Управление финансами
документы

1. Адресная помощь
2. Бесплатные путевки
3. Детское пособие
4. Квартиры от государства
5. Льготы
6. Малоимущая семья
7. Малообеспеченная семья
8. Материальная помощь
9. Материнский капитал
10. Многодетная семья
11. Налоговый вычет
12. Повышение пенсий
13. Пособия
14. Программа переселение
15. Субсидии
16. Пособие на первого ребенка
17. Надбавка

Управление финансами
егэ ЕГЭ 2019    Психологические тесты Интересные тесты   Изменения 2018 Изменения
папка Главная » Экономисту » Перестройка рынка в период оживления экономики

Перестройка рынка в период оживления экономики

Перестройка рынка в период оживления экономики

Предкризисное положение, сложившееся на рынке в конце 1999 г., не соответствовало общеэкономической ситуации в стране. В реальном секторе все отчетливее проявлялся подъем производства. Положительное сальдо внешнеторгового баланса увеличивалось. Рост налоговых поступлений и таможенных платежей позволял ожидать профицитного бюджета (действительность превзошла все ожидания, государственный бюджет не только был сведен с профицитом, но сверх того было получено несколько сотен миллиардов рублей).

Фондовый рынок неадекватно реагировал на экономический подъем — ростом доходности государственных ценных бумаг и падением их котировок. Главной причиной этого были действия нерезидентов. Иностранные инвесторы, капиталы которых были заморожены на рынке государственных ценных бумаг, стремились раскачать рынок, чтобы на волне спекулятивных операций компенсировать потери от замораживания капиталов.

Поэтому главной задачей для стабилизации фондового рынка являлось воздействие на зарубежных инвесторов. В их отношении могла быть эффективной только одна мера — дать им возможность репатриировать хотя бы часть замороженного капитала.

Условия для этого сложились подходящие. Федеральный бюджет не требовал поступлений с рынка государственных ценных бумаг для финансирования дефицита. Начался и рост золотовалютных резервов — за 2000 г. они увеличились более чем в 2 раза.

Поэтому финансовые власти решили дать возможность иностранным инвесторам продать часть имевшихся у них федеральных долговых обязательств, а полученные от этого рублевые средства конвертировать в СКВ и вывести ее за границу.

Учтено было и то обстоятельство, что нерезиденты готовы были платить любую цену за то, чтобы репатриировать свои капиталы.

Было принято решение провести ряд специальных аукционов для иностранных инвесторов. В этих целях была возобновлена эмиссия краткосрочных обязательств — ГКО. Новые выпуски ГКО размещались на аукционах, где Министерство финансов устанавливало верхнюю границу доходности облигаций, выше которой заявки не принимались. Купленные на аукционе ГКО хранились у их владельцев до наступления срока погашения, после чего иностранные инвесторы могли репатриировать капиталы.

Нерезиденты вначале сдержанно отнеслись к этим аукционам — уж очень низкую доходность предлагало Министерство финансов по ГКО. На первом аукционе 17 декабря 1999 г. было выставлено на продажу ГКО на сумму 2,5 млрд. руб. Спрос на них составил всего 0,61 млрд. руб.

Через четыре дня был проведен второй аукцион, где при объеме предлагаемых к продаже ГКО на сумму 2,5 млрд. руб. спрос составил уже 1,7 млрд. руб. На третьем аукционе произошел коренной перелом в настроении нерезидентов. При предлагаемых к продаже ГКО на сумму 1,5 млрд. руб. спрос на них составил 3,5 млрд. руб.

На следующем аукционе спрос еще более возрос — до 3,8 млрд. руб.

На первых двух аукционах она составила 4—4,3% годовых. Это уже было на уровне лучших государственных ценных бумаг развитых стран.

На третьем аукционе доходность ГКО упала до 0,7% годовых, а на четвертом — до —0,5% годовых. Это означает, что нерезиденты решили покупать ГКО выше номинала с тем, чтобы любой ценой вывести свои капиталы за границу.

