других, обеспечивающих повышение социальной активности граждан в борьбе с преступными посягательствами.


Немаловажное значение имеет и воспитание граждан в духе соблюдения уголовных законов.

Специальное предупреждение достигается путем применения к лицам, совершившим преступление, ряда мер уголовного наказания, а также принудительных мер медицинского характера.

На основе анализа содержания предмета, метода, задач уголовно-правовой охраны и регулирования общественных отношений понятие уголовного права можно сформулировать следующим образом:

Это система установленных федеральным законодательным органом и выражающих волю народа правовых норм, которые определяют преступление и основание уголовной ответственности, виды и порядок назначения наказания и применения иных мер уголовно-правового характера, а также условия освобождения от уголовной ответственности и наказания.

Уголовно процессуальное право

Деятельность органов дознания, следователя, прокурора и суда по расследованию, судебному рассмотрению и разрешению уголовных дел носит публично-правовой характер. Преступление, как наиболее опасный вид правонарушений, причиняет личности, правам и свободам граждан, обществу, государству серьезный вред. Это обязывает полномочные органы государства принять все предусмотренные законом меры для охраны прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечения мира и безопасности человечества, а также предупреждения преступлений (ст. 18, 46 Конституции РФ, ст. 2 У К РФ, ч. 2 ст. 2 УПК РСФСР, ст. 1 Закона «О прокуратуре Российской Федерации»).

Реализация этих задач в уголовном процессе достигается путем возбуждения уголовного дела, быстрого и полного раскрытия преступления, уголовного преследования лиц, совершивших преступление, обвинения их перед судом, судебного рассмотрения и разрешения дела с тем, чтобы совершивший преступление был осужден и подвергнут справедливому наказанию или, в соответствии с уголовным законом, освобожден от ответственности или наказания. Уголовный процесс должен ограждать невиновного от привлечения к уголовной ответственности и осуждения, а в случае, когда такое имело место, обеспечивать его своевременную и полную реабилитацию.

Задачи быстрого раскрытия преступлений и изобличения виновных состоят в том, чтобы в предусмотренные законом сроки были установлены обстоятельства происшедшего преступления, выявлено лицо, его совершившее, собраны и проверены доказательства виновности обвиняемого и тем самым назначение виновному наказания приближено к моменту совершения преступления.

Обеспечение правильного применения закона заключается в строжайшем соблюдении и применении норм закона в ходе производства по делу. Лишь при этом условии открывается возможность подвергнуть виновного справедливому наказанию, соответ-ствующему характеру и степени общественной опасности преступления и личности виновного и оградить невиновного от неосновательного привлечения к уголовной ответственности и осуждения, ибо изобличить и наказать только виновного — значит не допустить привлечения к ответственности и осуждения невиновного (см. ч. 1 ст. 2 УПК, ч. 3 ст. 60 УК).

Основанная на законе и направляемая законом деятельность суда, прокурора, следователя, органов дознания образует основное содержание уголовного процесса. Деятельность этих органов государства имеет определяющее и организующее значение при расследовании и судебном рассмотрении уголовных дел. Государственные органы и должностные лица несут ответственность за законное производство по уголовному делу, законность принимаемых решений.

Указанная деятельность, однако, не исчерпывает содержания уголовного процесса. Уголовно-процессуальная деятельность слагается из системы процессуальных действий, в которых кроме органов государства (должностных лиц) участвуют лица, в том или ином процессуальном положении вовлекаемые в производство по делу. Для этого участия закон наделяет их процессуальными правами или обязывает к совершению конкретных действий. В одних случаях они совершают процессуальные действия в силу предоставленных им прав или возложенных на них обязанностей (возбуждают ходатайства, заявляют отводы, представляют доказательства, выступают в судебных прениях, обжалуют действия и решения государственных органов и т.д.), в других случаях привлекаются к участию в деле, например в качестве обвиняемого, участвуют в проводимых следственных действиях (допросах, осмотрах, следственных экспериментах и др.) или подвергаются мерам принуждения. В действиях, совершаемых органами, веду-щими уголовное производство по делу, лица, участвующие в деле, реализуют свои права. (Например, следователь по ходатайству обвиняемого или потерпевшего назначает проведение экспертизы.) Уголовно-процессуальная деятельность — это система процессуальных действий, совершаемых как органами государства, так и всеми участвующими в производстве по делу лицами.

Производство процессуальных действий связано с осуществлением государственными органами (должностными лицами) и участниками процессуальных действий своих прав и обязанностей, а, следовательно, они вступают между собой в определенные правоотношения, в данном случае в отношения, предусмотренные уголовно-процессуальным законом. Иного, кроме процессуально-правовых отношений, способа осуществления прав и обязанностей в уголовном процессе нет. Стало быть, уголовный процесс есть уголовно-процессуальная деятельность, регулируемая правом и, таким образом, реализуемая в уголовно-процессуальных правовых отношениях. Правоотношения всегда носят двусторонний или многосторонний характер и "в них реализация прав одного субъекта требует реализации обязанностей другого. Следовательно, уголовный процесс не может рассматриваться как деятельность долж-ностных лиц с односторонними властными полномочиями, т.е. уголовный процесс не должен превращать участвующих в деле лиц из полноправных субъектов уголовного процесса в объекты властных полномочий органов государства и снимать с последних ответственность за их действия перед человеком, гражданином.

Для уголовного процесса, далее, характерно то, что вся система процессуальных действий и каждое отдельное действие производятся в предусмотренном законом процессуальном порядке. Этот порядок (процессуальная процедура) обязателен для всех (ч. 4 ст. 1 УПК), так как обеспечивает законность производства по Делу, права, интересы и свободы лиц, участвующих в деле, создает гарантии обоснованности и справедливости принимаемых решений.

Таким образом, уголовный процесс — это осуществляемая в установленном законом порядке деятельность по расследованию, рассмотрению и разрешению судом уголовных дел, имеющая своей задачей обеспечить охрану прав и свобод человека и гражданина, общественного порядка и общественной безопасности, конституционного строя РФ от преступных посягательств. Эта задача уголовного процесса может быть выполнена при условии обеспечения соблюдения прав всех лиц, участвующих в уголовном процессе. Органы, ведущие уголовный процесс, должны строго соблюдать установленный правом порядок производства по делу с тем, чтобы совершивший преступление был изобличен и обоснованно осужден; невиновный в совершении преступления не был привлечен к уголовной ответственности и осужден; никто не подвергался незаконно мерам процессуального принуждения, другим ограничениям его прав и свобод.

Уголовное право особенная часть

Особенная часть уголовного права представляет собой относительно самостоятельную сферу в системе российского уголовного права. Ее самостоятельность определяется тем, что именно в нормах Особенной части непосредственно очерчивается круг уголовно наказуемых деяний, содержится перечень конкретных уголовно-правовых запретов и устанавливаются санкции за их нарушение.

Самостоятельность норм Особенной части относительна: они могут действовать лишь в неразрывном единстве с нормами Общей части. В нормах Общей части фиксируются основные, принципиальные, базовые положения уголовного права, которые в дальнейшем, преломляясь сквозь призму норм Особенной части, реализуются применительно к конкретным видам преступлений. В свою очередь именно в нормах Особенной части описаны детализирующие признаки определенных составов преступлений, а также виды и размеры наказаний, подлежащих применению к лицам, их совершившим. Но применить эти нормы на практике можно только на основе положений Общей части и в сочетании с ними. Особенно наглядно неразрывная связь Общей и Особенной части проявляется в случаях, когда преступная деятельность прервана на стадии приготовления (покушения), деяние совершено в соучастии или имеет место множественность преступных актов. Квалификация подобных деяний по статьям Особенной части УК без ссылок на соответствующие нормы Общей его части зачастую становится невозможной.

В нормах Особенной части «опредмечиваются» те идеи, которые заложены в положениях Общей части, в них материализуется берущий свое начало в положениях Общей части смысл уголовно-правового запрета. В результате единства и взаимодействия Общей и Особенной части уголовного права известная и неизбежная декларативность первой из них удачно компенсируется утилитарностью и широкой практической реализуемостью второй.

Вместе с тем предмет Особенной части уголовного права не ограничен лишь одними нормами-запретами. В него входят также и поощрительные нормы, имеющие своей целью стимулирование позитивного посткриминального поведения лица, совершившего преступление. К этим нормам, например, можно отнести примечание к ст. 126 УК (похищение человека), в котором говорится: «Лицо, добровольно освободившее похищенного, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления».

Кроме того, в Особенной части уголовного права имеются и такие нормы, в которых не содержатся признаки состава преступления, а лишь интерпретируются использованные в УК правовые категории. Так, в примечании 1 к ст. 201 УК дается определение лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации; в примечании к ст. 264 УК разъясняется понятие «других механических транспортных средств»; в ст. 331 УК раскрывается понятие преступлений против военной службы.

Последние два вида норм не отражают пока в полной мере специфики Особенной части уголовного права, ибо выполняют не охранительные, а регулятивные (нормы-определения) и даже в некотором смысле восстановительные (нормы-поощрения) функции. Однако увеличение числа таких норм в УК РФ 1996 г. свидетельствует о том, что законодателем взят курс на расширение функциональных возможностей уголовного права, на усиление его нерепрессивных начал. Более того, в специальной литературе высказываются предложения о дополнении УК РФ приложением, в котором в систематическом виде содержалось бы официальное толкование встречающихся в УК терминов. О принципиальной возможности такого решения свидетельствует опыт законодателей КНР, Испании, Японии, других стран.

Таким образом, Особенная часть уголовного права представляет собой систему норм, устанавливающих преступность и наказуемость конкретных видов общественно опасных деяний; предусматривающих условия и основания освобождения от уголовной ответственности и (или) наказания за совершение некоторых из них; раскрывающих содержание и смысл отдельных уголовно-правовых предписаний.

В нормах Особенной части уголовного права в наиболее концентрированном виде отражается специфика уголовно-правовой политики государства на данном этапе его исторического развития.

Характерной особенностью российской уголовно-правовой политики последних лет является тенденция к дифференциации уголовной репрессии. Одним из ее источников служит противоречивый процесс криминализации и декриминализации деяний, благодаря которому направление репрессии постоянно должно приводиться в соответствие с реалиями социальной действительности.

Анализ тенденций в развитии уголовного законодательства на протяжении последних 40 лет (включая и реформу УК РФ) позволяет установить следующую закономерность: резкое превалирование числа криминализированных деяний над декриминализированными. Так, в Особенной части УК РФ на сегодняшний день насчитывается 259 уголовно-правовых запретов, что на 54 нормы больше, чем в УК РСФСР на момент его принятия.

Обращает, правда, на себя внимание и тот факт, что декриминализация (весьма скромная по числу отмененных норм) коснулась в основном тех деяний, которые достаточно часто встречаются в реальной жизни: спекуляция, повторное мелкое хулиганство, самогоноварение, управление транспортным средством в состоянии опьянения и др. Поэтому объем фактически применяемой репрессии в этой части несколько сузился. В то же время нельзя не учитывать, что отмеченная тенденция наталкивается на целый ряд объективных препятствий в виде определенного состояния, структуры, динамики преступности, других негативный социальных явлений и поэтому Особенная часть уголовного права в этом направлении эволюционирует не так быстро, как того бы хотелось. С учетом анализа истории развития уголовного права можно сделать вывод, что уголовная репрессия в нормах Особенной части УК за последние 40 лет не только непрерывно расширялась, но и неуклонно ужесточалась.

В результате объективного и закономерного процесса постоянного развития, изменения и совершенствования социальных структур, появления новых видов общественных отношений возникает необходимость в уголовно-правовой защите некоторых из них. Установлением уголовной наказуемости деяний, могущих причинить вред вновь возникающим общественным отношениям, и обеспечивается такая защита. Отмеченная тенденция является отражением принципа динамизма в уголовном праве, который требует постоянного учета изменений в системе общественных отношений и своевременного отражения их в законе.

Сказанное, разумеется, не означает, что уголовно-правовая регламентация должна распространяться на все без исключения вновь возникающие общественные отношения. Ставить под защиту уголовного закона необходимо лишь наиболее важные и ценные из них и только тогда, когда такая защита не может быть обеспечена менее репрессивными средствами. Прав В. Н. Кудрявцев, который отмечает: «Уголовно-правовой запрет следует рассматривать как субсидиарный, — в том смысле, что наказание надо устанавливать в качестве последнего средства».

Потребность в уголовно-правовой защите новых общественных отношений возникает в силу разных причин. Толчком к установлению уголовно-правового запрета может послужить расширение конституционных прав и свобод граждан, требующее их соответствующей правовой, в том числе и уголовно-правовой защиты. Например, Конституция России 1993 г. в ч. 1 ст. 23 гарантировала гражданам неприкосновенность частной жизни, право на личную и семейную тайну. Вслед за этим в УК РФ 1996 г. появилась ст. 137 (нарушение неприкосновенности частной жизни).

Необходимость в уголовно-правовой регламентации может быть вызвана возникновением экстремальных условий (военная обстановка, обострение международной ситуации, экономические осложнения и т. д.). Как реакцию законодателя на обострение международной обстановки можно, по-видимому, расценивать установление Уголовным кодексом 1996 г. ответственности за нападение на лиц или учреждения, которые пользуются международной защитой (ст. 368 УК).

Потребность в уголовно-правовой защите может возникнуть и в связи с развитием научно-технической революции. Известно, что научно-технический прогресс приносит человечеству не одни лишь блага. Зачастую он сопровождается издержками технического и социального характера. Отрицательные последствия НТР могут быть нейтрализованы различными способами, в том числе и путем регламентации вновь возникающих общественных отношений в уголовном законе. Необходимость борьбы с негативными последствиями научно-технической революции уже породила такие системные образования, как группа транспортных преступлений, деяния, связанные с использованием радиоактивных веществ, некоторые преступные посягательства на природную среду, компьютерные преступления. В перспективе развитие науки и техники может вызвать постановку под защиту уголовного закона общественных отношений, например, в области медицины (клонирование людей), биологии (генная инженерия), психиатрии (модификация поведения).

Таким образом, на нынешнем этапе развития уголовно-правовой политики необходимость в принятии новых и расширении границ действующих уголовно-правовых норм полностью не исключена. Более того, данный процесс пока еще нужно рассматривать не как серию эпизодических мероприятий, а как определенную тенденцию. С учетом вышеизложенного можно сделать вывод, что необходимость расширения до известных пределов сферы уголовной ответственности вполне оправдана целым рядом причин.

А именно:

а) выявившимися на практике пробелами в уголовной наказуемости;
б) появлением новых общественных отношений, нуждающихся в уголовно-правовой защите, или новых общественно опасных деяний, требующих уголовно-правовой борьбы с ними;
в) международными соглашениями, в которых участвует Россия;
г) укреплением гарантий защиты конституционных прав и свобод;
д) целесообразностью выделения специальных составов из общих.

В зависимости от того, какая из причин оказала решающее воздействие на законодателя в процессе установления им уголовно-правового запрета, все вновь криминализированные деяния можно разделить на четыре группы. В первую группу входят деяния, криминализация которых вызвана необходимостью уголовно-правового регулирования относительно новых видов антиобщественного поведения, которые ранее либо не встречались в жизни вообще, либо совершались эпизодически. Однако в результате изменившейся обстановки, под воздействием различного рода факторов, степень общественной опасности таких деяний резко возросла, что потребовало уголовно-правовой борьбы с ними.

К ним относятся:

- терроризм (ст. 205);
- захват заложника (ст. 206);
- вандализм (ст. 214);
- неправомерный доступ к компьютерной информации (ст. 272) и др.

Вторую группу образуют:

- деяния, криминализированные в целях усиления гарантий охраны конституционных прав и свобод граждан; в последнее время такой криминализации подверглись нарушение равенства прав и свобод человека и гражданина (ст. 136);
- отказ в предоставлении гражданину информации (ст. 140) и др.

Третья группа деяний криминализирована как:

- результат обязательств, взятых на себя Россией по международным соглашениям: пиратство (ст. 227);
- производство или распространение оружия массового поражения (ст. 355);
- применение запрещенных средств и методов ведения войны (ст. 356).

Четвертую группу составляют:

- деяния, подвергшиеся криминализации в процессе дифференциации уголовного законодательства и выделения специальных составов из общих;
- преступления, предусмотренные ст. 295, 171, 215 УК РФ.

Процессу криминализации новых форм общественно опасного поведения должен соответствовать процесс декриминализации деяний, утративших ту степень общественной опасности, которая позволяла рассматривать их в качестве преступлений. Если этого не происходит, значит, либо нет оснований для декриминализации, либо они есть, но законодатель не решается освободить Уголовный кодекс от «отработавших свое» статей либо даже пополняет его новыми «квазипреступлениями».

Такие деяния, как:

- производство, приобретение, хранение, перевозка или сбыт немаркированных товаров и продукции (ст. 171 УК);
- незаконное использование товарного знака (ст. 180 УК);
- подделка или уничтожение идентификационного номера транспортного средства (ст. 326);
- изготовление, сбыт поддельных марок акцизного сбора, специальных марок или знаков соответствия либо их использование (ст. 327), совершенно безболезненно могли бы быть переведены из категории преступлений в разряд административных проступков.

Отказ от уголовной наказуемости подобных деяний позволил бы, во-первых, «разгрузить» уголовное законодательство от норм с крайне низкой эффективностью; во-вторых, привести меры борьбы с данными деяниями в соответствие с реальной степенью их общественной опасности; в-третьих, обеспечить более полную реализацию принципа неотвратимости ответственности. В качестве поучительного примера здесь можно привести опыт законодателя тех стран, в которых в последние годы исключены из числа преступных некоторые нетяжкие хозяйственные преступления, общественно опасное уклонение от работы, некоторые деяния против собственности, транспортные нарушения, аборты, легкие случаи нарушения неприкосновенности жилища, оскорбления личности и т. д. Российский законодатель на столь широкую декриминализацию пока не решается.

«Консервация» в уголовном законодательстве деяний с давно и явно отпавшими основаниями для их криминализации может быть результатом ряда причин. Одна из них кроется в отставании общественного сознания, в силу его известной традиционности и консервативности, от бытия. Уже сам по себе факт наказуемости деяния в глазах общественного мнения представляется достаточно веским аргументом против его декриминализации, поэтому отмена уголовной наказуемости требует более развернутой аргументации, чем криминализация деяния. Нередко на позицию законодателя оказывают соответствующее воздействие и предложения ученых-юристов, высказываемые ими dе lege ferenda, связанные с расширением сферы уголовной репрессии в форме расширения ответственности или усиления наказания. В бурном потоке уголовно-правового ригоризма нередко тонут голоса тех, кто выступает за декриминализацию отдельных деяний. Чрезмерное увлечение криминализационными процессами приводит к появлению целого ряда «псевдопреступлений» и порождает ситуации, когда правоохранительные органы «стреляют из пушек по воробьям».

Иногда недостаточно обоснованная криминализация признается самим законодателем неоправданной, и в дальнейшем скоропостижно принятая норма отменяется. Нечто подобное произошло с ч. 1 ст. 264 УК РФ, из которой Законом РФ было изъято упоминание о причинении крупного ущерба как признака состава преступления. В правосознании населения отмеченные законодательные метаморфозы могут восприниматься как разрешающий сигнал к совершению аналогичных (но еще запрещенных) деяний. Криминализация различных форм отклоняющегося поведения невысокой степени общественной опасности порождает ситуацию, о которой К. Маркс в свое время писал так: «Народ видит наказание, но не видит преступления, и именно потому, что он видит наказание там, где нет преступления, он перестает видеть преступление там, где есть наказание». Расчет в подобных случаях на общепревентивное действие уголовного закона оказывается, как правило, несостоятелен. Судебная практика к таким статьям применяет свое «противоядие», компенсируя отсутствие декриминализации неприменением этих норм. Неприменяемые на практике нормы получили в литературе название «мертвых».

Однако считать во всех случаях существование таких норм как «уязвимость» действующего уголовного законодательства было бы неправильным.

Действительно, некоторые уголовно-правовые нормы предусматривают ответственность за деяния, крайне редко встречающиеся в жизни. Но они могут служить гарантией соблюдения конституционных принципов и положений либо вытекать из международных соглашений, в которых участвует Россия (ст. 136, 137, 138, 139, 227, 253, 270 УК и др.). Неприменение данных норм на практике не может исключить право на существование их в законе. Круг уголовно-правовых норм с заведомо низкой применяемостью на практике в перспективе, видимо, будет даже расширяться. Вполне мыслимо установление уголовной ответственности за такие деяния, как нарушение правил полета космических кораблей, неоказание помощи в космическом пространстве, клонирование людей и т. д. Учитывая исключительно важный характер охраняемых общественных отношений, следует признать вполне оправданным стремление законодателя обеспечить как можно более полную защиту конституционных прав граждан, распространив ее и на те случаи, когда вероятность их нарушения является небольшой. Отсюда представляется обоснованным не только дальнейшее сохранение в уголовном законодательстве подобных норм, но и до известных пределов увеличение их числа.

Определенная часть «неработающих» норм содержит ответственность за деяния, довольно часто совершаемые в жизни, но остающиеся безнаказанными в судебной практике в силу трудностей их выявления и доказывания (ст. 121, 125, 143, ч. 1 ст. 215, ст. 265 УК и др.). Степень общественной опасности указанных преступлений еще настолько велика, что не позволяет ставить вопрос о переводе их в категорию проступков. Выходом из создавшегося положения может стать переориентация практики на более последовательное и строгое соблюдение принципа неотвратимости ответственности применительно к названным составам.

Наконец, имеется еще одна группа норм, неприменение которых обусловлено отпадением оснований для криминализации предусмотренных ими деяний при весьма высокой распространенности их в реальной действительности (ст. 171, 180, 327 УК). Разрыв между содержанием подобных запретов и реальными потребностями современного момента более чем очевиден. Он может быть преодолен только путем отмены уголовно-правовых норм, переставших соответствовать социальным ожиданиям. Сохранение в уголовном законодательстве таких норм неоправданно и даже вредно, ибо порождает у населения отношение к уголовному закону как к неприменяемому. Если верно, что практика — критерий истины, то следует признать и то, что массовое неприменение на практике отдельных уголовно-правовых норм означает их несостоятельность и криминализационную избыточность. На наш взгляд, преступления этой группы подлежат декриминализации. Чтобы такая декриминализация не создавала иллюзию безнаказанности, она может быть нейтрализована введением или усилением административной ответственности.

Дифференцированный подход к оценке неприменяемых на практике норм позволяет преодолеть еще встречающийся в литературе односторонний взгляд на такие нормы. Вполне очевидно, что не всегда наличие «практически неприменяемого закона есть определенное нарушение принципа экономии уголовной репрессии». В равной мере ошибочным ввиду чрезмерной категоричности следует признать и прямо противоположное суждение: «если норма не применяется, то значит, что уголовный закон выполняет свою роль, соответствует своему назначению». В идеале так оно и должно быть, но в реальной действительности так обстоят дела далеко не с каждой из неприменяемых норм.

Преступление уголовное право

Преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное УК под угрозой наказания. Только деяние (действие или бездействие), а не намерения, мысли может быть признано преступлением.

Деяние, чтобы стать преступлением, должно включать следующие признаки:

- общественную опасность;
- противоправность;
- виновность;
- наказуемость.

По содержанию этих признаков преступление отличается от иных видов правонарушений (гражданско-правовых деликтов, административных и дисциплинарных правонарушений).

Общественная опасность означает, что деяние причиняет или создает угрозу причинения вреда (физического, материального, морального) охраняемым уголовным законом отношениям. Количественной ее стороной называют степень, а качественной стороной - характер общественной опасности. В первую очередь именно по характеру и степени общественной опасности преступление отличается от других правонарушений.

В теории имеется мнение о том, что признак общественной опасности присущ только преступлению.

Противоправность означает запрещенность деяния уголовным законом.

Под виновностью следует понимать возможность признания преступным лишь деяния, совершенного умышленно или по неосторожности, а под наказуемостью - возможность назначения наказания за совершенное деяние.

Не является преступлением деяние, формально содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного УК, но в силу малозначительности не представляющего общественной опасности.

Общественная опасность называется материальным признаком преступления, а противоправность - формальным признаком преступления.

Преступление имеет социальную природу. Если в буржуазном уголовном праве основополагающим признаком преступления признается его формальный признак (противоправность), то советское уголовное право таким признаком считало материальный признак (общественную опасность). Действующий УК при определении преступления называет как материальный, так и формальный признаки, значит, оно может быть охарактеризовано как формально-материальное.

В зависимости от характера и степени общественной опасности деяния, предусмотренные УК, подразделяются на следующие категории:

- преступления небольшой тяжести;
- преступления средней тяжести;
- тяжкие преступления;
- особо тяжкие преступления.

Преступления небольшой тяжести - это умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное УК, не превышает 2 лет лишения свободы.

Преступления средней тяжести - это:

- умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное УК, не превышает 5 лет лишения свободы;
- неосторожные деяния с максимальным наказанием за их совершение более 2 лет лишения свободы.

Тяжкие преступления - умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное УК, не превышает 10 лет лишения свободы.

Особо тяжкие преступления - умышленные деяния, за совершение которых в УК предусмотрено лишение свободы на срок свыше 10 лет или более строгое наказание.

Категории преступления учитываются при решении вопросов назначения наказания, освобождение от уголовной ответственности и наказания и т.д.

Уголовно-исполнительное право

В основе формирования и развития правовой системы государства, различных отраслей законодательства, правовых форм и направлений его деятельности находится политика, отражающая принципы, стратегию, основные направления и формы достижения социальных целей, которые ставит перед собой общество, политические и властные структуры, его представляющие. В ст.7 Конституции Российской Федерации закреплены в общей форме цели этой политики, согласно которой “Российская Федерация – социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека”. Общая цель социальной политики имеет сложную иерархию, которая зависит от характера и направленности многосторонней деятельности государства и его органов по ее реализации.

Одно из таких направлений – политика в сфере борьбы с преступностью. Она должна выражать интересы граждан России и обеспечивать защиту их прав и законных интересов от преступных посягательств, а также основные направления, принципы, формы и методы контроля государства за преступностью. В соответствии со ст.2 Конституции Российской Федерации “человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства ”.

Наиболее тесная взаимосвязь существует между уголовно-правовой и уголовно-исполнительной политикой, поскольку последняя выделилась из уголовной политики. Уголовно-правовая политика определяет уголовно-правовые меры воздействия на преступность: уголовную ответственность, ее основания, дифференцию и индивидуализацию деяний, пенализацию и депенализацию ответственности, цели, систему и виды наказаний, их содержание, а также освобождение от наказания. Уголовно-исполнительная политика имеет более узкое содержание: она определяет цели, принципы, стратегию, направление деятельности государства, ее основные формы и методы при исполнении наказания.

Политика в сфере исполнения наказания вместе с тем оказывает влияние на уголовную политику. Это относится, прежде всего, к определению системы наказаний и отдельных ее видов, к практике назначения наказаний. В конечном итоге политика в рассматриваемой сфере влияет на политику в области борьбы с преступностью в целом, в частности на принятие решений по профилактике рецидивной преступности, преступности несовершеннолетних и женской преступности, а также адаптации лиц, отбывших наказание, и оказание им помощи.

Уголовно-исполнительная политика определяет цели и задачи, принципы и основные направления, формы и методы деятельности государства по обеспечению исполнения наказания, исправлению осужденных и предупреждению совершения ими новых преступлении. Цели и принципы политики в указанной области наиболее стабильны, так как базируются на выработанных международным сообществом положениях об обращении с осужденными, закрепленными в соответствующих международных актах и Конституции Российской Федерации. Это вытекает, прежде всего, из п.4 ст.15 Конституции Российской Федерации, согласно которому “общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы”. Цели и принципы политики в сфере исполнения наказания реализуются в соответствующей отрасли права - уголовно-исполнительного права.

Уголовно-исполнительную политику определяет комплекс социальных факторов. К основным из них можно отнести социально-политическое и экономическое состояние общества, господствующие в нем нравственные ценности и правовые представления, структуру и динамику преступности в стране, требования международных актов о правах человека и обращении с осужденными, деятельность международных организаций, развитие общественных наук.

Социально-политическое благополучие общества, четкость политических целей, которые ставит перед собой государство, последовательная их реализация исполнительной властью, стабильность развития, отсутствие крупномасштабных социальных конфликтов создают благоприятные условия успешной реализации целей и принципов политики в сфере исполнения наказания. Напротив, дестабилизация социально-политической обстановки, неясность и противоречивость целей общественного развития. Социальная напряженность и социальные конфликты оказывают деструктивное влияние на формирование и реализацию политики в сфере исполнения наказания.

Политика в сфере исполнения наказания зависит во многом от нравственного состояния общества, от уровня его правового сознания. С обострением социальных отношений ослабевают нравственные устои общества, а это ведет к обострению противоречий между людьми, формирует негативные взгляды на осужденных, что неизбежно отрицательно влияет на формирование уголовно-исполнительной политики. Она становится более жесткой, а ее цели и принципы практически не реализуются.

Непосредственное влияние на уголовно-исполнительную политику оказывает экономическое состояние общества. Экономически сильное государство может ставить более высокие цели, делать стратегию фундаментальной, а основные формы и методы ее реализации не зависят от политических факторов и конъюнктуры. Оно способно создать материальную базу для успешного выполнения стоящих перед ней целей, что совершено не возможно в условиях экономического кризиса и обнищания населения. Не случайно в Минимальных стандартных правилах обращения с осужденными, в Предварительных замечаниях подчеркнуто: “принимаю во внимание разнообразие юридических, социальных, экономических условий, ясно, что не все эти правила можно применять повсеместно и одновременно”. Поэтому при формировании стратегии уголовно-исполнительной политики необходимо базироваться на экономически обоснованных средствах ее реализации.

Еще один фактор, влияющий на формирование и развитие уголовно-исполнительной политики, оказывает состояние преступности. При стабильном уровне преступности или ее снижении политика в данной сфере, как правило, более гуманна. Однако рост преступлений, а особенно в последние годы, рост тяжких и прежде всего насильственных преступлений, негативно влияет на нравственные и правовые представления в обществе, стимулирует более жесткие политические и правовые решения.

Различными отраслями науки, исследовавшими проблемы исполнения наказания (криминология, уголовное право, прежде всего, теория наказания, уголовно-исполнительное право) и исправления осужденных (исправительная психология и педагогика) были сформулированы цели, принципы, основные формы и методы обращения с осужденными, особенно к лишению свободы. Они нашли отражение в законодательных актах, определяющих политику в сфере исполнения уголовного наказания, хотя и не всегда реализовывались.

Субъектами формирования политики в сфере исполнения наказаний являются Президент и Федеральное Собрание Российской Федерации.

Так, согласно ч. 3 ст. 80 Конституции Российской Федерации Президент определяет основные направления внутренней политики государства. Политика в сфере борьбы с преступностью (часть которой есть политика в области исполнения наказания) представляет собой составную часть внутренней политики государства.

Федеральное Собрание РФ, принимая соответствующие законы, в том числе уголовные и уголовно-исполнительные. акты амнистии и т. д., рассматривая вопросы борьбы с преступностью, тем самым оказывает влияние на формирование политики в сфере исполнения уголовного наказания. Все иные органы государственной власти и управления Российской Федерации, а также субъектов Российской Федерации лишь реализуют ее в своей деятельности.

Уголовно-исполнительная политика закрепляется в различных формах, и прежде всего, в уголовно-исполнительном законодательстве. В настоящее время она закреплена в Уголовно-исполнительном кодексе (УИК), а также в иных федеральных законах и нормативных правовых актах — постановлениях Правительства РФ по вопросам, связанным с исполнением наказания (питание осужденных, медицинское и бытовое их обеспечение). Уголовно-исполнительная политика одновременно реализуется в деятельности соответствующих государственных органов - уголовно-исполнительной системы Минюста России", департамента судебных приставов, органов управления военными уголовно-исполнительными учреждениями, а также непосредственно в деятельности учреждений и органов, на которые законом возложено исполнение уголовного наказания.

Реализация политики в данной социальной сфере возложена и на иные органы государства. Согласно ст. 4 Закона РФ “Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы” органы государственной власти и управления субъектов Федерации входят с предложением или дают согласие на создание и ликвидацию учреждений, исполняющих наказания; оказывают содействие в комплектовании квалифицированными кадрами персонала этих учреждений; создают условия для их деятельности и привлечения осужденных к труду.

Задачи уголовного права

Уголовное право исторически возникло как реакция общества и государства на преступление, т.е. деяние, наиболее опасное для интересов личности, общества и государства.

Оно возникло, чтобы защитить их своими специфическими средствами. Общей задачей уголовного права признается замедление темпов роста преступности, стабилизация ее уровня, удержание в контролируемых государством рамках.

Основной конкретной задачей уголовного права является охранительная задача. Исходя из ст. 2 УК РФ в нее входят: “охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества”.

В соответствии с той же ст. 2 УК РФ уголовный закон выдвигает и другую конкретную задачу – “предупреждение преступлений”. Поэтому другой задачей уголовного права является предупредительная задача.

Говоря о предупредительной задаче, можно выделить два ее аспекта:

Во-первых, - это общая превенция уголовного закона, т.е. предупреждение совершения преступлений всеми гражданами под воздействием уголовного запрета.

Вторым аспектом является частная превенция уголовного закона. Под ней понимается предупреждение совершения новых преступлений лицами, уже совершившими какие-либо преступления. Решение этой задачи достигается путем применения к ним мер уголовного наказания либо принудительных мер медицинского характера или мер воспитательного воздействия.

Задачи уголовного права реализуются через уголовную политику государства в области борьбы с преступностью. Уголовная политика – это составная часть внутренней политики государства. Под ней понимается комплекс принципов и направлений, форм и методов борьбы с преступностью, основывающихся на уголовном праве.

Уголовная политика определяет:

- основные принципы и положения по борьбе с преступностью;
- круг деяний, признаваемых преступными;
- перечень деяний, подлежащих декриминализации;
- характер наказуемости деяний;
- основания и условия освобождения от уголовной ответственности.

Кроме того, уголовная политика:

- готовит базу для приведения законодательства в соответствие с политическим устройством и криминальной ситуацией в стране;
- реализует уголовное законодательство через органы уголовной юстиции.

Эта политика, в свою очередь, реализуется через правотворчество и правоприменение.

Принципы уголовного права

Задачи, стоящие перед уголовным правом, могут решаться только тогда, когда все участники правообеспечительного процесса соблюдают одни и те же принципы, которые соответствуют целям государства в сфере борьбы с преступностью. Если цель декларируется одна, а принципы исповедуются совсем иные, то рассчитывать на какие-то успехи и достижения нельзя изначально. Таким образом, правильное определение принципов, и тем более правильное закрепление их в законе, — это не простой юридико-технический акт и не простое заявление законодателем своей политической позиции. За этим стоит значительно большее: возможность эффективного действия уголовного закона, его реальное влияние на динамику и уровень снижения преступности.

Принцип в любой теории — основное, исходное, начальное положение самой этой теории, на которой строится все остальное теоретическое «здание». Уголовно-правовые принципы — это основополагающие установки и предписания, на которых основывается уголовное право. Эти требования обращены к законотворческой и правоприменительной деятельности, к поведению граждан.

Принципы уголовного права не могут формулироваться законодателем Произвольно, исходя из сиюминутных настроений или политических пристрастий. Принцип любой отрасли права — это объективно-субъективная категория, которая обусловлена историческими, экономическими, социальными, политическими и нравственными закономерностями развития и функционирования общества и государства, общественно-экономической формации в целом.

Для уголовного права это означает, что законодатель, формулируя принципы уголовного права, должен реально оценивать состояние, динамику и уровень развития преступности, экономические и материальные возможности общества по обеспечению надлежащего функционирования органов уголовной юстиции, уровень толерантности (терпимости) в обществе к антисоциальным проявлениям и уровень нравственного развития общества (допустимость пыток, смертной казни, членовредительских наказаний, пожизненного лишения свободы, каторжных работ и т.д.), а также уровень социальных ожиданий, существующих в обществе по отношению к деятельности государства. Иными словами, законодатель, формулируя принципы уголовного права, должен реально и объективно представлять себе то общество, в котором он живет, и где будет действовать создаваемый им закон.

Интегративная характеристика принципов уголовного права позволяет выделить следующие присущие им признаки:

1. принцип уголовного права — базовое, начальное положение уголовного права, на котором покоится все остальное;
2. принцип уголовного права — обязательное для всех граждан и организаций требование в сфере борьбы с преступностью;
3. принцип уголовного права — сквозное требование, пронизывающее все институты и нормы уголовного права;
4. принцип уголовного права всегда имеет устойчивый характер и не подвержен временным изменениям обстановки даже чрезвычайного характера (военное или чрезвычайное положение, взрывной рост преступности, массовые беспорядки и пр.);
5. принцип уголовного права обязательно получает в той или иной форме юридическое выражение в уголовном законе. В противном случае он перестает быть собственно правовым. Последнее весьма важно, так как после закрепления в законе полностью меняется природа принципов, они становятся неотъемлемой составной частью правовой материи, поэтому подходить к этому нужно с большой осторожностью.

До 1991 г. принципы рассматривались исключительно как доктринальная категория, поскольку они не были прописаны в уголовном законе. В 1991 г. союзный законодатель впервые закрепил в ст. 2 Основ уголовного законодательства Союза ССР и республик 8 принципов: законность, равенство граждан перед законом, неотвратимость ответственности, личная и виновная ответственность, справедливость, демократизм и гуманизм. Принципы в Основах декларировались, но их содержание не раскрывалось.

Уголовный кодекс Российской Федерации 1996 г. впервые в законодательной практике не только закрепил 5 принципов в законе, но и сделал попытку раскрыть конкретно содержание каждого из них (ст. 3-7 УК). Таким образом, сложнейшая теоретическая проблема получила законодательное воплощение. Вместе с тем такое решение представляется не достаточно удачным по следующим причинам. Во-первых, почему в УК закреплено именно 5 принципов, а не 8, как было в Основах, или не 20, как предлагали некоторые теоретики? Во-вторых, почему другие страны СНГ только «слегка» восприняли эту идею, а в странах дальнего зарубежья до сих пор вообще нет законодательного закрепления принципов, и тем более законодательного наполнения их содержания? Наконец, почему в условиях попытки построения демократического общества принцип демократизма исчез из закона?

Следует также помнить, что Модельный Уголовный кодекс для стран — участниц СНГ (т.е. рекомендательный законодательный акт, принятый Межпарламентской ассамблеей стран СНГ) устанавливает 7 принципов и при этом говорит о принципах уголовного кодекса и уголовной ответственности, что методологически более верно. Присутствие принципов в Модельном законодательном акте, являющемся, в определенном смысле слова, отправной точкой для разработки национальных правовых актов, вполне оправданно.

Принцип законности означает, что преступность деяния и его наказуемость, а равно иные уголовно-правовые последствия совершенного деяния определяются только УК РФ. Никакого применения уголовного закона по аналогии не допускается.

Таким образом, никакой иной федеральный закон, и тем более закон субъекта Федерации, не может устанавливать преступность и наказуемость деяния. Никакие нормы международного права не действуют в сфере уголовного права на территории Российской Федерации до тех пор, пока они не инкорпорированы соответствующим образом в УК РФ. Это не противоречит, как иногда ошибочно полагают, требованиям ч. 2 ст. 1 УК, где сказано, что «настоящий Кодекс основывается на Конституции Российской Федерации и общепризнанных принципах и нормах международного права», по той простой причине, что сама Конституция в ч. 2 ст. 4 устанавливает свое верховенство и верховенство федеральных законов на всей территории Российской Федерации.

Вместе с тем следует отметить, что законодатель необоснованно урезал содержание принципа законности, сведя его только к установлению преступности и наказуемости деяния. Надлежащее правоприменение, основу которого составляет правильная квалификация деяния, где каждый конкретный признак каждого преступления должен соответствовать его законов дательному определению, является неотъемлемой составляющей законности. Можно указать также на внутреннее противоречие Уголовного кодекса.