В начале 2000 г. было проведено еще два аукциона для иностранных инвесторов. Трудно описать в обычных терминах результаты этих аукционов. Видя, что условия аукционов выполняются — после погашения купленных на них облигаций капиталы свободно репатриировались, нерезиденты стали покупать ГКО за невероятно высокие цены. Доходность ГКО сначала упала до —17,3% годовых, а затем до —23,6% годовых.

Результаты аукционов иначе как фантастическими назвать просто нельзя. Финансовые власти не только разместили на рынке займы, но и получили высокую прибыль от них.



Ажиотаж на рынке ГКО подстегнул интерес к ним внутренних инвесторов. Уже на первом аукционе — в феврале 2000 г. при объеме размещаемых бумаг на сумму 2,5 млрд. руб. спрос на них был предъявлен на сумму 7,5 млрд. руб. Доходность ГКО на аукционе составила 20% годовых. Казалось бы, какой диссонанс по сравнению с аукционами для иностранных инвесторов, какая неудача финансовых властей.

Однако это не так. Во-первых, внутренние инвесторы не собирались выводить капиталы из страны. Наоборот, денежные средства с валютного и межбанковского кредитного рынков стали перетекать на рынок государственных ценных бумаг. Поэтому у резидентов не было необходимости покупать ГКО любой ценой. Во-вторых, хотя доходность аукциона и составила 20% годовых, но это было в 3—3,5 раза ниже доходности обращавшихся в то время на рынке государственных ценных бумаг. Таким образом, результаты аукциона — несомненный успех Министерства финансов и Центрального банка.

На аукционе в апреле ГКО были размещены под 17% годовых — это уже рекордный показатель за все время существования рынка ГКО.

Между тем ситуация на рынке стремительно менялась в лучшую сторону. В апреле был проведен новый аукцион для нерезидентов. Репатриация капиталов иностранных инвесторов все усиливалась. В результате с декабря 1999 г. по май 2000 г. доля иностранных инвесторов в операциях с государственными ценными бумагами снизилась с более чем 60 до 40%. Хотя они по-прежнему являлись наиболее активными участниками рынка.

На вторичном рынке, где совершались сделки с ГКО, имевшими аукционную доходность как 17—20% годовых, так и —17, и —23% годовых, средняя доходность облигаций к середине года упала до 10% годовых. Позже она снижалась почти до 8% годовых.

В результате на новых аукционах для отечественных инвесторов ГКО размещались уже под доходность, близкую к 10% годовых.

События на рынке ГКО коренным образом изменили ситуацию и на рынке облигаций федерального займа. Доходность ОФЗ упала с 90% годовых в октябре 1999 г. до 43—45% (по разным выпускам) в феврале 2000 г. В августе доходность ОФЗ составляла уже 22— 23% годовых. И, наконец, в октябре доходность ОФЗ снизилась до 19,8% годовых, а инвестиционных выпусков этих бумаг даже до 18,9% годовых. Столь низкой доходности среднесрочных бумаг в России еще не бывало.

Если осенью 1999 г. ОФЗ котировались очень низко — чуть выше 45% номинала, то уже в марте их котировки подскочили почти в 1,7 раза, превысив 75% номинала. Далее котировки ОФЗ постоянно росли. В августе они увеличились примерно на 20% по сравнению с мартом, а в ноябре достигли апогея — 92% номинала. По сравнению с октябрем 1999 г. котировки ОФЗ выросли более чем в 2 раза.

Доходность облигаций всех траншей внутреннего валютного займа имела ярко выраженную тенденцию к понижению. Хотя в отличие от ОФЗ доходность ОВВЗ менялась неравномерно. Периоды ее падения сменялись периодами роста.

Рынок федеральных долговых обязательств в 2000 г. постоянно сужался. Особенно это относится к рынку ГКООФЗ.