Постулируя, что преступность и наказуемость деяния определяются только УК и никто не вправе подменять собой УК, законодатель отступает от этого правила. Так, п. 2 примечания к ст. 201 УК гласит: «Если деяние, предусмотренное настоящей статьей либо иными статьями настоящей главы, причинило вред Интересам исключительно коммерческой организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием, уголовное преследование осуществляется по заявлению этой организации или с ее согласия».

Данное положение находится в прямом противоречии с требованием ч. 2 ст. 8 Конституции РФ, гарантирующей равную защиту всех форм собственности. Никто не вправе произвольно заменять публичный характер уголовного преследования частным, тем более тогда, когда речь идет не об интересах частных лиц, а об интересах юридического лица, что полностью меняет юридическую природу принимаемого решения.

Принцип законности является общеправовым принципом, и поэтому он направлен на защиту интересов личности, общества и государства. Некоторые авторы ошибочно полагают, что этот принцип направлен только на охрану интересов личности, поскольку уголовной ответственности по нашему УК подлежат только физические лица. Это не так, поскольку уже при конструировании диспозиций тех или иных преступлений законодатель исходит из необходимости защиты интересов общества и государства. Другое дело, если рассматривать принцип законности только в срезе уголовной ответственности, что является всего лишь маленьким сегментом проявления и применения этого принципа, — тогда, действительно, речь следует вести только об охране прав личности.

Принцип законности проявляется также в установлении границ судейского усмотрения. Так, в теории и на практике долгие десятилетия шли споры на тему о том, есть ли у осужденного право требовать условно-досрочного освобождения при наступлении условий, описанных в законе, и корреспондирует ли этому праву соответствующая обязанность суда применить условно-досрочное освобождение при установлении условий, предусмотренных законом. Такие споры имели место, поскольку закон говорил о том, что лицо может быть условно-досрочно освобождено.

После изменений, внесенных в УК Федеральным законом № 162-ФЗ, почва для подобных споров исчезла, так как законодатель использовал в ст. 79 УК оборот «подлежит условно-досрочному освобождению». Следовательно, у осужденных появилось право требовать такого освобождения, а у суда — соответствующая обязанность применить такое освобождение при наличии всех предусмотренных законом условий.

Принцип равенства граждан перед законом выражается в том, что все лица, совершившие преступления, равны перед законом и подлежат уголовной ответственности независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств.

Сразу обращает на себя внимание лексическое несоответствие заголовка ст. 4 УК, где говорится о «гражданах», и текста статьи, в которой речь идет уже о «лицах, совершивших преступления». Между тем и граждане, не совершавшие преступлений, так же равны перед законом при защите своих нарушенных преступлением прав, при даче свидетельских показаний, при выступлении в качестве эксперта и т.д. Во всех этих случаях не может быть никакой дискриминации. Таким образом, в данном случае уголовный закон должен быть истолкован расширительно, что, строго говоря, применительно к уголовному закону является маложелательным действием.

Уголовный закон для всех един, и все равны перед уголовным законом. Любое лицо, совершившее преступление, должно быть привлечено к уголовной ответственности, т.е. речь идет о единых основаниях привлечения к уголовной ответственности. Другое дело, что процедура привлечения к уголовной ответственности некоторых категорий лиц имеет свои особенности по сравнению с общепринятой. Президент Российской Федерации, депутаты Государственной Думы РФ и члены Совета Федерации РФ, судьи, прокуроры и ряд других категорий граждан имеют иной порядок привлечения к уголовной ответственности, что специально прописано в Конституции и в федеральных законах.

Процедурные сложности не колеблют принципа материального права, но затрудняют его реализацию, что в свою очередь имеет свои социально-политические причины. Такие процедурные особенности при привлечении к уголовной ответственности отдельных категорий граждан имеются во всех странах, но круг лиц, не могущих быть привлеченными к уголовной ответственности на общих основаниях, различен.

В новейшей историй России была попытка привлечения к уголовной ответственности Президента Российской Федерации в 1999 г., которая в соответствии с законом не вышла из стен Государственной Думы. Это только подтверждает общее правило, что все равны перед законом. Вопрос же реализации этого правила — уже совсем другой вопрос.

Принцип вины заключается в том, что лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина. Объективное вменение, т.е. уголовная ответственность без вины, не допускается. Объективное вменение — это ответственность за не совершенное лицом общественно опасное деяние и за не причиненные им общественно опасные последствия.

Закон говорит о недопустимости объективного вменения, но ничего не говорит о субъективном вменении. Отсюда можно сделать вывод, что субъективное вменение допускается. Однако под субъективным вменением в теории уголовного права долгие годы понималась уголовная ответственность за намерение совершить общественно опасные действия (бездействие) при отсутствии реальных физических попыток совершения таких действий (бездействия) и отсутствии общественно опасных последствий. Наказание «за мысли» также не допускается, значит, не допускается и субъективное вменение. Попытка свести субъективно вменение к личной ответственности есть, по сути дела, подмена одного понятия другим, что ничего не дает для уяснения уголовно-правовой материи.

Вменение должно быть всегда законным и обоснованным. Отсюда с необходимостью следует вывод, что принцип вины, как он сформулирован в законе, не может быть уяснен без исследования основания уголовной ответственности. Тогда все вопросы об объективном и субъективном вменении отпадут.

Таким образом, уголовной ответственности подлежат только лица, которые по умыслу или по неосторожности причинили вред охраняемым законом общественным отношениям. Невиновное причинение вреда уголовной ответственности не несет, что не исключает в ряде случаев наступления гражданско-правовой ответственности.

Принцип справедливости имеет два аспекта: правоустановительный и правоприменительный. Правоустановительный аспект означает, что уже при криминализации деяний законодатель учитывает исторические и социальные традиции и обычаи народа, моральные категории, господствующие в обществе, социально-политические требования момента. Справедливым и эффективным будет только социально обусловленный закон. Не нужно только путать социальную обусловленность закона и обывательское представление о необходимости тотальной криминализации, столь широко распространенное в обществе.

Когда во Франции 200 с лишним лет назад отменили виселицу и ввели гильотину, что было сделано по требованию народа, в целях установления равенства, ибо до того момента казнь через отсечение головы была исключительной прерогативой высших слоев общества, то народ тут же стал требовать: «Верните виселицу! Нам ничего не видно!»

Правоприменительный аспект означает, что наказание должно быть назначено справедливое, в зависимости от степени и характера совершенного деяния, личности виновного и иных обстоятельств дела. Важное значение при реализации этого принципа приобретает вопрос о мере наказания. Проблема дифференциации и индивидуализации наказания не исчерпывает всей глубины проблемы меры наказания в силу того, что философское, диалектическое понимание меры не может быть сведено к механическому дифференцированию и субъективной индивидуализации. Недаром в дореволюционном уголовном законодательстве содержались большие разделы о мере наказания.

Принцип справедливости проявляется также в том, что ни одно лицо не может быть дважды наказано за одно и то же преступление.

Принцип гуманизма выражается в том, что человек как высшая ценность охраняется всей системой уголовного права. Часть 1 ст. 7 УК так и сформулирована: «Уголовное законодательство Российской Федерации обеспечивает безопасность человека». Разумеется, в значительной мере это всего лишь декларация, так как не только уголовное право как один из инструментов государственной политики, но и все государство в целом не может сегодня обеспечить безопасность человека и даже свою собственную безопасность.

Производным от этого положения является требование ч. 2 ст. 7: «Наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, не могут иметь своей целью причинение физических страданий или унижение человеческого достоинства». Именно поэтому нет и не может быть членовредительских наказаний и наказаний, направленных на причинение осужденному особых физических страданий. В то же время само по себе наказание объективно несет всякому нормальному человеку страдания, в том числе и физические, что связано с ограничением свободы и лишением человека нормального общения, в том числе и с лицами противоположного пола. Это противоречие находится в границах философского закона единства и борьбы противоположностей: наказание отрицает свободу, чтобы человек стремился к свободе и больше ее ценил.

Гуманизм не означает необоснованный либерализм, и всепрощенчество, как это иногда примитивно толкуется в общественном сознании. Гуманность должна проявляться с учетом интересов и потерпевших. Поэтому за тяжкие преступления и в отношении лиц, допускающих рецидив преступлений, должны назначаться суровые наказания, а в случае изменения поведения осужденного в лучшую сторону к нему должны применяться посткриминальные поощрительные нормы (ст. 75,76, примечания к ст. 126,206,222 УК и т.д.). Существование в уголовном праве института поощрительных норм является ярким проявлением принципа гуманизма.

Принципы уголовного права представляют собой открытую систему и действуют совместно, вне отрыва друг от друга. Нельзя провести четкую грань, где заканчивается действие одного принципа и начинается действие другого. Строго говоря, все они в той или иной степени являются производными от принципов законности и справедливости, что, по большому счету, и с точки зрения этимологии этих слов одно и то же.

Реализация принципов уголовного права происходит в повседневной правоприменительной деятельности. Процесс этот незаметный, так как не находит прямого отражения в процессуальных документах, но он проявляется по-другому: в качестве принимаемых решений, в принятии или отторжении выносимых приговоров и иных процессуальных решений народом, в доверии или недоверии к правоохранительным органам в целом.

Система уголовного права

Система — это целое, составленное из частей, образующих определенную целостность, единство. Современному этапу законотворчества, а равно законодательной технике характерен системный подход, который позволяет обеспечить наиболее полное регу-лирование соответствующих общественных отношений. Систему уголовного права России на современном этапе характеризуют две важнейшие отличительные черты. Во-первых, она основана на общих принципах и нормах международного права (ч. 2 ст. 1 УК), во-вторых, построена от начала до конца в соответствии с принципами и системой социальных ценностей, провозглашенных Конституцией РФ.

Российское уголовное право как отрасль права и как учебная дисциплина подразделена на Общую и Особенную части (аналогично строению УК РФ). Общая и Особенная части изучаются последовательно, раздельно, но, тем не менее, они существуют в неразрывном единстве.

Правильно понять и оценить положения Особенной части, применить ее нормы невозможно, не обратившись к положениям Общей части уголовного права.

Общая часть российского уголовного права изучает понятие, задачи, принципы уголовного права, его место в системе права и соотношение с иными отраслями российского права. Специально в ней выделяются вопросы, связанные с понятием науки уголовного права и ее основных категорий, задач и путей развития, а также уголовной политики и ее главных направлений. Немаловажное значение имеет характеристика уголовного закона, анализ вопросов, связанных с его понятием, ролью в борьбе с преступностью, действием закона во времени и пространстве, строением уголовно-правовых норм, толкованием закона.

Особое место при изучении Общей части занимает рассмотрение проблем уголовной ответственности и ее оснований, наиболее важных и сложных положений, категорий, относящихся к преступлению.

Особое социально-политическое и юридическое значение придается:

- понятию и признакам преступления;
- составу преступления, его структуре и роли для определения основания уголовной ответственности и правильной квалификации преступлений;
- вине;
- субъекту преступления.

Важное место занимает:

- изучение обстоятельств, исключающих преступность деяния необходимая оборона;
- причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление;
- крайняя необходимость;
- физическое и психическое принуждение;
- обоснованный риск; исполнение приказа;
- понятия неоконченного преступления, соучастия, неоднократности, совокупности и рецидива преступлений.

Общая часть уголовного права изучает также:

- понятие и цели уголовного наказания (восстановление социальной справедливос-ти, исправление осужденного, предупреждение новых преступлений);
- место и роль общих начал назначения наказания, институт условного осуждения;
- вопросы освобождения от уголовной ответственности и от наказания в связи с деятельным раскаянием, примирением с потерпевшим;
- изменением обстановки;
- с истечением сроков давности;
- амнистией, помилованием и др.

Особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних:

- виды наказания и назначение его несовершеннолетнему;
- применение принудительных мер воспитательного воздействия;
- условно-досрочное освобождение;
- сроки давности и т.д.

Принудительные меры медицинского характера:

- основания, цели и порядок их применения к лицам, страдающим психическим расстройством, помещения в психиатрический стационар, зачет времени применения принудительных мер медицинского характера.

Кроме того, в Общей части уголовного права рассматриваются история и состояние, принципы, а также важнейшие институты уголовного права зарубежных стран.

Особенная часть уголовного права изучает конкретные преступления по их родам и видам:

- преступления против жизни, здоровья личности; против свободы, чести и достоинства личности;
- против половой неприкосновенности и половой свободы личности;
- против конституционных прав и свобод человека и гражданина;
- против семьи и несовершеннолетних;
- против собственности;
- преступления в сфере экономической деятельности; против интересов службы в коммерческих и иных организациях;
- против общественной безопасности;
- против здоровья населения и общественной нравственности;
- экологические преступления;
- против безопасности движения и эксплуатации транспорта;
- преступления в сфере компьютерной информации;
- против основ конституционного строя и безопасности государства;
- против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления;
- против правосудия;
- против порядка управления;
- против военной службы;
- против мира и безопасности человечества.

Общая и Особенная части уголовного права органически взаимосвязаны, представляя уголовное право как единую систему. Не обращаясь к Общей части, нельзя определить конкретный вид преступления, предусмотренный Особенной частью, правильно осуществить квалификацию. Без знания сущности, целей уголовного наказания, принципов и общих начал его назначения невозможно применение отдельных видов наказания за совершение конкретных общественно опасных посягательств.

Уголовное право по своей природе, сфере действия, целям близко соприкасается с другими отраслями права. Вместе с тем оно отличается от них по предмету, методу и задачам. Материальным критерием этого отличия является характер и степень общественной опасности деяния, попадающего в сферу воздействия норм той или иной отрасли права. При незначительной опасности проступка государство считает достаточным принять меры для восстановления нарушенного права. Когда же опасность посягательств на охраняемые общественные отношения настолько велика, что они причиняют или создают угрозу причинения существенного вреда личности, ее правам и свободам, другим охраняемым общественным интересам, государство применяет уголов-ное наказание.

Административное право предусматривает возможность применения мер принуждения при совершении административного правонарушения. Эти меры также обладают превентивным характером. Однако они отличаются от уголовно-правовых мер принуждения тем, что применяются за менее опасные для общества нарушения. Они также отличаются правовыми последствиями их применения. В отличие от административных мер уголовное наказание порождает судимость.

Наиболее близко к уголовному праву примыкает уголовно-исполнительное право, которое представляет собой совокупность норм, регулирующих отношения, возникающие в процессе исполнения наказания. Их объединяет общая задача — борьба с преступностью при помощи уголовного наказания, так как эффективность последнего зависит не только от неукоснительного соблюдения общих начал назначения наказания, но и от того, как будет организовано его исполнение. Нормы уголовно-исполнительного права призваны реализовать цели уголовного наказания: восстановить социальную справедливость, исправить осужденного, предупредить совершение новых преступлений. В уголовном законе закреплены положения, имеющие прямое отношение к исполнению наказаний (например, ст. 56, 57, 58, регламентирующие порядок определения вида исправительного учреждения).

Однако отмеченное сходство не лишает самостоятельности эти отрасли права, каждая из которых имеет свой предмет и метод регулирования. Предметом уголовного права выступают отношения, порожденные фактом совершения преступления. Предметом уголовно-исполнительного права являются отношения, возникающие в связи со вступлением обвинительного приговора в законную силу. Если уголовное право определяет виды наказания, порядок назначения его, то уголовно-исполнительное право регламентирует деятельность по исполнению наказания.

Быстрое и полное расследование и судебное разрешение уголовных дел, осуществляемые с целью установления виновных лиц и назначения им соразмерного наказания, регламентируются нормами уголовно-процессуального права. Эти нормы регулируют деятельность органов суда, прокуратуры, дознания и предварительного следствия, их отношения друг с другом и гражданами. В зависимости от того, насколько объективно и всесторонне будут выяснены все обстоятельства расследуемого преступления и с их учетом определена мера наказания, будет восприниматься справедливость обвинительного приговора самим осужденным и другими лицами. Данное обстоятельство оказывает существенное влияние и на достижение целей наказания, и на эффективность предстоящего исправительного воздействия. Следовательно, уголовное и уголовно-процессуальное право соотносятся как философские категории «форма» и «содержание».

Конституционное (государственное), гражданское, трудовое, семейное и другие отрасли права, регулируя конкретные области общественных отношений, охраняют их от действий, не обладающих высокой степенью общественной опасности. Это, в свою оче-редь, определяет характер применяемых мер к лицам, нарушившим нормы соответствующих отраслей права, например принудительное изъятие имущества. Однако в числе общественных отношений, урегулированных этими отраслями права, есть такие, которые взяты под охрану уголовным правом. Так, конституционное право устанавливает порядок избрания высших и местных органов власти. За нарушение этого порядка (заведомо неправильный подсчет голосов, воспрепятствование реализации избирательного права, подлог избирательных документов) уголовное право преду-сматривает уголовную ответственность. Таким образом, оно защищает общественные отношения, урегулированные нормами конституционного (государственного) права. Аналогичным образом можно проследить аспекты взаимоотношения уголовного права и с другими отраслями права.

Предмет уголовного права

Предметом уголовного права выступают общественные отношения, возникающие вследствие совершения общественно опасного деяния (посягательства). Напомню, что под общественными отношениями понимаются многообразные связи между различными социальными группами, их представителями и их образованиями, в процессе экономической, социальной, культурной и политической деятельности (иначе – в процессе жизнедеятельности).

В теории называются три основных группы общественных отношений, регулируемых уголовным правом: охранительные уголовно-правовые отношения, возникающие в связи с совершением общественно-опасного посягательства; общепредупредительные уголовно-правовые отношения, связанные с удержанием граждан от совершения преступления посредством угрозы наказания, предусмотренной в нормах Особенной части УК регулятивные отношения, складывающиеся в связи с правомерным поведением граждан по причинению вреда при наличии обстоятельств, исключающих преступность деяния (задержание преступника, необходимая оборона, крайняя необходимость и др.). Характеризуемые отношения, образуют в совокупности предмет уголовно-правового регулирования.

Первым видом таких отношений являются охранительные уголовно-правовые отношения (в их традиционном понимании), они возникают в связи с совершением преступления. Это отношение между лицом, совершившим запрещённое уголовным законом преступное деяние, и государством в лице суда, следователя, прокурора. (Можно заметить, что это отношения факта, факта случившегося). Каждый из субъектов этого правоотношения обладает определёнными правами и несёт соответствующие им обязанности. Первый обязан претерпеть неблагоприятные последствия, которые закон связывает с совершением преступления – понести наказание, предусмотренное нормой права, которую он нарушил.

Другой субъект – суд (во взаимодействии со следствием) вправе принудить первого к исполнению этой обязанности. Таким образом, предметом охранительных уголовно-правовых отношений является реализация уголовной ответственности и наказания, связанных с установлением события преступления и с назначением наказания, а также с освобождением от уголовной ответственности и наказания.

Вторым видом отношений входящих в предмет уголовного права, являются отношения связанные с удержанием лица от совершения преступления, посредством угрозы наказания, содержащейся в уголовно-правовых нормах.

Установление уголовно-правового запрета есть выражение принудительной силы государства. Уголовно-правовой запрет налагает на граждан обязанность воздержаться от совершения преступлений. Обязанность не совершать запрещённых действий: не убий (ст.105), не укради (ст.158) – заповеди известные Вам с детства и закреплённые в уголовном законе. Такие отношения, вытекающие из уголовно-правового запрета, являются общепредупредительными правоотношениями и также входят в предмет регулирования. Третья разновидность общественных отношений, входящих в предмет уголовного права, регулируется уголовными нормами, которые наделяют граждан правами на причинение вреда при защите от опасных посягательств – при необходимой обороне (ст.37), при крайней необходимости (ст.39), а также при других обстоятельствах, исключающих преступность деяния. Эти отношения именуются регулятивными уголовно-правовыми правоотношениями.

Подразделение на охранительные, общепредупредительные и регулятивные правоотношения, наиболее распространённая точка зрения на предмет уголовного права, её сторонники А.В. Наумов, О.Ф. Шишов, А.И. Рарог и др. Существует и иная классификация уголовно-правовых отношений, например поддерживаемая Г. В. Назаренко.

Он также выделяют три вида отношений:

1) Негативные уголовно-правовые отношения возникают в связи с совершением преступных деяний;
2) Позитивные уголовно-правовые отношения возникают в связи с совершением разрешённых уголовным законом действий (необходимая оборона, крайняя необходимость и т.п.);
3) Нейтральные уголовно-правовые отношения возникают в связи с совершением общественно-опасных деяний лицами, которые не подлежат уголовной ответственности (малолетние, не дееспособные).

Им соответствует и три метода: негативные регулируются методом уголовных репрессий, позитивные – антирепрессивным методом (путём исключения уголовной ответственности; нейтральные – методом социальной защиты (путём исключения малолетних и т.п. из числа уголовно-ответственных субъектов).

Источники уголовного права

В теории права принято выделять материальные и формальные источники права. Под материальными источниками понимаются те силы, которые творят закон, те истоки, которые питают нормы права, те материалы, которые положены в основу того или иного законодательства.

Вопрос о материальных истоках уголовно-правовых норм является достаточно спорным. Не вдаваясь в дискуссию по этому поводу, отметим, что, прежде всего материальным источником уголовно-правовых норм является государственная власть. Нормы права создаются в процессе правотворчества, которое является направлением государственной деятельности.

Согласно Конституции РФ, право законодательной инициативы принадлежит только органам законодательной, исполнительной или судебной государственной власти страны, а также законодательным органам субъектов РФ. Законодательными функциями обладают также лишь органы государственной власти.

Таким образом, содержание норм права представляет собой властное веление государства и поддерживаемое, обеспечиваемое силой государственных органов.

Государственная законотворческая деятельность основана на правосознании, которое также можно рассматривать в качестве одного из материальных источников уголовно-правовых норм.

Правосознание — это относительно самостоятельная форма общественного сознания, которая представляет собой совокупность идей, взглядов, представлений и чувств, выражающих отношение людей к праву. Правосознание включает в себя два элемента: правовую идеологию и правовую психологию. Правосознание играет значительную роль в процессе правотворчества, ибо прежде, чем создавать государственно-властные правовые предписания, нужно осознание закономерностей общественного развития и необходимости их правового регулирования.

Формальные источники права представляют собой внешний образ, в котором выступают правовые нормы в реальной действительности. Если материальные источники характеризуют содержание уголовно-правовых норм, то формальные — их форму. Единственным источником уголовного права является уголовный закон. Данный вывод вытекает, прежде всего, из содержания ч. 1 ст. 1 УК РФ: «Уголовное законодательство Российской Федерации состоит из настоящего Кодекса. Новые законы, предусматривающие уголовную ответственность, подлежат включению в настоящий Кодекс». Об этом же свидетельствует ст. 3 УК РФ: «Преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только настоящим Кодексом».

Тезис о том, что уголовный закон является единственным источником уголовного права, настолько общепризнан в теории уголовного права, что стал аксиоматичным. Между тем это положение, на наш взгляд, требует доказательств.

В общей теории права к числу источников права относят нормативные подзаконные акты, обычай, нормы международного права и судебную практику.

В современный период не является формальным источником уголовного права обычай. В истории уголовного права обычай предшествовал писанному праву. Как отмечал Н. С. Таганцев, «в первичную эпоху это обычное право составляет единственный источник правообразования; целые века живет оно в форме устного неписаного права, но и закрепленное в письменной форме не теряет своего основного характера».

В более позднюю эпоху формирования государства и выделения самостоятельной законодательной власти обычное право составляет главный материал, из которого черпает законодатель. Обычай становится законом. Таким образом, обычай становится источником уголовного права лишь тогда и постольку, когда и поскольку он был признан и санкционирован государством. Следовательно, обычай — это материальный источник уголовно-правовых норм, но не его формальный источник.

На наш взгляд, к числу материальных, но не формальных источников уголовного права следует отнести Конституцию РФ. Согласно ч. 1 ст. 15 Конституции РФ она «имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации». Указание на прямое действие Конституции привело к тому, что судебные органы при вынесении приговоров напрямую руководствовались положениями Конституции РФ.

Таким образом, решение по уголовному делу было вынесено не на основе норм уголовного права, а на основе норм Конституции. Но это не дает оснований считать конституционные нормы источниками уголовного права. Конституция не содержит уголовно-правовых норм и вообще норм охранительного характера. Однако согласно ч. 2 ст. 1 УК РФ уголовный закон основывается на Конституции РФ. Именно положения Конституции предопределяют во многом положения уголовного закона.

Так, закрепленный в Конституции РФ приоритет защиты интересов личности определил во многом структуру Особенной части УК РФ, где на первое место были поставлены преступления против личности, а не преступления против государства, как это было в УК РСФСР, и даже не преступления против мира и безопасности человечества, которые по характеру и степени общественной опасности несоразмерны с любыми, даже самыми тяжкими преступлениями против конкретных индивидов.

Положения Конституции РФ повлекли за собой многие новеллы уголовного законодательства, касающиеся, в частности, действия закона в пространстве, действия закона по кругу лиц, ответственности за недонесение о совершенных преступлениях и целый ряд других. Сказанное позволяет сделать вывод, что, не являясь формальным источником уголовного права, Конституция РФ служит тем материальным источником, из которого уголовно-правовые нормы черпают свое содержание.

Такими же источниками, по нашему мнению, выступают общепризнанные принципы и нормы международного права, а также международные договоры. Вопрос о признании международно-правовых норм в качестве источника уголовного права особенно обострился после принятия Верховным Судом РФ постановления № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», а также Федерального закона № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» (далее — Федеральный закон).

При решении этого вопроса следует рассмотреть отдельно: а) общепризнанные принципы и нормы международного права и б) международные договоры.

Согласно ч. 2 ст. 1 УК РФ Уголовный кодекс РФ основывается на Конституции РФ и общепризнанных принципах и нормах международного права.

Под общепризнанными принципами международного права понимаются основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо. Международное право и Пленум Верховного Суда РФ относят к общепризнанным принципам международного права, в частности, принцип всеобщего уважения прав и свобод человека, принцип добросовестного выполнения международных обязательств.

Под общепризнанными нормами международного права понимаются правила поведения, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом в качестве юридически обязательных.

Общепризнанные принципы и нормы международного права закреплены, прежде всего, в Уставе ООН, Декларации о принципах международного права, касающихся дружеских отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН, Парижской хартии для новой Европы и ряде других документов.

Общепризнанные принципы и нормы международного права, касающиеся уголовного права, можно найти в таких документах, как Декларация Совета Безопасности ООН о глобальных усилиях по борьбе с терроризмом, Политическая декларация специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН по наркотикам, Декларация о преступности и общественной безопасности. Декларация о защите всех лиц от насильственных исчезновений и ряде других документов Организации Объединенных Наций и ее специальных комитетов, занимающихся международным противодействием преступности. Следует отметить, что в действующем УК РФ получили свое воплощение и закрепление, основные общепризнанные принципы и нормы международного права. В частности, общепризнанный в международном праве и международном сообществе принцип всемерного уважения прав человека нашел свое закрепление в: ч. 1 ст. 2, в которой среди других задач уголовного законодательства названа задача охраны прав и свобод человека и гражданина; в ст. 4 как принцип равенства граждан перед законом; в ст. 6 и 7, где в качестве основных принципов уголовного права закреплены принципы справедливости и гуманизма.

Данный общепризнанный принцип международного права определил в значительной степени и структуру Особенной части УК РФ, в которой на первое место поставлен раздел «Преступления против личности».

Значит ли это, что общепризнанные принципы и нормы международного права являются формальными источниками уголовного права? Думается, что нет. Согласно ч. 2 ст. 2 УК РФ уголовно-правовые нормы определяют, «какие опасные для личности, общества или государства деяния признаются преступлениями и устанавливают виды наказания и иные меры уголовно-правового характера за совершения преступлений».

Как видно из сказанного выше, ни общепризнанные принципы, ни общепризнанные нормы международного права не дают описания видов общественно-опасного поведения и тем более не определяют наказание за таковое. Таким образом, общепризнанные принципы и нормы международного права, являясь материальными источниками уголовного законодательства, не являются и не могут являться формальными источниками уголовно-правовых норм.

Сложнее решается вопрос о международных договорах как источниках уголовного права. В процессе подготовки Уголовного кодекса предпринимались попытки рассматривать международно-правовые нормы в качестве формальных источников уголовного права. В частности, один из проектов содержал норму, в соответствии с которой ратифицированные Россией нормы международного права имеют приоритет над российским уголовным законодательством для государства, суда и гражданина и в случаях противоречия норм уголовного законодательства международному праву приоритет должен был отдаваться нормам международного права.

На первый взгляд данное положение соответствовало Конституции РФ, ст. 15 которой устанавливает, что «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».

Однако в окончательный текст УК РФ данная норма не вошла, что дало основание утверждать, что Уголовный кодекс является практически единственным исключением из общего конституционного правила о приоритете норм международного права над национальным законодательством, подвергаемого критике не только в международно-правовой, но и в уголовно-правовой литературе.

Разъяснения, содержащиеся в названном постановлении Пленума Верховного Суда РФ, делают вопрос о нормах международных договоров как источниках уголовного права, с одной стороны, более определенным, а с другой — более запутанным, особенно для правоприменителя.

Согласно ст. 2 Федерального закона № 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации» под международным договором РФ надлежит понимать международное соглашение, заключенное РФ с иностранным государством (или государствами) либо с международной организацией в письменном виде и регулируемое международным правом независимо от того, содержится такое соглашение в одном документе или нескольких, связанных между собой документах, а также независимо от его конкретного наименования.

Согласно названному Закону положения официально опубликованных международных договоров РФ, не требующие издания внутригосударственных актов для применения, действуют в РФ непосредственно. Для осуществления иных положений международных договоров РФ принимаются соответствующие правовые акты.

Таким образом, действующее законодательство России все международные договоры РФ подразделяет на две категории: имеющие прямое действие на национальной территории и требующие обязательной имплементации международных норм в национальное законодательство.

К признакам, свидетельствующим о невозможности непосредственного применения положений международного договора РФ, по мнению Верховного Суда РФ, относится, в частности, содержащееся в договоре указание на обязательство государств-участников по внесению изменений в свое внутреннее законодательство.

Как разъяснил Верховный Суд РФ, международные договоры, которые предусматривают признаки составов уголовно наказуемых деяний, не могут применяться судами непосредственно, поскольку такими договорами прямо устанавливается обязанность государств обеспечить выполнение предусмотренных договором обязательств путем установления наказуемости определенных преступлений внутренним (национальным) законом (п. 6 постановления).

Так, в ст. 6 Конвенции против транснациональной организованной преступности, посвященной криминализации отмывания доходов от преступлений, прямо отмечается: «Каждое государство-участник принимает в соответствии с основополагающими принципами своего внутреннего законодательства такие законодательные и другие меры, какие могут потребоваться, с тем, чтобы признать в качестве уголовно наказуемых следующие деяния, когда они совершаются умышленно».

Международная конвенция о борьбе с финансированием терроризма. устанавливает аналогичное правило: «Каждое государство — участник принимает такие меры, которые могут оказаться необходимыми: а) для признания уголовными преступлениями согласно его внутреннему праву преступлений, указанных в статье 2; b) для установления за эти преступления соразмерных наказаний с учетом тяжести этих преступлений».

Причины того, что нормы международных договоров не могут выступать в качестве формальных источников уголовно-правовых норм национального законодательства, кроются не только в этом. Международные договоры, содержащие нормы уголовно-правового характера, в силу своих внутренних особенностей и специфики в принципе не могут иметь прямое действие на территории России по нескольким причинам.

Во-первых, далеко не все международные конвенции содержат определения деяния, признаваемого международным сообществом в качестве преступного. Нередко в них лишь выражается намерение государств-участников бороться с теми или иными общественно опасными явлениями.

Во-вторых, даже если конвенции определяют объективные и субъективные признаки преступного деяния, они практически никогда не устанавливают санкции за них. Так, Конвенция о борьбе с незаконным захватом воздушных судов устанавливает: «Каждое Договаривающееся Государство обязуется применять в отношении такого преступления суровые меры наказания».

В-третьих, даже в тех случаях, когда нормы международного права содержат указания на вид наказания, который следовало бы применять к лицам, виновным в совершении преступления, они никогда не предусматривают конкретный размер наказания. Так, в соответствии с Единой конвенцией о наркотических средствах, «серьезные преступления будут подлежать соответствующему наказанию, в частности, тюремным заключением или иным способом лишения свободы».

Применение же любой уголовно-правовой нормы требует хотя бы относительно-определенной санкции.

Кроме того, согласно ст. 8 УК РФ уголовной ответственности в Российской Федерации подлежит лицо, совершившее деяние, содержащее все признаки состава преступления, предусмотренного УК РФ. Таким образом, даже ратифицированные Россией международные договоры и конвенции, содержащие нормы уголовно-правового характера, не могут быть составной частью российского уголовного законодательства, не могут иметь прямое действие на территории России и не могут являться формальным источником уголовного права.

Между тем нормы международного права оказывают весьма существенное влияние на формирование норм национального уголовного права, поскольку нормы национального уголовного права должны соответствовать международно-правовым обязательствам российского государства в сфере борьбы с преступностью.

Далее, отдельные международные конвенции служат непосредственной причиной разработки и введения в национальное уголовное законодательство конкретных правовых норм. Примеров тому множество. Так, присоединение к Единой конвенции о наркотических средствах и Конвенции о психотропных веществах предопределило введение в Уголовный кодекс целой группы преступлений, связанных с оборотом наркотиков. Подписание Конвенции о защите ядерного материала повлекло за собой установление уголовной ответственности за незаконное обращение с радиоактивными материалами.

Перечень можно было бы продолжить. Но и приведенных примеров достаточно, чтобы сделать вывод, что международные договоры нередко становятся факторами, определяющими появление в уголовном законодательстве новых норм либо вносящими изменения в существующие нормы в соответствии с требованиями международных норм.

Наконец, многие нормы уголовного права содержат прямые или подразумеваемые отсылки к нормам международного права.

Так, ч. 3 и 4 ст. 11, ч. 2 и 3 ст. 12, ч. 2 ст. 13 УК РФ имеют прямые отсылки к нормам международного права. Все преступления, предусмотренные гл. 34 «Преступления против мира и безопасности человечества» УК РФ, а также некоторые статьи из других разделов Особенной части УК, содержат подразумеваемые отсылки. В связи с этим вызывает серьезные возражения разъяснение Верховного Суда РФ (ч. 3 п. 6 названного постановления), в соответствии с которым «международно-правовые нормы, предусматривающие признаки составов преступлений, должны применяться судами Российской Федерации в тех случаях, когда норма Уголовного кодекса Российской Федерации прямо устанавливает необходимость применения международного договора РФ (например, статьи 355 и 356 УК РФ)».

Между тем в теории международного права выделяют нормы национального законодательства, которые содержат не только прямые отсылки на нормы международных договоров, но и подразумеваемые отсылки, в которых прямо не дается ссылка на международный договор, но для того, чтобы уяснить содержание объективных или субъективных признаков составов преступлений, необходимо обратиться к нормам международного права.

Уголовно-правовых норм, содержащих подразумеваемые отсылки к международно-правовым нормам, значительно больше, чем прямых отсылок. Так, в ст. 252 «Загрязнение морской среды» либо в ст. 253 «Нарушение законодательства Российской Федерации о континентальном шельфе и об исключительной экономической зоне Российской Федерации» УК РФ нет ссылок на то, что при их применении необходимо обратиться к нормам международных договоров, но ни один уважающий себя юрист не сможет применить данные нормы без анализа положений, содержащихся в Конвенции о территориальном море и прилежащей зоне, Конвенции об открытом море, Конвенции о континентальном шельфе

Думается, что Верховный Суд РФ допустил смешение таких понятий, как охранительные и регулятивные нормы. Международные договоры, нормы которых устанавливают уголовную ответственность за общественно опасные деяния, являются охранительными по своей сути и не могут применяться на национальной территории без их трансформации в национальное законодательство путем издания федеральных законов.

Международные договоры, которые регламентируют правовой статус тех или иных объектов, дают определения тем или иным правовым явлениям, устанавливают правила поведения субъектов международного или национального права, являются нормами регулятивными. Порядок их действия на территории России определяется ст. 15 Конституции РФ и другим отраслевым законодательством.

Нормы УК РФ, содержащие прямые или подразумеваемые отсылки к нормам международных договоров, по своей сути являются нормами бланкетными. В данном случае применение регулятивных норм международных договоров ничем не отличается от применения Правил дорожного движения или Правил охраны труда или техники безопасности. Именно об этом говорится, в частности, в п. 3 названного постановления Пленума, где указывается, что «при рассмотрении судом гражданских, уголовных или административных дел непосредственно применяется такой международный договор Российской Федерации, который вступил в силу и стал обязательным для Российской Федерации и положения которого не требуют издания внутригосударственных актов для их применения и способны порождать права и обязанности для субъектов национального права».

Об этом же говорится в п. 5 постановления, согласно которому «международные договоры, которые имеют прямое и непосредственное действие в правовой системе Российской Федерации, применимы судами, в том числе военными, при разрешении гражданских, уголовных и административных дел, в частности... при рассмотрении гражданских или уголовных дел, если международным договором Российской Федерации регулируются отношения, в том числе отношения с иностранными лицами, ставшие предметом судебного рассмотрения (например... жалоб на решения о выдаче лиц, обвиняемых в совершении преступления или осужденных судом иностранного государства)». При ином толковании мы вынуждены признать, что п. 3 и 5 вступают в противоречие с п. 6 названного постановления.

Сказанное позволяет сделать вывод, что, не являясь формальным источником уголовно-правовых норм, нормы международного права являются их материальным источником.

Общая теория права и теория уголовного права отвергает судебный прецедент в качестве источника права. Это бесспорно. Но до сих пор остается спорным вопрос о правовой природе разъяснений высших судебных инстанций страны, в частности постановлений Пленума Верховного Суда РФ.

Наиболее распространенной является позиция, что разъяснения высших судебных инстанций представляют собой исключительно акты толкования закона. С нашей точки зрения, данная позиция отражает скорее желаемое, нежели действительное положение вещей. Верховный Суд нередко выходит за рамки толкования и тем самым неизбежно соприкасается с нормотворческим полем.

В самом деле, полномочия творить нормы в соответствии с Конституцией предоставлены только законодательным органам власти. Верховный Суд может, с одной стороны, давать разъяснения по вопросам судебной практики, а с другой — обладает правом законодательной инициативы для устранения тех пробелов и коллизий в законах, которые выявлены судебными органами в процессе правоприменительной деятельности.

Следовательно, с точки зрения теории уголовного права, Конституции РФ и действующего УК РФ, именно уголовный закон является единственным формальным источником уголовно-правовых норм.

Нормы уголовного права

Норма права - это установленное государством общее правило поведения, регулирующее общественное отношение. Уголовно-правовые нормы перечисляют виды противоправного поведения. Правовая норма состоит из гипотезы, диспозиции и санкции.

Гипотеза - условия применения нормы. Она отражается в Общей части Уголовного кодекса. Например, ст. 20 УК РФ раскрывает возраст, с которого наступает уголовная ответственность.

Диспозиция - описание деяния в Особенной части УК, где каждая статья содержит одну или несколько диспозиций. Диспозиции принято делить на четыре вида: простые, описательные, бланкетные и ссылочные.

В простых диспозициях деяние называется без раскрытия его признаков, например, ст. 126 УК - «Похищение человека». Такие составы в УК РФ встречаются не часто.

Описательные диспозиции характеризуются тем, что определение преступления сопровождается более или менее подробным перечислением его признаков, например, ч. 1 ст. 105 - «Убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку». Особенно часто описательные диспозиции используются законодателем при формулировке составов, сравнительно новых для нашего уголовного закона. Так, например, ст. 196 «Преднамеренное банкротство, то есть умышленное создание или увеличение неплатежеспособности, совершенное руководителем или собственником коммерческой организации, а равно индивидуальным предпринимателем в личных интересах или интересах иных лиц, причинившее крупный ущерб либо иные тяжкие последствия».