Его емкость к концу 2000 г. составила примерно 230 млрд. руб. Уменьшение емкости рынка происходило в значительной мере за счет погашения государственных ценных бумаг, принадлежавших иностранным инвесторам, что является положительным фактором. В целом емкость рынка федеральных долговых обязательств стала более адекватна объему и положению дел в реальном секторе, чем в 1996—1998 гг. (когда на фоне постоянного спада производства рынок государственных ценных бумаг рос невероятными темпами). Одним из наиболее важных положительных явлений на фондовом рынке в 2000 г. стало изменение структуры его участников. Во-первых, уменьшилась роль в операциях с федеральными долговыми обязательствами иностранных спекулятивных инвесторов. Во-вторых, в течение всего 2000 г. наблюдался рост удельного веса физических лиц среди всех участников рынка.

Это вызвано двумя причинами. С одной стороны, в связи с сокращением емкости рынка государственных ценных бумаг уменьшилось и число главных его участников— юридических лиц, и в первую очередь иностранных. С другой стороны, возможности участия населения в операциях с ценными бумагами постоянно улучшались. За 1999—2000 гг. во многих отделениях Сберегательного банка Москвы были открыты счета «депо», через которые ведется обслуживание населения на рынке ценных бумаг (до 1999 г. такой счет можно было открыть только в центральном отделении Сберегательного банка).

Вслед за Сберегательным банком все большее количество коммерческих банков стало выступать в роли посредников для населения — предоставлять гражданам брокерское обслуживание на фондовом рынке.

Улучшились и технические возможности участия населения в операциях с ценными бумагами. Гражданам не обязательно являться в банк, чтобы сделать распоряжение о купле-продаже ценных бумаг. В ряде банков они могут сделать это по телефону, факсу, электронной почте.

Население может следить за ходом торгов по Интернету и телетексту (на канале ОРТ), контролировать продвижение своих заказов у брокеров, самостоятельно участвовать в торгах через Интернет.

Все это привело к тому, что доля населения среди всех участников рынка (по количеству участников) выросла по экспертным оценкам с 5—7% в 1997— 1998 гг. до 15—20% в настоящее время. И произошло это за счет расширения участия населения не в сберегательных займах, а на рынке ГКООФЗ.

Однако с осени 2000 г. на рынке государственных долговых обязательств стали все отчетливее проступать негативные явления. Перестала сокращаться доля иностранных инвесторов в операциях с ГКООФЗ. Они по-прежнему самые крупные участники рынка.

Резко сократилось количество наиболее надежных государственных ценных бумаг — сберегательных. Объем ОГСЗ в обращении за последние полтора года значительно сократился. А ведь эти бумаги пережили дефолт и являлись в наиболее острые моменты кризиса главным стабилизатором рынка.

Абсолютно бесконтролен и дезорганизован рынок акций. Постоянные сбои в его функционировании, резкое падение курсов акций в конце 2000 г. негативно отражаются и на настроении участников рынка федеральных долговых обязательств.

На рынке государственных ценных бумаг имеется чрезвычайно узкий набор финансовых инструментов — краткосрочные и среднесрочные бумаги, рассчитанные прежде всего на юридических лиц. Ни долгосрочных ценных бумаг, ни супер краткосрочных (наподобие облигаций Банка России) на рынке нет.

За последнее время не только не расширяется, но и практически прекращен выпуск государственных ценных бумаг для населения. А ведь физические лица являются главными потенциальными инвесторами. По различным оценкам, у них на руках находится от 30 млрд., до 50 млрд., наличных долларов.

Нельзя не отметить и субъективные факторы, повлиявшие на усиление негативных тенденций на рынке. Так, вскоре после своего назначения на должность заместителя министра финансов Б. Златкис выступила с инициативой: объявила о возможном изменении в ближайшее время судьбы счетов типа «С». Эти счета — важнейший компонент системы расчетов на фондовом рынке, прежде всего для нерезидентов.