Бланкетные диспозиции не содержат всей необходимой характеристики преступления. В этих случаях называются правила, нарушение которых влечет ответственность, т.е. следует отсылка к другим нормативным актам. Например, ст. 264 «Нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств». Правила предусматриваются другой отраслью права (административного, трудового, гражданского).

В ссылочных диспозициях содержится отсылка к другим статьям данного УК. Например, ст. 158 в примечании разъясняет понятие крупного размера и неоднократности для ряда статей УК РФ.

Иногда диспозиции наряду с описанием признаков преступления содержат отсылки к другим статьям УК или другим нормативным актам. Такие диспозиции соответственно можно назвать описательно-ссылочными или описательно-бланкетными, а также описательно-ссылочно-бланкетными. Например, ст. 194 «Уклонение от уплаты таможенных платежей, взимаемых с организаций или физического лица» описывает некоторые признаки деяния, такие как виды платежей по субъектам (физические и юридические лица), а также размеры неуплаченных платежей. Понятие «уклонения от уплаты» содержит таможенное законодательство. И, наконец, понятие «лица, ранее судимого за совершение преступлений, предусмотренных настоящей статьей, а также статьями 198 и 199 настоящего Кодекса» требует обращения к названным статьям УК РФ.

Санкция - это наказание, а именно его вид и размер. Каждой диспозиции соответствует санкция. В каждой статье кодекса имеется одна или несколько санкций. Санкция выражает оценку законодателем характера и степени тяжести деяний. Не случайно, основным критерием категоризации преступлений, отраженной в ст. 15 УК РФ, является его наказуемость или санкция. Исторически российское уголовное право знало три вида санкций по степени их определенности.

Абсолютно неопределенных санкций в действующем УК РФ нет. Они открывали бы дорогу произволу суда и выражались ранее в формулировке «наказывается по всей строгости закона». Это означало возможность применить любое наказание в любом размере из предусмотренных в уголовном законе в пределах нижнего и верхнего размеров каждого наказания.

Другая крайность в построении санкций проявляется в их абсолютно определенной конструкции. Это означает точно определенное наказание. УК РФ 1996 г. таких санкций не содержит.

В УК РФ все санкции относительно определенные. При этом может быть предусмотрено лишь максимальное наказание - это относительно определенная санкция с верхним пределом (лишение свободы на срок до 5 лет). Если предусмотрено только минимальное наказание, то это относительно определенная санкция с нижним пределом (лишение свободы на срок не менее 3 лет). Таких санкций в действующем законодательстве нет.

В тех случаях, когда пределы не указаны, следует руководствоваться нормами Общей части УК. Например, лишение свободы назначается на срок от 6 месяцев до 20 лет, по совокупности преступлений - до 25 лет, по совокупности приговоров - до 30 лет. Эти сроки являются предельными для тех санкций, в которых иное не указано. Чаще указан как минимальный, так и максимальный размер наказания. Такая санкция - относительно определенная с нижним и верхним пределами.

По другому основанию санкции бывают альтернативные и не альтернативные. К неальтернативным санкциям относятся такие, как, например, за убийство (ч. 1 ст. 105), изнасилование (ч. 1,2 и 3 ст. 131), экоцид (ст. 358), которые наказываются лишь лишением свободы. Большинство санкций альтернативные. То есть за одно и то же преступление суд имеет возможность назначить основное или основное и дополнительное наказание по выбору из нескольких, предусмотренных в санкции. Например, санкция ст. 119 «Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью» наказывается ограничением свободы на срок до двух лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

Метод уголовного права

Метод уголовного права совокупность уголовно-правовых средств воздействия на общественные отношения с целью их урегулирования. В учебной литературе метод сводится к установлению преступности и наказуемости деяний и уголовных запретов действий, опасных для личности, общества и государства, за нарушение которых, как правило, следуют привлечение к уголовной ответственности и применение уголовного наказания.

Выделяют следующие методы:

1. дозволение – управомачивает субъекта на совершение тех или иных действий;
2. предписание - обязывает субъекта совершить те или иные действия;
3. запрет - формирует модели запрещенного общественно опасного поведения.

Названные методы, преломляясь применительно к видам уголовно-правовых отношений, выступают в виде специфических методов.

Так, охранительные уголовно-правовые отношения регулируются следующими методами:

1. применение уголовного наказания;
2. освобождение от уголовной ответственности и наказания;
3. применение принудительных мер медицинского характера в соответствии с законом.

Общепредупредительные отношения регулируются путем установления уголовно-правового запрета, а регулятивные уголовно-правовые отношения связаны с методом наделения граждан правами на активную борьбу с опасными для личности, общества и государства деяниями. При этом уголовное право допускает при реализации данных прав причинение тяжких последствий охраняемым общественным отношениям (например, при необходимой обороне допускает причинение смерти).

Наказание в уголовном праве

Штраф – одна из карательных мер, альтернативных лишению свободы, и один из видов наказания, имевшим распространение в законодательстве и судебной практике Древней Руси, Российской империи, СССР и РСФСР.

Проблема применения наказания в виде штрафа многогранна. Она включает не только уголовно-правовые и уголовно-исполнительные, но и социально-экономические вопросы, связанные с определением природы данного наказания, определением границ его применения, общих перспектив его развития.

Уголовное законодательство советского периода содержало нормы о штрафе, правовое регулирование которого изменялось в ходе развития и совершенствования данного института. Именно в советский период было закреплено законодательное определение штрафа, используемое до настоящего времени. В первых советских уголовных кодексах отсутствовал единый порядок исчисления штрафа.

Штраф – представляет собой денежное взыскание, направленное на ущемление имущественных благ преступника. Однако некоторые авторы считают, что называть штраф имущественным наказанием нельзя, потому что это "не очень точно, поскольку непосредственное воздействие при исполнении данного наказания оказывается не на имущество или имущественные права, а на финансовые интересы осужденного".

Штраф обладает способностью приносить доходы государству. Поэтому общественная власть проявляет интерес к этому наказанию в течение многих веков.

В действующем УК РФ штраф устанавливается в размере от пяти тысяч до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух недель до пяти лет либо исчисляется в величине, кратной стоимости предмета или сумме коммерческого подкупа или взятки. Штраф в размере от пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период свыше трех лет может назначаться только за тяжкие и особо тяжкие преступления в случаях, специально предусмотренных соответствующими статьями Особенной части настоящего Кодекса, за исключением случаев исчисления размера штрафа исходя из величины, кратной сумме коммерческого подкупа или взятки. Штраф, исчисляемый исходя из величины, кратной сумме коммерческого подкупа или взятки, устанавливается в размере до стократной суммы коммерческого подкупа или взятки, но не может быть менее двадцати пяти тысяч рублей и более пятисот миллионов рублей.

Иной доход – это любой подлежащий в соответствии с действующим законодательством налогообложению доход.

Размер штрафа определяется судом с учетом: тяжести совершенного преступления, имущественного положения осужденного и его семьи, а также возможности получения осужденным заработной платы или иного дохода.

С учетом этих же обстоятельств суд может назначить штраф с рассрочкой выплаты определенными частями на срок до 3 лет. В случае злостного уклонения от уплаты штрафа (как основного наказания) он заменяется в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части Уголовного Кодекса. Уклонение считается злостным, если лицо не уплатило штраф в установленный Уголовно-исполнительным кодексом РФ (далее – УИК РФ) срок (в течение 30 дней со дня вступления приговора в законную силу). В соответствии со ст. 32 УИК РФ в отношении осужденного, злостно уклоняющегося от уплаты штрафа, назначенного в качестве дополнительного наказания, судебный пристав-исполнитель производит взыскание штрафа в принудительном порядке, предусмотренном законодательством РФ (например, имущество осужденного может быть описано и реализовано, а суммы, полученные от его реализации, зачтены в счет уплаты штрафа).

В настоящее время в УК РФ не урегулирован вопрос о замене штрафа, назначенного как дополнительное наказание, в случае злостного уклонения от его уплаты, что значительно снижает его карательный потенциал, поскольку прямое предназначение дополнительного наказания - усиление репрессии. Исследование показало, что на судебную практику последних лет влияли социально-экономические факторы - безработица, низкий уровень жизни значительной части населения, в том числе, и преступников, маргинализация определенной части жителей России, лишившихся работы, достатка, жизненных перспектив и не сумевших адаптироваться в новых социально-экономических условиях.

По данным Госкомстата России среди ежегодно осуждаемых преступников трудоспособного возраста 50 % - лица, не занятые в сфере общественного производства. Суды стараются избегать назначать таким лицам наказание в виде штрафа. По данным проведенного исследования из 152 лиц, осужденных к штрафу, 93 % - лица трудоспособного возраста, из которых 75,5 % имели постоянную работу.

Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью прописано в ст. 47 УК РФ.

Данная мера наказания заключается в:

– запрещении занимать должности на государственной службе, в органах местного самоуправления (конкретный вид таких должностей должен быть указан в приговоре);
– запрещении заниматься определенной профессиональной или иной деятельностью (вид такой деятельности следует конкретизировать в приговоре).

То обстоятельство, что к моменту вынесения приговора лицо не занимало определенной должности или не занималось определенной деятельностью, не лишает суд права назначить данное наказание.

Устанавливается на срок:

– от одного года до 5 лет (в качестве основного вида наказания);
– от 6 месяцев до 3 лет (в качестве дополнительного вида наказания);
– от 6 месяцев до 20 лет (в качестве дополнительного вида наказания – в случаях, специально предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК РФ).

В качестве дополнительного вида наказания назначается и тогда, когда оно не предусмотрено статьей Особенной части УК РФ, если суд признает невозможным сохранение за виновным права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Исчисляется с момента вступления приговора в силу в случае назначения в качестве дополнительного наказания при условном осуждении к:

1. обязательным работам;
2. исправительным работам.

Исчисляется с момента отбытия:

1. ограничения свободы;
2. ареста;
3. содержания в дисциплинарной воинской части;
4. лишения свободы.

5. Лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград (ст. 48 УК РФ). Обязательные условия назначения: совершение тяжкого или особо тяжкого преступления и учет личности виновного. В санкциях статей Особенной части УК РФ оно не предусмотрено, его назначение является правом суда.

6. Обязательные работы (ст. 49 УК). Это – общественно полезные работы, вид которых определяется органами местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительными инспекциями.

Выполняемые:

1. бесплатно;
2. в свободное от основной работы или учебы время;
3. на определяемых органами местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительными инспекциями объектах.

Устанавливаются на срок от 60 до 240 часов и отбываются не свыше 4 часов в день.

Не назначаются:

1. лицам, признанным инвалидами I группы;
2. беременным женщинам;
3. женщинам, имеющим детей в возрасте до 3 лет;
4. военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, а также военнослужащим, проходящим военную службу по контракту на воинских должностях рядового и сержантского состава, если они на момент вынесения судом приговора не отслужили установленного законом срока службы по призыву.

В случае злостного уклонения от обязательных работ они заменяются:

1. ограничением свободы;
2. арестом;
3. лишением свободы.

Время, в течение которого осужденный отбывал обязательные работы, учитывается при определении срока нового наказания из расчета один день ограничения свободы, ареста или лишения свободы за 8 часов обязательных работ.

Ограничение по военной службе (ст. 51 УК РФ). Назначается:

– осужденным военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, с удержанием из его денежного довольствия в доход государства в размере не свыше 20%;
– на срок от 3 месяцев до 2 лет;
– в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК РФ за преступления против военной службы (или за иные преступления), вместо исправительных работ, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК РФ.

Во время отбывания наказания:

– осужденный не может быть повышен в должности, воинском звании;
– срок наказания не засчитывается в срок выслуги лет.

Ограничение свободы (ст. 53 УК РФ). Заключается в содержании осужденного, достигшего к моменту вынесения приговора 18-летнего возраста, в специальном учреждении без изоляции от общества в условиях осуществления за ним надзора.

Назначается:

– лицам, осужденным за совершение умышленных преступлений и не имеющим судимости, – на срок от одного года до 3 лет;
– лицам, осужденным за преступления, совершенные по неосторожности, – на срок от одного года до 5 лет;
– в случае замены обязательных или исправительных работ на ограничение свободы – на срок менее одного года.

Не назначается:

– лицам, признанным инвалидами I или II группы;
– беременным женщинам;
– женщинам, имеющим детей в возрасте до 14 лет;
– женщинам, достигшим 55-летнего возраста;
– мужчинам, достигшим 60-летнего возраста;
– военнослужащим, проходящим военную службу по призыву.

Заменяется в случае злостного уклонения от его отбывания лишением свободы на срок назначенного судом ограничения свободы. Время отбывания ограничения свободы засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день лишения свободы за один день ограничения свободы.

Мера наказания арест предусмотрен ст. 54 УК РФ). Заключается в содержании осужденного в условиях строгой изоляции от общества на срок от одного до 6 месяцев (менее одного месяца – в случае замены обязательных или исправительных работ арестом).

Не назначается:

– лицам, не достигшим к моменту вынесения приговора 16-летнего возраста;
– беременным женщинам;
– женщинам, имеющим детей в возрасте до 14 лет.

Военнослужащие арест отбывают на гауптвахте.

Содержание в дисциплинарной воинской части является еще одной мерой наказания согласно ст. 55 УК РФ и назначается военнослужащим:

– проходящим военную службу по призыву;
– проходящим военную службу по контракту на должностях рядового и сержантского состава, если они на момент вынесения приговора не отслужили установленного законом срока службы по призыву.

Устанавливается на срок от 3 месяцев до 2 лет:

– за совершение преступлений против военной службы;
– за иные преступления, когда характер преступления и личность виновного свидетельствуют о возможности замены лишения свободы на срок не свыше 2 лет содержанием осужденного в дисциплинарной воинской части на тот же срок (из расчета один день лишения свободы за один день содержания в воинской части).

Лишение свободы на определенный срок регулируется ст. 56 УК РФ.

Осужденный заключается в изоляцию от общества путем:

– направления его в колонию-поселение;
– помещения в воспитательную колонию;
– помещения в лечебное исправительное учреждение;
– помещения в исправительную колонию общего, строгого или особого режима либо в тюрьму.

Устанавливается на срок от 2 месяцев до 20 лет (до 25 лет – при назначении лишения свободы по совокупности преступлений и до 30 лет – при его назначении по совокупности приговоров).

Пожизненное лишение свободы (ст. 57 УК РФ). Данная мера наказания устанавливается за совершение особо тяжких преступлений, посягающих на жизнь, а также за совершение особо тяжких преступлений против общественной безопасности.

Не назначается:

– женщинам;
– лицам, совершившим преступления в возрасте до 18 лет;
– мужчинам, достигшим к моменту вынесения приговора 65-летнего возраста.

Содержащийся в ч. 2 ст. 57 УК РФ запрет назначать пожизненное лишение свободы перечисленным в ней категориям лиц основывается на вытекающей из принципов справедливости и гуманизма необходимости учета в уголовном законе социальных, возрастных и физиологических особенностей различных категорий лиц в целях обеспечения более полного и эффективного решения задач, которые стоят перед уголовным наказанием в демократическом правовом государстве.

Особым видом уголовного наказания является отбывание лишения свободы, назначенное согласно ст. 58 УК РФ:

В колониях-поселениях:

1. лицам, осужденным за неосторожные преступления;
2. лицам, осужденным за умышленные преступления небольшой и средней тяжести, ранее не отбывавшим лишение свободы.

В исправительных колониях общего режима:

1. мужчинам, осужденным за тяжкие преступления, ранее не отбывавшим лишение свободы;
2. женщинам, осужденным за совершение тяжких и особо тяжких преступлений (в том числе при любом виде рецидива).

В исправительных колониях строгого режима:

1. мужчинам, осужденным за особо тяжкие преступления, ранее не отбывавшим лишение свободы;
2. мужчинам при рецидиве и опасном рецидиве, если осужденный ранее отбывал лишение свободы.

В исправительных колониях особого режима:

1. мужчинам, осужденным к пожизненному лишению свободы;
2. мужчинам при особо опасном рецидиве преступлений.

В тюрьме (часть срока наказания):

1. мужчинам, осужденным за особо тяжкие преступления к лишению свободы на срок свыше 5 лет;
2. мужчинам при особо опасном рецидиве преступлений.

В воспитательных колониях: лицам, не достигшим к моменту вынесения приговора 18-летнего возраста.

К числу учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы, отнесены также лечебные исправительные учреждения, в которых в соответствии с ч. 2 ст. 101 УИК РФ отбывают наказание осужденные, больные открытой формой туберкулеза, алкоголизмом и наркоманией. При осуждении таких лиц им должен назначаться вид исправительного учреждения в соответствии со ст. 58 УК РФ.

Смертная казнь назначается только в соответствии с нормами ст. 59 УК РФ и является исключительной мерой наказания. Смертная казнь может быть установлена за особо тяжкие преступления, посягающие на жизнь. В порядке помилования может быть заменена на пожизненное лишение свободы или на лишение свободы на срок 25 лет.

Смертная казнь не назначается:

– женщинам;
– лицам, совершившим преступления в возрасте до 18 лет;
– мужчинам, достигшим к моменту вынесения приговора 65-летнего возраста.

С момента вступления в силу Постановления Конституционного Суда РФ № 3-П и до введения в действие соответствующего федерального закона, обеспечивающего на всей территории Российской Федерации каждому обвиняемому в преступлении, за совершение которого федеральным законом в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей, наказание в виде смертной казни назначаться не может независимо от того, рассматривается ли дело судом с участием присяжных заседателей, коллегией в составе трех профессиональных судей или судом в составе судьи и двух народных заседателей.

Одним из основополагающих принципов Уголовного кодекса Российской Федерации является принцип справедливости, согласно которому уголовное наказание, применяемое к лицу, в том числе несовершеннолетнему, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного (ст. 6 УК РФ).

Наука уголовного права

Наука уголовного права – составная часть юридической науки, совокупность (система) господствующих в обществе на данном этапе (в настоящее время в период перехода к демократическому правовому государству и рыночной экономике) взглядов, идей и представлений об уголовном праве и путях и средствах борьбы с преступностью. Предмет науки уголовного права составляет уголовное законодательство и практика его применения (в том числе и зарубежный опыт), обобщение действующего уголовного закона и проблем его совершенствования. Таким образом, наука уголовного права изучает, прежде всего, два основополагающих института – преступление и наказание. Эти и другие институты уголовного права исследуются наукой уголовного права не догматически, а в их развитии и изменении, исходя из потребностей практики борьбы с преступностью. Наука уголовного права не может развиваться, не опираясь на репрезентативные итоги социологических исследований, не сравнивая действующие и ранее существовавшие уголовно-правовые нормы для выявления его (уголовного права) эффективности. Одна из основных задач науки уголовного права – разработка на основе широкого обобщения практики применения уголовного закона путей и методов совершенствования уголовного законодательства, исходя из конкретной социально-политической обстановки.

Социология уголовного права, которую в течение ряда лет пытались выделить как самостоятельную правовую науку, отличную от науки уголовного права, в действительности является составной ее частью. Она изучает те же институты и понятия, составляющие уголовное законодательство, с позиций их социальной обусловленности, анализирует результаты понятий и институтов. Следовательно, оснований определять социологию уголовного права как самостоятельную науку нет. Она представляет собой специальную учебную дисциплину, используемую для познания и анализа институтов и понятий уголовного права. Социологические исследования основных уголовно-правовых институтов и их результаты имеют существенное значение для выявления их эффективности, совершенствования, разработки новых уголовных законов на базе их социальной обусловленности. В числе наиболее крупных проблем уголовной социологии, помимо главной – выявление обусловленности уголовного законодательства, можно назвать социологическое исследование правосознания в сфере уголовного права, уголовно-правовое прогнозирование, исследование эффективности уголовных наказаний, социологические проблемы конкретных видов преступлений и применения норм Особенной части и др.

Предмет науки уголовного права шире предмета уголовного права как отрасли права. В него входят изучение и анализ не только действующего законодательства и практики его применения, но история становления и развития как уголовных законов, так и самой науки. В предмет науки включается также изучение уголовного законодательства зарубежных государств в сравнительном плане и для использования положительного опыта в законотворческой и правоприменительной деятельности и развития науки. Уголовное право как отрасль права регулирует общественные отношения свойственным ей методом. Наука уголовного права роль такого регулятора или охранителя общественных отношений - в связи с совершением преступлений, естественно, выполнять не может. Она занимается исследованием их содержаниями разработкой рекомендаций по совершенствованию уголовного законодательства.

Наука уголовного права не может развиваться без органической связи с практикой.

Формы этой связи разнообразны:

- изучение и обобщение практики применения уголовного закона;
- участие специалистов-ученых в обобщениях практики, проводимых правоприменительными органами;
- в разработке проектов новых уголовных законов и совершенствовании действующих;
- участие ученых в работе научно-консультативных советов при Верховном Суде РФ, Генеральной прокуратуре РФ, региональных правоприменительных органах;
- в даче заключений на проекты законов и постановлений Пленума Верховного Суда РФ.

Как и само уголовное право, уголовно-правовая наука является смежной с иными отраслевыми науками, занимающимися исследованием проблем борьбы с преступностью и иными правонарушениями. Наиболее близка наука уголовного права к криминологии, науке об уголовно-исполнительном законодательстве, правовой статистике, криминалистике, судебной психологии и судебной психиатрии.

Единая для всех этих наук основа – это исследование проблем борьбы с преступностью, разработка методов, путей и способов ее сокращения. Вместе с тем каждая из этих наук имеет свое содержание и специфику. Если основным предметом науки уголовного права является уголовное законодательство, то криминология имеет предметом изучение преступности как относительно массового социального явления, причин и условий ее возникновения и роста, путей и методов ее сокращения, личности преступника и мер предупреждения преступлений. В исследовании проблем криминология опирается на уголовный закон, основным методом изучения при этом является социологический. Предмет правовой статистики – количественная сторона преступности, ее структура, состояние, динамика в целом и по отдельным группам и видам преступлений. Уголовно-правовая наука опирается в своих исследованиях и прогнозах на правовую статистику и ее составную часть – уголовную статистику. Статистические данные необходимы науке уголовного права для выявления социальной обусловленности криминализации или декриминализации тех или иных негативных явлений. Пожалуй, наиболее тесную связь наука уголовного права имеет с наукой об уголовно-исполнительном законодательстве, - предметом которой являются изучение, анализ и обобщение законов, регламентирующих исполнение уголовных наказаний. Данная наука исследует эффективность реализации целей наказания в процессе их исполнения, а также результатов применения тех или иных видов наказаний. Связана уголовно-правовая наука и с криминалистикой, имеющей основным предметом изучение специальных методов и приемов обнаружения, закрепления и исследования доказательств совершения преступлений, а также розыска и установления личности преступника. Уголовно-правовая наука, опираясь на криминалистику, используя данные других наук, имеющих прикладное значение (судебная психология, судебная медицина, судебная психиатрия), имеет возможности более основательно и точно выявлять степень опасности преступления, раскрыть обстоятельства его совершения, дать оценку личности преступника, установить все признаки состава преступления. При изучении уголовного законодательства и практики его применения наука уголовного права опирается на диалектико-материалистический метод.

Изучая институты и понятия, составляющие предмет науки уголовного права, она пользуется и специальными методами исследования: системно-структурным, сравнительно-правовым, структурно-логическим анализом.

Суммируя основные задачи, стоящие перед российской уголовно-правовой наукой в современный период, можно свести их к следующему:

а) проведение комплексных и системных исследований действующего уголовного законодательства на предмет определения социальной обусловленности и эффективности его норм;
б) разработка предложений о совершенствовании уголовного законодательства в целом и отдельных институтов и уголовно-правовых норм на базе анализа и обобщения их применения, внесение на этой же основе предложений о декриминализации или криминализации тех или иных социальных явлений;
в) участие в работе официальных структур по разработке уголовных законов, рекомендации по их совершенствованию и применению;
г) изучение и использование уголовного законодательства зарубежных государств и практики его применения при совершенствовании российского уголовного законодательства, и прежде всего в области новых в нашем законодательстве норм, направленных на защиту прав человека, рыночной экономики, потребителя, мира и безопасности человечества;
д) научное прогнозирование и обоснование путей развития уголовного права, разработка концепции уголовного законодательства, в полной мере отвечающей принципам, задачам и сущности демократического правового государства.

Уголовное право представляет собой также специальную юридическую учебную дисциплину. Ее основное содержание составляет изучение действующего уголовного законодательства и практического применения основных положений теории уголовного права Уголовное право как учебная дисциплина имеет в своей основе, прежде всего уголовное законодательство. Так же, как в уголовно-правовой науке, в учебном курсе уголовного права, помимо действующего законодательства, изучается и его история, затрагиваются некоторые наиболее крупные дискуссионные вопросы, в определенном объеме излагается уголовное право зарубежных стран.

Международное уголовное право

Международное уголовное право - это система принципов и норм, регулирующих сотрудничество государств в борьбе с преступлениями, предусмотренными международными договорами.

Среди основных принципов международного уголовного права выделяются следующие:

- запрещение агрессивной войны;
- неотвратимость уголовного наказания за совершение любого деяния, которое по международному праву считается преступным;
- если государство не устанавливает наказания за действия, которые международным правом отнесены к категории преступлений против мира и человечества, то это не является обстоятельством, освобождающим виновное лицо от международной уголовной ответственности;
- должностное положение лица, совершившего международное преступление, не освобождает его от личной ответственности;
- исполнение лицом преступного приказа своего правительства или начальника не освобождает это лицо от ответственности, если сознательный выбор был фактически возможен;
- каждое лицо, обвиненное в международном преступлении или в преступлении международного характера, имеет право на справедливое рассмотрение своего дела в суде;
- неприменение сроков давности к военным преступникам и преступлениям против человечества;
- международные принципы осуществления правосудия по уголовным делам, провозглашенные в ст.7-11 Всеобщей декларации прав человека 1948 г. (презумпция невиновности, запрещение пропаганды войны, пыток и т.д.)

Под международной борьбой с преступностью понимается сотрудничество государств в борьбе с определенными видами преступлений, совершенных индивидами. Это сотрудничество прошло длительную эволюцию. Первой формой такого сотрудничества было сотрудничество в выдаче преступников. Еще в договоре хеттского царя Хаттусили III и египетского фараона Рамсеса II 1296 г. до н.э. говорилось: “Если кто-либо убежит из Египта и уйдет в страну хеттов, то царь хеттский не будет его задерживать, но вернет в страну Рамсеса”. Позднее возникла необходимость обмениваться информацией, причем объем этой информации постоянно расширялся. На определенном этапе возникла необходимость обмениваться опытом. А в последнее время заметное место в отношениях между государствами занимает вопрос об оказании профессионально-технической помощи. Особое значение имеют совместные действия или их координация, без чего правоохранительные органы различных государств не могут успешно бороться с от-дельными видами преступлений, прежде всего с организованной преступностью.

Сотрудничество государств развивается на трех уровнях:

1. Двустороннее сотрудничество. Здесь наибольшее распространение получили двусторонние соглашения по таким вопросам, как оказание правовой помощи по уголовным делам, выдача преступников, передача осужденных лиц для отбывания наказания в стране, гражданами которой они являются. Межгосударственные и межправительственные соглашения как правило, сопровождаются межведомственными, в которых конкретизируется сотрудничество отдельных ведомств.
2. Сотрудничество на региональном уровне обусловлено совпадением интересов и характеров отношений стран определенного региона. Так, например, в 1971 г. 14 государств-членов ОАГ подписали в Вашингтоне Конвенцию о предупреждении актов терроризма и наказании за их совершение. В рамках СНГ такое сотрудничество развивается весьма быстро: в январе 1993 г. в Минске страны Содружества (кроме Азербайджана) подписали Конвенцию о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам.
3. Сотрудничество на универсальном уровне началось еще в рамках Лиги Наций, а продолжалось в ООН.

В настоящее время создана целая система многосторонних универсальных договоров в области международного уголовного права:

- Конвенция о предупреждении преступлений геноцида и наказании за него 1948 г.;
- Конвенция о борьбе с торговлей людьми и с эксплуатацией проституции третьими людьми 1949 г.;
- Дополнительная конвенция об упразднении рабства, работорговли и институтов и обычаев, сходных с рабством 1956 г.;
- Международная конвенция о пресечении преступления апартеида и наказании за него 1973 г.;
- Токийская конвенция о преступлениях и некоторых других актах, совершаемых на борту воздушных судов 1963 г.;
- Гаагская конвенция о борьбе с незаконным захватом воздушных судов 1970 г.;
- Монреальская конвенция о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности гражданской авиации 1971 г.;
- Конвенция о наркотических веществах 1961 г.;
- Конвенция о психотропных веществах 1971 г.;
- Конвенция о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ 1988 г.;
- Конвенция о предотвращении и наказании преступлений против лиц, пользующихся международной защитой, в том числе дипломатических агентов 1973 г;
- Международная конвенция о борьбе с захватом заложников 1979 г;
- Конвенция о физической защите ядерного материала 1980 г;
- Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания 1984 г.;
- Конвенция о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников и т.д.

Международное сотрудничество в борьбе с преступлениями предполагает решение государствами нескольких взаимосвязанных задач:

а) согласование квалификации преступлений, представляющих опасность для нескольких или всех государств;
б) координация мер по предотвращению и пресечению таких преступлений;
в) установление юрисдикции над преступлениями и преступниками;
г) обеспечение неотвратимости наказания;
д) оказание правовой помощи по уголовным делам, включая выдачу преступников.

Развитие уголовного права

Охраняя общественный порядок, государство запрещает те или другие деяния, признаваемые им в этом отношении вредными, угрожая за совершение их такими или иными наказаниями. Система норм, определяющих, какие именно деяния признаются преступными, и каким наказаниям подвергается преступник, составляет область уголовного права. В случае совершения кем-либо одного из таких запрещенных деяний государство в лице своих органов (судебных и полицейских властей) производит расследование, судит и соответственно приговору осуществляет наказание. Система норм, определяющих весь этот порядок производства, носит название уголовного процесса. Круг деяний, признаваемых для всего общественного порядка вредными, чрезвычайно обширен: сюда входят не только деяния, затрагивающие общественный интерес прямо и непосредственно (например, измена, бунт, подделка монеты и т.д.), но и такие деяния, которые prima facie наносят вред какому-нибудь отдельному лицу, но, в то же время, (посредственно) угрожают и интересам всего общества — например, убийство, грабеж, воровство и т.д. Разумеется, этот круг преступных деяний не есть что-либо всегда — во все времена и у всех народов — одинаковое: деяние, признаваемое преступным в одну эпоху и у одного народа, может быть совершенно дозволенным в другую эпоху и у другого народа.

Древнейший период

VI в. до н.э.- сер. III в. до н.э. (архаичность, неразвитость, национально-полисная замкнутость.)

Уголовное право на раннем этапе еще не стало вполне самостоятельной областью правового регулирования. Это непосредственно определялось тем, что не сложилось еще четкого понимания преступления как правонарушения, представляющего общественную опасность. Поэтому, например, кража, телесные повреждения считались частными деликтами. Сравнительно рано выделяется группа публичных деликтов, которые, формально принадлежа к обязательственному праву, начинают рассматриваться как преступления и образуют сферу действия уголовного права: измена, сопротивление власти, убийство, поджог, лжесвидетельство. Преступления преследовались органами государства, за них устанавливалась смертная казнь в виде отсечения головы, удушения, сожжения, утопления, сбрасывания с Тарпейской скалы.

Другая примечательная черта начального состояния уголовного права состояла в его связи с религией. Круг религиозных преступлений был довольно широк. К ним, в частности, относились нарушение клятвы и присяги, нарушение патроном своих обязанностей перед клиентом, нарушение межевых знаков, околдование посевов и т.д. Считалось, что характером, противным религии, обладают и другие преступления. Это вело подчас к наложению на виновного и религиозного проклятия.

Суровость наказаний была не только отголоском традиций, в частности обычая кровной мести, но и стремлением укрепить частную собственность при ее становлении. Так, по Законам XII таблиц смертным грехом для взрослого было потравить или сжать в ночное время урожай с обработанного поля. Виновного предписывалось предать смерти. Жестоко карались преступления, которые в той или иной мере считались выступлениями против нравственности. Например, «уличенный в лжесвидетельстве сбрасывался с Тарпейской скалы», Виновный в убийстве родителей подвергался сечению розгами до крови, затем его зашивали в кожаный мешок вместе с собакой, петухом, змеей и обезьяной и выбрасывали в реку или море, «чтобы отнять у него землю при жизни и небо после смерти». Смертной казнью карали того судью или посредника, которые «были уличены в том, что приняли денежную мзду». Сечению розгами до смерти подвергался соблазнитель римской гражданки.

Пережитком прошлого были случаи узаконения самосуда. Законы XII таблиц считали правомерным убийство ночного вора, застигнутого на месте преступления. К пережиткам относится установление ответственности, например, за телесные повреждения по принципу талиона («если причинит членовредительство и не помирится с потерпевшим, то пусть и ему самому будет причинено то же самое». Неразвитость уголовного права проявлялась и в том, что в XII сравнительно немного говорится о государственных преступлениях, а также в отсутствии систематического перечня преступлений и наказаний. От усмотрения магистрата зависел характер и размер наказаний. Слабо были разработаны основные понятия уголовного права, в частности понятие преступления. Покушение еще не отличалось от законченного преступления. Не сложилось в полной мере и понятие вины. Решающим основанием ответственности – считалось само действие, причинившее ущерб (объективное вменение). Допускалась возможность осуждения и наказания не только людей, но и животных, даже неодушевленных предметов.

Отмечаемая неразвитость уголовного права отнюдь не препятствовала его активному использованию в интересах правящей верхушки общества, Так, установление тех же композиций давало преимущество богатым.

Классический период

Середина III в. до н.э.- конец III в. н.э. (пик разработанности и совершенства). По сравнению с исключительными успехами римского частного права достижения в области уголовного права носят более скромный характер. Другая особенность заключается в том, что эти достижения относятся не только к классическому, но и постклассическому праву. Здесь особенно заметна тесная связь ряда достижений в области права с кризисом рабовладельческого строя, обострением классовой борьбы и соответственно возросшими требованиями, предъявляемыми господствующим классом к государству и праву.

На рассматриваемом этапе уголовное право выделяется в самостоятельную и довольно развитую отрасль права. Ряд противоправных деяний, ранее преследовавшихся в порядке частного обвинения (например, кража со взломом, ночная кража), теперь признаются имеющими публичный характер, становятся преступлениями (crimen), складываются основные составы преступлений. Прогресс юридико-технической стороны права выразился и в разработке ряда основных правовых понятий (преступление, вина, умысел, неосторожность, случай), проводится различие между покушением и совершенным деянием, возникают понятия соучастия, вменяемости, необходимой обороны. «Если кто-либо убьет другое лицо, нападающее с оружием, то это не рассматривается как противоправное убийство». Ослабление роли религии отразилось в уголовном праве таким образом, что наказывались лишь наиболее дерзкие выступления против верований, да и то преимущественно в административном, а не судебном порядке (считалось, что боги сами должны защищать себя).

В области наказаний наблюдалась их исключительная жестокость по отношению к рабам. Если ранее наказание раба осуществлялось домовладыкой, и было в какой-то мере смягчено патриархальными представлениями о характере рабства, то с утверждением взгляда на раба как на говорящее орудие производства эти ограничения отпадают. К рабам применялись такие изуверские наказания, как распятие на кресте, сожжение, четвертование, отдача на растерзание диким зверям и т. п. телесные и калечащие наказания. Выше уже говорилось об известном силанианском сенатусконсульте 10 г. При Нероне на его основании 400 рабов, все до единого не причастные к смерти своего хозяина, были осуждены на смерть. В народе, сочувственно отнесшемся к невинно осужденным, начались волнения. Но сенат подтвердил решение о казни, и рабы под сильной охраной, сдерживавшей народ, были препровождены к месту казни. На данном этапе все же очевидной становится тенденция ограничения государством самоуправства и крайних проявлений жестокости господ. Так, господам запрещалось без постановления суда отдавать рабов в цирк для сражения со зверями. Устанавливается, что раба нельзя считать беглым, если он придет в убежище или туда, куда являются просящие, чтобы их продали, ибо они делают то, что дозволено. Юрист I в. н.э. Лабеон, имея в виду рабов, замечает, что владельцу следует с умеренностью пользоваться своим движимым имуществом, дабы не испортить его своим диким и свирепым обращением. Более определенно высказывается по этому вопросу Гай в своих Институциях: «В настоящее время ни римским гражданам, ни каким-либо другим людям, находящимся под управлением римского народа, не дозволено безмерно и беспричинно свирепствовать против своих рабов». Если признавалась чрезмерной жестокость обращения с рабами, ищущими убежища в храмах и у статуй императоров, то владельцы этих рабов обязывались к их продаже. «Никому, кто находится под римским владычеством, не позволено свирепствовать в отношении рабов сверх меры и без причины, признанной законом. Кто без причины убьет своего раба, наказывается не в меньшей степени, как если бы он убил чужого раба». «Нужно, чтобы власть хозяев над их рабами была неограниченна... но для хозяев важно, чтобы не отказывалось в помощи против свирепости».

Слабо выраженная тенденция смягчения наказаний наблюдалась и в отношении к свободным. Так, на короткое время в поздней республике отменяется смертная казнь для преступников из числа граждан. Дольше всего сохранялась смертная казнь за убийство родителей, но при Помпее и она была заменена изгнанием с лишением прав гражданства и конфискацией имущества.

Выделение классического состояния римского уголовного права представляется особенно трудным и во многом условным не только ввиду ограниченности достижений в этой области, их разбросанности по второму и третьему этапам, но и потому, что они, подчас, тесно связаны с реакционными изменениями в римском обществе. Если все же допустимо говорить о римском классическом уголовном праве, то под этим следует понимать то техническое совершенствование уголовного права, которое вопреки крайним противоречиям его применения все же способно было оказывать положительное действие на развитие рабовладельческого способа производства.

В уголовном праве сохранялись некоторые черты неразвитого состояния. Например, по-прежнему отсутствовал систематический перечень преступлений и наказаний. Такое положение, естественно, расширяло рамки усмотрения судей, в частности при определении наказаний. С этим все же не следует отождествлять состояние полного произвола и крайнюю жестокость репрессий, применявшихся в ходе гражданских войн. Наряду с тенденцией к смягчению наказаний и сравнительно высоким юридико-техническим уровнем права все более отчетливо проявляется реакционная тенденция. Произвольному наложению уголовных наказаний широкий простор открывал такой состав преступления, как «оскорбление величества римского народа». При Империи «оскорбление величества», теперь уже императора, приобрело весьма широкий и неопределенный смысл. Как за «оскорбление величества» подлежали наказанию малейшие проявления недовольства, неосторожное слово, выражение симпатий республиканским порядкам Реакционная тенденция в уголовном праве усиливается на следующем (постклассическом) этапе развития данной отрасли.

Постклассический период

IV- VI вв. (римское право несет на себе печать общего кризиса; систематизация и приспособление к новым феодальным отношениям). В связи с обострением классовых противоречий и напряженностью социально-политической борьбы уголовное право приобретает ярко выраженный террористический характер. Реакционные изменения в области уголовного права проявлялись в возрастании жестокости и произвола в наложении наказаний. В отдельные периоды римской истории императоры совершали столь ужасные деяния, что вполне можно усомниться в их психической нормальности. Здесь, конечно, многое нужно отнести на полную безответственность их власти. В карательной политике, а подчас и просто в зверствах императоров лишь в более концентрированной форме нашел выражение кризис рабовладения, в частности моральное разложение римского общества. В отличие от раннего римского права жестокость наказаний коренилась не в пережитках первобытнообщинного строя и связи права с религиозными предрассудками, а непосредственно, в некоторого рода, рационалистических воззрениях — «пусть ненавидят, лишь бы боялись». Главная цель наказания виделась в устрашении.