Сразу же после заявления доходность ОФЗ выросла почти на 2%, а затем сформировалась устойчивая тенденция к росту доходности этих бумаг.

Еще более серьезная ситуация сложилась на рынке ГКО. В конце октября Министерство финансов планировало провести аукцион по размещению этих бумаг. При этом было объявлено, что будут удовлетворены только те заявки на покупку ГКО, в которых доходность не превысит 10,5% годовых. Учитывая негативные тенденции, сложившиеся на рынке после заявления Б.Златкис, Министерство финансов было вынуждено ослабить ограничения — повысить максимальную доходность ГКО почти на 3% годовых. Но и при этом удалось реализовать всего около 70% выпуска, ГКО на сумму почти 900 млн. руб. остались не распроданными.

Пора бы нашим чиновникам понять, что рынок — не элемент планового хозяйства, где все происходит по команде сверху. Фондовый рынок — исключительно чуткий индикатор разного рода экономических событий. И если какой-либо чиновник от рынка получает повышение в должности, это не значит, что он немедленно громогласно должен объявить о своих намерениях изменить что-либо на рынке. Последствия этого будут абсолютно непредсказуемы.

Все это в итоге изменило ситуацию на рынке. Доходность ОФЗ выросла с октября по декабрь с 19 до 22%. Выросла и доходность ГКО. Снизились котировки ГКО на аукционах по их размещению. Новые выпуски ценных бумаг полностью разместить не удается. Налицо явно назревающая дестабилизация на рынке государственных ценных бумаг. И все это происходит на фоне роста производства в реальном секторе, увеличения инвестиций в основной капитал.

Общеэкономическая ситуация в стране способствует развитию фондового рынка. И то, что положение на нем ухудшается, есть следствие ослабления внимания финансовых властей к положению дел на фондовом рынке, и прежде всего к вопросам его регулирования.

В додефолтовский период в России были такие меры регулирования рынка, как варьирование ставками по: коротким продажам ценных бумаг; налогообложению доходов и операций с ценными бумагами; кредитам, выдаваемым под залог ценных бумаг. Эффективной мерой регулирования рынка были операции РЕПО.

Ничего этого сейчас нет и в помине. А ведь перечисленные меры регулирования рынка в 1997— 1998 гг. — лишь первоначальный этап создания действенного механизма контроля за рынком. Его нужно значительно усовершенствовать. Но вместо этого он почти полностью сломан.

Помимо этого Центральный банк РФ отказался от выполнения одной из своих главных функций — участия в операциях с ценными бумагами. Важная задача центральных эмиссионных банков во всех странах — регулирование рынка путем купли-продажи ценных бумаг. Если на рынке наблюдается их избыток, Центральный банк скупает ценные бумаги. Если ценных бумаг недостаточно и свободные денежные ресурсы устремляются на валютный рынок, Центральный банк выпускает на рынок свои запасы ценных бумаг.

Уже длительное время Банк России не проводит подобных операций. Результатом этого является не только дестабилизация рынка, но и потеря банком квалифицированных кадров. Из банка ушли К.Корищенко, долгое время возглавлявший департамент операций на открытом рынке, и ряд сотрудников этого департамента.

Центральный банк РФ не только выпустил из своих рук управление фондовым рынком, но и допустил серьезные просчеты на валютном рынке. В последнее время основное внимание банка сосредоточено на недопущении роста курса доллара. В одном из выступлений В.Геращенко мотивировал это тем, что курс доллара резко завышен. Его реальная величина сейчас — 15 руб.