Изменения в уголовном праве выразились также в дальнейшем расширении круга деяний, квалифицируемых как преступления. Уголовная репрессия устанавливается за некоторые частные деликты — все виды кражи. Вводятся новые составы преступлений — неосторожное убийство, богохульство, отступничество от христианской веры. Расширяются составы старых преступлений. Чрезвычайно широким и весьма расплывчатым был состав такого преступления, как «оскорбление величества». Смертная казнь грозила даже за оскорбление статуи императора, Причем ответственности подлежали и дети преступника. Понятие государственной измены в Дигестах было сформулировано в столь общих и туманных выражениях, что давало самый широкий простор произволу.

В связи с огромным размахом коррупции чиновников большое значение приобретают такие составы преступлений, как взяточничество, вымогательство, хищение казенных денег, публичное насилие. Вооруженное нападение на дома или Виллы знати рассматривалось как публичное насилие и каралось смертной казнью. При империи весьма частым видом наказания становится смертная казнь. Теперь и на римских граждан распространяются членовредительные наказания, а также наиболее мучительные виды смертной казни — распятие на кресте, сожжение живьем, истязание до смерти, отдача на растерзание диким зверям. Широкий размах приобретает конфискация имущества, с помощью которой пополнялась государственная казна. «Особенно в период от Тиберия до Нерона, — пишет Ф. Энгельс, — стало обычным явлением приговаривать богатых римлян к смерти для того, чтобы присвоить их состояние». Ради конфискации имущества в исключение из общего правила, уголовные преследования возбуждались и после смерти обвиняемого. Дело доходило до того, что богатые граждане, не дожидаясь репрессий, сами передавали, завещали свое имущество императорам.

Особенно жестокими были наказания, применявшиеся к рабам. Раб подлежал сожжению даже в том случае, если он лишь замышлял убийство господина или отказался подать помощь и не спас своего господина.

Свидетельские показания рабов в суде получались под пыткой, и судья не нес ответственности, если во время пытки раб умирал.

Вопреки формальному провозглашению при Империи равенства всех свободных перед законом на практике уголовное право приобретало сословный характер. Наказания все в большей мере стали определяться сословной принадлежностью виновного. На представителей высших сословий за ряд преступлений накладывались более мягкие наказания. В то же время было обычным лиц низших сословий присуждать к телесным наказаниям, работе на рудниках, наиболее жестоким видам смертной казни. За такие преступления, как грабеж, насилие, захват чужих владений и т.д., для «высших» наказанием была ссылка (иногда с конфискацией части имущества), а для «низших» — принудительные работы на рудниках. «Высшие», в том числе и солдаты, имели привилегию быть казненными мечом, тогда как не солдаты и не знатные за те же преступления подлежали казни путем сожжения, закапывания живьем в землю, отдавались на растерзание диким зверям, подвергались распятию на кресте. Еще одна характерная черта — уголовное право все активнее приходит на помощь государственной христианской религии. Законодательство Юстиниана боролось с еретическими движениями также и с помощью норм уголовного права. За принадлежность к секте манихеев грозила смертная казнь. Кодекс Юстиниана требует гнать, стирать с лица земли их «нечестивые капища», искоренять самое их имя, предавать позорной и мучительной смерти этих «проклятых богом безумцев» Вместе с тем происходили и такие изменения, которые не выражали реакционную тенденцию. Систематизировались нормы уголовного права, уточнялись некоторые правовые понятия и составы преступлений. Не только применительно к обязательственному, но и к уголовному праву основательно разрабатывается понятие вины. Однако одно из отличий юристов-классиков от постклассических юристов состоит в том, что первые акцент делали на объективной стороне деяния, тогда как вторые — тщательно исследовали его внутренние мотивы. Видимо, под влиянием христианской религии имела место и тенденция некоторого смягчения наказаний: ограничивается применение таких наказаний, как распятие на кресте, клеймение, отдача на растерзание диким зверям. Вместе с упорядочением норм уголовного Права в Своде законов Юстиниана эти изменения имели известное положительное значение. Наблюдавшееся тогда смягчение наказаний характеризуется подчас как «некоторый прогресс в уголовном законодательстве».

Субъекты уголовного права

Специфика уголовного права связана и с субъектной их характеристикой. Субъект - член общества, осуществляющий права и обязанности, установленные уголовным правом в качестве общеобязательных требований (обязанность не совершать действий, запрещенных уголовным законом, право быть гарантированным от уголовной ответственности, если нарушение им установленной меры поведения в других правоотношениях не является преступным по букве уголовного закона, право реализовывать позитивное поведение, дозволяемое уголовным законом в экстремальных ситуациях). В случае нарушения этих требований он превращается (трансформируется) в субъекта, обязанного подчиниться реализации уголовной ответственности и вместе с тем имеющего права, которые защищают его от произвола. Появляется еще один субъект - жертва преступления (потерпевший), права и обязанности которого связаны с восстановлением или возмещением утраченных благ и с содействием реализации уголовной ответственности виновного. Наконец, еще один субъект уголовно-правовых отношений - орган, выступающий по поручению государства, - также видоизменяется по мере развития уголовно-правового отношения. На этапе, обеспечивающем соблюдение членами общества обязательных требований воздерживаться от поведения, запрещенного уголовным законом, речь идет о государственном органе, устанавливающем эти требования и создающем условия для их доведения до всеобщего сведения. Но после совершения преступления субъектом, участвующим в реализации уголовной ответственности, являются последовательно: орган, обнаруживающий преступление (получающий информацию о нем), осуществляющий расследование (достоверно устанавливающий наличие или отсутствие факта преступления по сведениям о нем или констатирующий невосполнимую недостаточность таких сведений), суд (реализующий уголовную ответственность путем применения государственно-принудительного воздействия к виновному либо оправдывающий привлеченное лицо), суд кассационной инстанции (разрешающий вступление приговора в законную силу или отказывающий в этом).

Содержание уголовно-правового отношения - это комплекс обязанностей, прав, полномочий его участников. Его не надо трактовать, как это нередко делается, утверждая, что одни участники обладают только или в основном правами и правомочиями, а другие - только обязанностями. Конечно, государственный орган, деятельность которого направлена на реализацию уголовной ответственности, выступает для наблюдателя со стороны, прежде всего как орган, обладающий властью, устанавливающий обязательные для других участников правоотношения условия поведения.

Но в действительности он и субъект обязанности:

а) осуществить это право, не дав уйти преступнику от государственно-принудительного воздействия;
б) реализовывать уголовную ответственность в соответствии с требованиями законности и справедливости, нарушение которых влечет уголовную ответственность уже для него.

Точно так же виновный в совершении преступления на первый взгляд выступает как субъект обязанности понести наказание или иной вид правовых последствий преступления. Но в то же время он и субъект прав, гарантированность которых не зависит от степени его готовности выполнить указанную выше обязанность.

А именно он вправе защищать предоставленными ему законом способами свои интересы:

- не подвергнуться государственно-принудительному воздействию, если не доказана вина или доказана невиновность;
- подвергаться такому воздействию лишь в пределах, соответствующих его деянию, целям, мотивам, последствиям этого деяния и личности.

Наконец, и потерпевший как участник уголовно-правового отношения характеризуется не только правами в отношении виновного и государственного органа, связанными со справедливым восстановлением или возмещением утраченных благ.

Но и обязанностями по отношению к ним под угрозой уголовной ответственности не фальсифицировать информацию о деянии и виновном и в то же время в полном объеме изложить органу расследования и суду все, что ему действительно известно.

Существенная специфика характеризует уголовно-правовое отношение и в части оснований его возникновения. Или, точнее, "реорганизации" его из отношения, объектом которого является соблюдение общеобязательных (всеобщих) требований уголовного закона воздерживаться от совершения преступлений. В результате такой "реорганизации" появляется отношение с дополнительными объектами - реализация уголовной ответственности и удовлетворение законных интересов жертвы преступления. Основание такой "реорганизации" - факт преступления. Но хотя права и обязанности, связанные с реализацией уголовной ответственности, возникают с момента преступления, если оно имеет место, это надо еще достоверно доказать. Осуществляется это путем целого комплекса правоотношений, составляющих содержание оперативно-розыскной деятельности, предварительного расследования, судебного разбирательства. Их объектами являются наличие или отсутствие, доказанность или недоказанность факта преступления, совершенного данным лицом. Эта деятельность позволяет либо признать уголовно-правовое отношение существующим и реализовать государственно-принудительное воздействие на виновного, либо отказаться от реализации уголовной ответственности в силу ошибочности информации о факте преступления или ее недостаточности.

Признаки уголовного права

Признаки уголовного права:

- состоит из правовых норм;
- имеет высшую юридическую силу;
- описывает признаки общественно опасных деяний;
- устанавливает виды и размеры наказаний.

Проблемы уголовного права

Нормы действующего Уголовного кодекса далеки от совершенства и вызывают множество нареканий со стороны правоприменителя. В частности, необходимо отметить, что многие нормы являются декларативными. Например, предусмотренный ст. 4 УК РФ принцип равенства граждан перед законом. По мнению Корецкого Д.А. данный принцип является недостижимым, поскольку все люди от рождения неравны хотя бы по полу, весу, социальному положению и т.д. « …биологическое неравенство наглядно проявляется уже в момент рождения ребенка в виде разницы пола, роста и веса, а социальное - в виде качества роддомовской палаты и уровня сервиса… Совершенно непонятно, что делает их равными перед законом!». С этим мнением можно не согласиться, поскольку в данном случае, речь в статье 4 УК РФ идет не о реальном равенстве и «одинаковости» всех людей, именно об их равенстве перед законом. То есть в данном случае имеется в виду необходимость одинакового подхода к лицам с различным социальным, имущественным положением и т.д. Хотя с точки зрения реальности данной нормы, автор статьи абсолютно прав. Данная норма отражает скорее идеал, чем реальное положение вещей.

Также невыполнимой с точки зрения автора является и норма, закрепленная в статье 6 УК РФ о справедливости наказания. Она носит декларативный характер, поскольку «… отсутствуют инструменты и единицы измерения характера и степени общественной опасности преступления и личности виновного, не выработаны критерии справедливости, а весь механизм правоприменения основывается на субъективных оценках конкретных должностных лиц». Не менее очевидно, что уголовный закон, вопреки части 1 ст. 7 УК РФ, не обеспечивает безопасность человека, подтверждением чему ежегодно являются более двух миллионов наших сограждан, которых убивают, калечат и обворовывают.

Точно также и часть 2 статьи 7 УК РФ является декларативной, поскольку условия содержания в исправительных колониях таковы, что их можно, с точки зрения международных норм расценить именно как пытки. По мнению автора, правовые требования, являющиеся заведомо невыполнимыми, разлагают правоприменителей и способствуют созданию атмосферы «необязательности» исполнения закона. Однако если следовать логике автора, данные нормы следует исключить из УК РФ. В этом случае мы лишимся и той цели, идеала, к которому необходимо стремиться.

Далее автор ведет речь о практике применения нормы, закрепленной в ст. 222 УК РФ. По данным его исследования он делает вывод о том, что указанная норма практически не применяется.

Далее автор указывает на опасность чрезмерной гуманизации уголовного законодательства. По его мнению, на данный момент уголовное законодательство не защищает интересы законопослушных граждан и потерпевших от преступлений, а стоит на страже прав и интересов правонарушителей. В частности, нормы, ограничивающие применение огнестрельного оружия, физической силы, сильно ограничивают правоприменителя и расширяют возможности правонарушителей. «Применение оружия сотрудниками, осуществляющими задержание опасных или вооруженных преступников должно презюмироваться правомерным, если не будет доказано обратное. Риск наступления неблагоприятных последствий от применения оружия должен возлагаться на преступника, в результате противоправных действий которого оружие применялось».

Данное предложение автора, однако, таит в себе опасность злоупотребления со стороны сотрудников правоохранительных органов, не говоря уже о том, что преступником считать можно только лицо, в отношении которого вынесен обвинительный приговор суда. В противном случае есть опасность причинения вреда лицу, в отношении которого не будет доказана его причастность к преступлению и, соответственно, вполне возможно, что пострадает невиновный.

Автор статьи также указывает на то, что снятие требования о соразмерности действий обороняющего в случае наличия опасности для жизни никакого качественно изменения не принесло, т.к. не никаких оснований полагать, что суд станут адекватно толковать наличие опасности для жизни. Кроме того, по мнению автора, для того, чтобы придать какую-то реальность данной норме следует разрешить ношение огнестрельного оружия гражданам с безупречной правовой репутацией.

Вызывает несогласие автора и традиционная квалификация ножевых ранений в ягодицу, бедро, руку и тому подобные «не жизненно важные органы», когда в результате повреждения артерии все же наступает смерть потерпевшего. Судебная практика расценивает эти действия как «неосторожное» убийство. «Поражая ножом любую часть человеческого тела, разве не предполагает виновный, что может повредить пронизывающие ткани кровеносные сосуды, железы, лимфоузлы, нервные окончания, занести инфекцию, вызвать кровопотерю или болевой шок, причинить еще десятки последствий, приводящих к смерти? А, следовательно, в случае причинения смерти, должен нести ответственность за убийство с косвенным умыслом».

Кроме всего вышеперечисленного автор также выражает несогласие с практикой оценки действий «пассивных» соучастников. Он считает, что их следует привлекать к ответственности как соисполнителей.

Таким образом, мы видим, что действующий уголовный закон вызывает немало сложностей в его применении. Однако предложения по его совершенствованию также далеки от идеала, и относиться к ним следует с большой осторожностью.

Прежде всего, следует отметить, что в теории существуют две полярные точки зрения в отношении определения убийства. Так, А.А. Пионтковский полагал, что убийство есть противоправное умышленное или неосторожное лишение жизни человека. М.Д. Шаргородский понимал под убийством лишь умышленное причинение смерти и не относил к нему неосторожное лишение жизни. Вторая точка зрения воспринята действующим российским уголовным законодательством. Неумышленное, то есть неосторожное убийство УК РФ отвергается, хотя признается причинение смерти по неосторожности - ст.109 УК РФ. Для квалификации действий виновного по ст. 105 УК РФ необходимо, чтобы лишение жизни потерпевшего было противоправным. То есть нельзя рассматривать как убийство лишение жизни другого человека, например, при приведении в исполнение судебного приговора к смертной казни. Убийство может быть совершено как путем действия, так и путем бездействия. Причем оконченным является убийство при наступлении смерти потерпевшего. Для квалификации преступления как убийства необходимо наличие причинной связи между действием (бездействием) и наступившим преступным результатом. При этом необязательно, чтобы смерть потерпевшего наступила сразу же после совершения соответствующего действия. Квалификация деяния как убийство возможна и тогда, когда смерть потерпевшего наступает спустя значительный промежуток времени после совершения преступного действия (бездействия).

Убийство следует отличать от покушения на убийство. Если убийство может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом, то покушение на убийство возможно только с прямым умыслом. При покушении на убийство виновный сознает общественную опасность своих действий, предвидит возможность или неизбежность наступления смерти другого человека, желает ее наступления, однако смертельный исход не наступает по не зависящим от него обстоятельствам. Убийство необходимо отличать также от умышленного причинения тяжкого вреда здоровью человека. Для признания лица виновным в умышленном убийстве суду необходимо учитывать характер действий и способ, избранный для совершения преступления. При определении отягчающих обстоятельств, предусмотренных ч.2 ст.105 УК РФ, перечень которых является исчерпывающим, в теории и на практике возникают дискуссии. Некоторые отягчающие обстоятельства, такие как: убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека либо захватом заложника, совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой; убийство по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом; по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды; в целях использования органов или тканей потерпевшего - впервые предусмотрены УК РФ.

Другие отягчающие обстоятельства, хотя и предусматривались ранее УК РСФСР, но их установление до настоящего времени вызывает определенные трудности. Для квалификации действий по п. "а" ч.2 ст.105 УК РФ (убийство двух и более лиц) необходимо, чтобы действия виновного охватывались единым преступным умыслом.

Постановлением N 1 Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)" подчеркивается, что квалификация содеянного как убийства двух и более лиц возможна, если действия виновного охватывались единством умысла и совершены, как правило, одновременно.

Формулировка "как правило" свидетельствует о том, что в определенных ситуациях разрыв во времени при убийстве двух и более лиц полностью не исключается. Например, если виновный, действующий под влиянием одного и того же мотива, лишает жизни сначала одного человека, скажем, свою жену, а затем и ее любовника, то его действия квалифицируются как убийство двух и более лиц. Убийство двух и более лиц при отсутствии единого умысла квалифицируется как совокупность преступлений.

Определенные сложности возникают при квалификации действий виновного по п. "в" ч.2 ст.105 УК РФ - убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии. В юридической литературе беспомощным состоянием принято считать такое состояние, когда лицо вследствие своего физического или психического состояния, вызванного малолетним либо престарелым возрастом, физическими недостатками, болезнью (в том числе душевной), временной потерей или ослаблением сознания, не могло оказать сопротивления виновному или не понимало характера совершаемых им действий по лишению жизни.

С подобным определением беспомощного состояния не согласен профессор С. Дементьев, полагающий, что поскольку потерпевшему не причиняются дополнительные особые страдания, то нельзя говорить и о данном отягчающем обстоятельстве. Автор считает неправильным квалифицировать по п. "в" ч.2 ст.105 УК РФ убийство спящего или находящегося в обмороке человека, так как "подобные случаи умышленного лишения жизни человека не повышают общественной опасности виновного". В этом случае, по мнению С. Дементьева, действия виновного охватываются ч.1 ст.105 УК РФ (убийство без отягчающих обстоятельств). По п. "в" ч.2 ст.105 УК РФ, приходит к выводу профессор С. Дементьев, следует квалифицировать только убийство человека, когда тот заведомо для виновного находился в беспомощном состоянии, то есть сознавал характер происходящего, однако в силу своего физического состояния не мог оказать сопротивления: позвать на помощь или уклониться от действий убийцы.

Судебная практика по данному вопросу также противоречива. В одних случаях убийство спящего и лица, находящегося в обморочном состоянии или в состоянии тяжелого опьянения, квалифицируется как убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, в других - это состояние не рассматривается в качестве квалифицирующего признака.

По мнению Марогуловой И.Л., при определении беспомощного состояния совсем не требуется, чтобы потерпевшему причинялись, как считает С. Дементьев, дополнительные особые страдания. При квалификации преступных действий по п. "в" ч.2 ст.105 УК неважно, испытывал или не испытывал особые страдания потерпевший, и неважно, сознавал он или не сознавал характер происходящего. Если потерпевший при лишении его жизни испытывал особые страдания, то действия виновного надлежит квалифицировать по п. "д" ч.2 ст.105 УК РФ как убийство, совершенное с особой жестокостью.

Состояние же беспомощности предполагает, что потерпевший лишен возможности оказывать убийце эффективное сопротивление, что осознается и самим преступником.

Именно преступником, а не потерпевшим. Убийца только пользуется беспомощностью потерпевшего как обстоятельством, облегчающим совершение убийства. В п.7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)" указано, что убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, надлежит квалифицировать как умышленное причинение смерти потерпевшему, неспособному в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать активное сопротивление виновному, когда последний, совершая убийство, сознает это обстоятельство. Неважно также, в силу каких причин потерпевший оказывается в беспомощном состоянии. Однако беспомощное состояние потерпевшего не должно быть связано с насильственными действиями виновного, который лишь использует беспомощность потерпевшего в виде обстоятельства, облегчающего реализацию преступного умысла.

Определенные трудности возникают в связи с квалификацией убийства, совершенного с особой жестокостью, - п. "д" ч.2 ст.105 УК РФ. Понятие особой жестокости необходимо связывать как со способом убийства, так и с другими обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении виновным особой жестокости. Особая жестокость убийства проявляется тогда, когда перед лишением жизни или в процессе этого к потерпевшему применялись пытки, истязание или совершалось глумление над жертвой либо когда убийство совершено способом, который заведомо для виновного связан с причинением потерпевшему особых страданий (нанесение большого количества телесных повреждений, использование мучительно действующего яда, сожжение заживо, длительное лишение пищи, воды и т. д.).

Однако само по себе нанесение множества телесных повреждений еще не может являться основанием для квалификации действий виновного по п. "д" ч.2 ст.105 УК. Необходимо, чтобы виновный, нанося множество телесных повреждений потерпевшему, сознавал, что причиняет ему особые страдания. Особая жестокость может выражаться в совершении убийства в присутствии близких потерпевшему лиц. Совершая такое убийство, виновный сознает, что причиняет своими преступными действиями особые страдания не только жертве, но и близким ей лицам.

В теории и на практике возникает вопрос о том, может ли глумление над трупом, расчленение трупа рассматриваться в качестве обстоятельства, свидетельствующего о совершении убийства с особой жестокостью. На этот вопрос четко дается ответ в постановлении Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)". В п.8 этого постановления говорится, что глумление над трупом не может расцениваться в качестве обстоятельства, свидетельствующего о совершении убийства с особой жестокостью. Содеянное в таких случаях следует квалифицировать по ст.105 и ст.244 УК РФ, предусматривающих ответственность за надругательство над телами умерших. Расчленение трупа с целью сокрытия преступления не может быть основанием для квалификации убийства как совершенного с особой жестокостью.

Для квалификации убийства, совершенного общеопасным способом, необходимо, чтобы виновный осознавал, что он убивает потерпевшего способом, опасным для жизни посторонних людей. Если в результате применения виновным общеопасного способа убийства наступила смерть одного или нескольких посторонних лиц, то содеянное квалифицируется помимо п. "е" и п ."а" ч.2 ст.105 УК РФ, а в случае причинения вреда здоровью другим лицам - не только п. "е" ч.2 ст.105, но и по статьям УК РФ, предусматривающим ответственность за умышленное причинение вреда здоровью.

Нередко в совершении убийства принимают участие несколько лиц, что значительно облегчает совершение преступления. Убийство, совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, предусмотрено в виде квалифицирующего признака п." ж" ч.2 ст.105 УК РФ. Предварительный сговор на убийство предполагает выраженную в любой форме договоренность двух или более лиц, непосредственно направленную на лишение жизни потерпевшего. Этот подход зафиксирован в п.10 постановления Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)".

При квалификации убийства, совершенного группой лиц по предварительному сговору, необходимо, чтобы: во-первых, до начала действий, непосредственно направленных на лишение жизни потерпевшего, между исполнителями существовала договоренность на совершение убийства, выраженная в любой форме. Во-вторых, необходимо непосредственное участие в процессе лишения жизни потерпевшего двух или более лиц. Если убийство исполнило одно лицо, а другое являлось организатором, подстрекателем или пособником, то содеянное не может квалифицироваться как убийство, совершенное группой лиц по предварительному сговору. В-третьих, все исполнители преступления должны применять насилие к потерпевшему и действовать с умыслом, направленным на совершение убийства. По п. "ж" ч.2 ст.105 УК РФ виновными могут быть признаны только лица, принимавшие непосредственное участие в лишении жизни потерпевшего. Ошибочными являются решения суда о квалификации действий других участников преступления, не являющихся его исполнителями, по п. "ж" ч.2 ст.105 УК РФ.

Наряду с исполнителями преступления, другие участники преступной группы могут выступать в роли организаторов, подстрекателей или пособников убийства, и их действия следует квалифицировать по соответствующей части ст.33 и п. "ж" ч.2 ст.105 УК РФ.

Под организованной группой понимается группа из двух и более лиц, объединенная умыслом на совершение одного или нескольких убийств. Согласно ч.3 ст.35 УК РФ преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. При признании убийства совершенным организованной группой действия всех участников, независимо от их роли в преступлении, квалифицируются как соисполнительство без ссылки на ст. 33 УК РФ.

Убийство из корыстных побуждений квалифицируется по п. "з" ч.2 ст.105 УК, если оно совершено в целях получения материальной выгоды для виновного или других лиц или избавления от материальных затрат (возврат имущества, долга, оплаты услуг, выполнение имущественных обязательств, уплаты алиментов и др.), что отражено в п.11 постановления Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)".

Интересный вопрос возникает при совершении убийства из корыстных соображений и разбойного нападения одним и тем же лицом. Как следует в данной ситуации квалифицировать действия виновного: только ли по п. "з" ч.2 ст.105 УК РФ или по совокупности преступлений - п."з" ч.2 ст.105 и ст. 162 УК РФ? По этому вопросу отсутствует единство мнений, что рождает многочисленные теоретические споры и противоречивую судебную практику. Даже Верховным Судом Российской Федерации по этому поводу даются прямо противоположные указания.

Убийство из хулиганских побуждений (п. "и" ст.105 УК РФ) совершается на почве явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали, когда поведение виновного является открытым вызовом обществу, желанием противопоставить себя окружающим. Если лицом, помимо убийства из хулиганских побуждений, совершены иные умышленные действия, образующие состав хулиганства, то содеянное квалифицируется по п. "и" ч.2 ст.105 и ст. 213 УК РФ.

Нередко, признавая лицо виновным в совершении убийства из корыстных или хулиганских побуждений либо убийства, сопряженного с разбоем, суды одновременно квалифицируют содеянное по п. "к" ч.2 ст.105 УК, что, с точки зрения автора, ошибочно. Убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение исключает возможность квалификации этого же убийства, помимо п. "к", по какому-либо другому пункту ч.2 ст.105 УК РФ, предусматривающему иную цель или мотив убийства, что следует из разъяснения п.13 постановления Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)".

При назначении наказания за убийство необходимо учитывать все обстоятельства, при которых оно совершено, вид умысла, мотивы, цель, способ, обстановку и стадии совершения преступления, а также личность виновного, его отношение к содеянному, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание. При определении наказания судам следует руководствоваться постановлением Пленума Верховного Суда РФ N 40 "О практике назначения судами уголовного наказания" и обращать особое внимание на исполнение требований закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания.

Кроме того, следует сказать и о таком распространенном преступлении как убийство по мотиву ревности. Убийство из ревности - это умышленное лишение жизни другого человека, который своими поступками вызвал психическое переживание виновного, субъективно воспринимающего предполагаемое изменение супружеских, дружеских и доверительных отношений, ущемляющих его нравственные интересы. Сам по себе мотив ревности не влияет на квалификацию и не может служить ни смягчающим, ни отягчающим обстоятельством. Однако если измена очевидная и имеет характер тяжкого оскорбления (в силу своей очевидности), то мы можем говорить об убийстве в состоянии аффекта.

Вина в уголовном праве

Институт вины в отечественном праве свое наибольшее развитие обрел в науке уголовного права. В соответствии с преобладающей ныне концепцией психологической вины «вина - это психическое отношение лица к совершенному им общественно опасному деянию, предусмотренному уголовным законом, и к его общественно опасным последствиям».

Анализируя приведенную дефиницию, можно сделать вывод, что вина в праве - это искусственная юридическая категория, имеющая собственное значение, отличное от вины в психологии, философии и иных сферах человеческих знаний, на протяжении веков изучающих проблемы вины. Вина в уголовном праве ограничена отношением лица к предусмотренным уголовным законом деяниям и их общественно опасным последствиям. Иными словами, вина в праве возможна только в отношении ценностей, охраняемых государством, в лице его законодателя.

Тем не менее, то, что отечественная концепция вины в праве именуется психологической, вполне оправдано широким использованием психологических терминов: предвидение, сознание, осознание, желание, психическое отношение, воля, мотивы, эмоции и т.п.

В статье 5 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ) указано, что «лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина. Объективное вменение, то есть уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается».

Вине посвящена глава 5 УК РФ, содержащая статьи 25, 26, которые регламентируют умышленную и неосторожную форму вины, ответственность за преступление, совершенное с двумя формами вины, предусмотрена в ст. 27 УК РФ, а невиновное причинение вреда регламентировано в ст. 28 УК РФ.

Изучая нормы УК РФ, посвященные вине, мы наблюдаем, что, как уже было указано выше, ни в ст. 5 УК РФ, ни в главе 5 УК РФ не приведено определение терминов «вина» и «виновность», что, на наш взгляд, существенно усложняет однозначное понимание и применение важнейшего и обязательного признака преступления. Приведенные в главе 5 УК РФ формы вины не раскрывают понятия вины и, соответственно, не раскрывают сути оснований уголовной ответственности. По мнению профессора Н.Г. Иванова, утвердившееся в уголовном праве «понимание вины исключительно как умысла и неосторожности» представляется прочно утвердившимся заблуждением.

Вина в уголовном праве выступает в двух плоскостях: с одной стороны, это необходимый признак состава преступления и в этом качестве входит в основание уголовной ответственности (статья 8 УК РФ), с другой - также является принципом уголовной ответственности (глава 5 УК РФ).

Сам принцип вины, закрепленный в статье 5 УК РФ, недостаточно четко сформулирован: «Лицо подлежит ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина...», поскольку противоречит положениям, приведенным в статьях 8 и 14 УК РФ. В соответствии со статьей 8 УК РФ основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного УК РФ, а пункт 1 статьи 14 указывает, что преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное УК РФ под угрозой наказания. Таким образом, какими бы общественно опасными не были действия (бездействие) лица и наступившие общественно опасные последствия таких действий (статья 5 УК РФ), но если ответственность за них не предусмотрена УК РФ, то такое лицо не может подлежать уголовной ответственности, вне зависимости от его осознания, предвидения, желания и расчетов.

На основании вышесказанного, на наш взгляд, пункт 1 статьи 5 УК РФ целесообразнее изложить в следующей редакции: «Лицо подлежит ответственности только за виновно совершенные общественно опасные действия (бездействие) и наступившие в результате этих действий общественно опасные последствия, закрепленные Особенной частью УК РФ, содержащие все признаки состава преступления, предусмотренные УК РФ».

В УК РФ 1996 года вина представлена в качестве принципа уголовной ответственности, который в правовой литературе также называют принципом субъективного вменения35, который, по мнению ряда ученых, является краеугольным камнем отечественного уголовного права.

Следует отметить, что отождествление принципа вины с принципом субъективного вменения вызывает определенные споры, поскольку понятие «субъективное вменение» в правовой литературе трактуется неоднозначно.

Сам по себе термин «вменение» позаимствован российской дореволюционной наукой уголовного права в немецкой криминологической литературе и означает процесс поставления деяния в вину определенному лицу, следует согласиться с мнением о том, что использование в законодательстве термина «вменение» с любым прилагательным «скорее вводит в заблуждение, чем раскрывает его содержание».

Некоторые ученые рассматривают субъективное вменение как процесс по установлению обстоятельств дела, имеющих правовое значение, в ходе расследования правонарушений и завершающийся установлением вины и ее сущности.

Другие под субъективным вменением понимают какой-то результат указанного процесса. Правовую оценку совершенных действий, привлечение к ответственности за содеянное со стороны соответствующих органов в виде квалификации, определения вида и размера наказания за него. По мнению одного из исследователей, «субъективное вменение - элементарнейшее условие правильной социально-политической оценки человеческого поведения вообще и преступного в частности».

Третьи рассматривают субъективное вменение как уголовно-правовой принцип. Однако и эта точка зрения подвергнута критике со стороны М.П. Карпушина и В.И. Курляндского: «Принцип субъективного вменения в буквальном его понимании должен быть отвергнут так же, как принцип объективного вменения».

Помимо принципа субъективного вменения, ряд исследователей принцип вины отождествляют также с принципом личной и виновной ответственности. Иначе его называют принципом виновности или виновной ответственности либо принципом ответственности при наличии вины. Некоторые исследователи выделяют принцип виновной ответственности в качестве основополагающего: «Закрепление в статье 5 УК РФ в качестве основополагающего начала уголовного права принципа виновной ответственности требует создания надежных гарантий реализации этого принципа». Первым и главным гарантом этого должен быть сам уголовный закон, который «должен установить точные границы и условия реализации принципа виновной ответственности, что обеспечило бы безошибочную деятельность правоприменительных органов в процессе установления и оценки вины преступника в совершенном им деянии».

В указанных выше примерах принцип вины отождествляется как с принципом субъективного вменения, так и с принципом личной и виновной ответственности. Тем не менее, в правовой литературе принцип субъективного вменения и принцип личной и виновной ответственности не рассматриваются в качестве синонимов. Вероятно, правильнее было бы говорить о том, что принцип личной и виновной ответственности и принцип вины являются подмножествами принципа субъективного вменения. В подтверждение данной позиции приведем мнение одного из исследователей, который в отношении принципа субъективного вменения указывает, что «концентрированным выражением этого принципа в советском уголовном праве является принцип вины», а в отношении принципа личной ответственности полагает, что «принцип субъективного вменения - системный принцип, в котором принцип личной ответственности получает концентрированное выражение».

Считаем нецелесообразным оценивать правовые принципы по степени их концентрации, но, тем не менее, между принципом вины и принципом личной и виновной ответственности вполне уместно поставить знак тождества. Более высокий статус принципа субъективного вменения объясняется тем, что указанный принцип «касается не только субъекта преступления, но и субъекта правоприменительной деятельности, он раскрывает не только вину, но и институт вменяемости, действие законов во времени и пространстве... служит основным субъективным основанием уголовной ответственности, пронизывает все институты уголовного права, имеет, образно говоря, «сквозное» уголовно-правовое значение». Современный законодатель расширил сферу влияния принципа субъективного вменения и на иные правоотношения. Термины «вина» и «виновность» используются в различных нормативных правовых актах, действующих в Российской Федерации, в том числе в 21 кодексе и в 186 законах Российской Федерации.

Содержание уголовного права

С точки зрения источников, основная часть норм уголовного права зафиксирована в двух юридических документах — уголовном кодексе и уголовно-процессуальном кодексе.

По своему содержанию уголовное право обширно и включает четыре важнейшие части:

— Первая часть именуется общим уголовным правом. Уголовное право несет в себе, прежде всего, комплекс норм, определяющих главные принципы и общие условия уголовной ответственности. В этой части оговариваются основные элементы самого понятия правонарушения; содержится знаменитая классификация правонарушений (contravention, delit, crime); указываются различные виды уголовной ответственности, а также общие нормы определения наказаний, будь то штраф, содержание под стражей, временное или пожизненное лишение свободы с пребыванием в тюрьме или колонии.
— Вторая часть уголовного права — часть, видимо, наиболее важная в политическом и практическом плане. Это часть, предназначенная для конкретного использования, часть, устанавливающая список всех действий, поведений, поступков и недостатков, расцениваемых обществом как особенно нетерпимые и в силу этого подлежащих обязательному уголовному наказанию. Эта номенклатура правонарушений образует специальное уголовное право, определяющее понятие и юридический режим каждого типа правонарушений. Это, например, правонарушения, касающиеся физической безопасности индивидов: отказ в оказании помощи лицу, находившемуся в опасности; преднамеренные или непроизвольные удары и ранения, преднамеренное или случайное убийство, аборт и др. Это также правонарушения, связанные с различием или противопоставлением полов: оскорбление нравственности, изнасилование, покушение на целомудрие, растление несовершеннолетних, сводничество и пр. Это, далее, имущественные правонарушения: кража, мошенничество, злоупотребление доверием, вымогательство, шантаж, поджог или случайный пожар и т.д. Это, наконец, многие другие правонарушения, вызывающие необходимость обеспечения моральной безопасности индивидов, защиты детей, семьи, государственной власти, экономической деятельности и пр.
— Третья часть уголовного права связана с криминальной ветвью частного судебного права, о котором вкратце упоминалось при описании частного права. Речь идет об уголовной процедуре, включающей все нормы, касающиеся преследования за правонарушения, подготовки и хода уголовного процесса, протекающего в судебных инстанциях. Это очень обширный свод норм, нацеленных на согласование общественного интереса, состоящего в быстрой и эффективной борьбе с правонарушениями, и интереса индивидов, заключающегося в функционировании эффективных процедур защиты и обеспечении непоколебимой уверенности в правильности определения вины.
— Наконец, третья часть уголовного права регламентирует вопросы конкретного, практического осуществления наказания. Это — так называемое пенитенциарное право, устанавливающее нормы организации системы пенитенциарных учреждений, условия судебного контроля за исполнением наказания, различные юридические режимы обычного исполнения наказания, а также разного рода специальные режимы — обязательные или рекомендуемые, — применяемые с учетом особенностей положения тех или иных заключенных: такими особенностями могут быть несовершеннолетие, болезнь, инвалидность, наркомания, рецидивизм и др.

С точки зрения целей уголовное право предстает в виде права, постоянно стремящегося к достижению удовлетворительного равновесия между многочисленными и порой взаимоисключающими тенденциями. Это право должно заботиться одновременно о справедливости, полезности и эффективности. Сталкивающееся с конфликтами кризисных периодов и отдыхающее в периоды спокойствия, уголовное право будто разрывается между вопросами защиты общества в целом, защиты отдельных индивидов, защиты жертв и защиты виновных. Обеспечивать одновременно столько видов правовой защиты крайне сложно. Для решения этой проблемы предлагается реформировать уголовный кодекс. Это, конечно, намного проще, чем исправить преступников.

Функции уголовного права

Задачам, закрепленным в УК РФ, соответствуют одноименные функции - охранительная и предупредительная. Кроме них уголовное право выполняет регулятивную и воспитательную функции, которые вычленены и сформулированы теорией уголовного права на основе анализа уголовного законодательства.

Охранительная функция состоит в том, что уголовное право, служит охране общественных отношений от преступных посягательств.

Предупредительная функция заключается в том, что уголовное законодательство направлено на предупреждение преступлений, имеет целью общее и частное предупреждение преступных деяний (соответственно всеми гражданами и уже осужденными посредством их исправления). Эта функция закреплена в упомянутых ч. 1 ст. 2 и ч. 2 ст. 43 УК РФ 1996 года, а также в ряде статей Особенной части этого УК , например в ст. 150, 151, 222, 225. Так, норма об ответственности за вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность, содержащаяся в ст. 150 УК РФ, направлена на предупреждение преступлений со стороны несовершеннолетних.

Регулятивная функция означает, что уголовное законодательство регулирует правоотношения, возникающие в связи с совершением преступления, между лицом, его совершившим, и государством, то есть между субъектами уголовного правоотношения. Каждый из этих субъектов имеет права и обязанности, корреспондируемые соответственно с обязанностями и правами другого субъекта правоотношения.

Суть воспитательной функции выражается в том, что само содержание юридических норм уголовного законодательства, запрещающих совершение общественно опасных деяний, воспитывает граждан в духе исключения таких деяний из своего поведения, ориентируя их на правопослушное поведение, то есть на неуклонное и точное соблюдение законов, бережное отношение к благам личности, чужому имуществу, уважение к разнообразным социальным нормам.

темы

документ Состав преступления
документ Судебная власть
документ Мировое соглашение



назад Назад | форум | вверх Вверх

Управление финансами

важное

1. ФСС 2016
2. Льготы 2016
3. Налоговый вычет 2016
4. НДФЛ 2016
5. Земельный налог 2016
6. УСН 2016
7. Налоги ИП 2016
8. Налог с продаж 2016
9. ЕНВД 2016
10. Налог на прибыль 2016
11. Налог на имущество 2016
12. Транспортный налог 2016
13. ЕГАИС
14. Материнский капитал в 2016 году
15. Потребительская корзина 2016
16. Российская платежная карта "МИР"
17. Расчет отпускных в 2016 году
18. Расчет больничного в 2016 году
19. Производственный календарь на 2016 год
20. Повышение пенсий в 2016 году
21. Банкротство физ лиц
22. Коды бюджетной классификации на 2016 год
23. Бюджетная классификация КОСГУ на 2016 год
24. Как получить квартиру от государства
25. Как получить земельный участок бесплатно


©2009-2016 Центр управления финансами. Все права защищены. Публикация материалов
разрешается с обязательным указанием ссылки на сайт. Контакты