Однако расчеты опровергают это. После дефолта 1998 г. произошло катастрофическое сокращение импорта. В первое время он уменьшался на 20—40% в месячном исчислении. В августе — октябре 1998 г. резко сократились объемы производства в реальном секторе страны. В результате объем товаров на рынке существенно уменьшился. Одновременно стала увеличиваться де

нежная масса. Правда, Центробанк предпринял меры к сжатию рублевой массы. Но на рынок хлынули снятые со счетов и хранившиеся у населения наличные доллары. Где только можно доллар заменял рубль как средство платежа. Учитывая почти 4кратный рост курса доллара, денежная масса в пересчете на рубли значительно выросла.

В итоге к концу 1998 г. в России товарный рынок существенно сжался при росте денежной массы. Товарное покрытие рубля упало. К началу 1999 г. рынок сбалансировался на новом уровне — рубль резко обесценился. Это подтверждает и колоссальный рост цен за 4,5 месяца, прошедших после дефолта.

Естественно, при огромном обесценении рубля изменился и его паритет с долларом. К середине января 1999 г. курс доллара вырос до 22,98 руб. по сравнению с 6,5 руб. в первой половине августа 1998 г.



Далее события развивались следующим образом. В конце июня 2001 г. курс доллара составил 29,1 руб. Рост курса к январю 1999 г. равен 26%. За то же время инфляция составила более 80%. Если бы курс доллара рос в соответствии с темпом инфляции, то сейчас он был бы равен 41 руб. Я не утверждаю, что курс доллара сейчас должен быть именно 41 руб. — приведенные расчеты достаточно приблизительны. Но то, что этот курс должен находиться в пределах по крайней мере 32— 35 руб., не вызывает сомнений. Откуда же берется приводимый В.Геращенко курс доллара в 15 руб.?

Видимо, не имея каких-либо других успехов на финансовом рынке, Центральный банк РФ стремится выдать за свое достижение сохранение курса доллара на одном уровне в течение 17 месяцев, трактуя это как укрепление рубля. Очевидно, что курс доллара резко занижен. Это привело к крайне негативным последствиям для экономики. Подорван рост производства в импортозамещающих отраслях. Рост импорта стал опережать рост экспорта, а затем объемы экспорта просто стали уменьшаться. В итоге положительное сальдо внешнеторгового баланса сокращается. Если в ноябре 2000 г. оно составило 5,7 млрд., долл., то в декабре — 5,3 млрд., долл., а в январе 2001 г. — 4,9 млрд. долл.

В результате занижения курса доллара и опасности его взрывного роста увеличились инфляционные ожидания. Это привело к фронтальному сокращению всех долгосрочных вложений. Инвестиционный бум, развернувшийся в первой половине 2000 г., буквально на глазах перерос в новый инвестиционный кризис. Это сыграло немаловажную роль в прекращении в ноябре 2000 г. длившегося 26 месяцев подъема в промышленности.

Наконец, бессмысленное, а точнее, крайне опасное для экономики поддержание нереального курса доллара обходится очень дорого. Только в феврале на это пошло 1,2 млрд. долл. Неужели у нас нет более эффективного пути использования золотовалютных резервов?

В результате мы имеем ситуацию, схожую с преддефолтовской — стагнацию производства, сокращение положительного внешнеторгового сальдо, уменьшение золотовалютных резервов, нестабильный рынок ценных бумаг. В чем же причина этого?

В 1998 г. на смену С. Дубинину и С. Алексашенко — творцам «черного вторника» 1994 г., дефолта, валютного кризиса августа—сентября 1998 г., когда курс доллара взлетел с 6,5 до 29,5 руб., пришло новое руководство Банка России. Ему удалось стабилизировать валютный и фондовый рынки, спасти банковскую систему. Однако новое руководство — в основном многоопытные банкиры, менталитет которых сложился еще в советский период. Они не обладают стратегическим мышлением, не имеют долгосрочной программы развития рынка. После стабилизации финансового рынка основной своей задачей команда В.Геращенко считает поддержание паритета между рублем и долларом.

Это не только не соответствует многочисленным задачам центральных эмиссионных банков стран с рыночной экономикой, но и противоречит современной экономической ситуации в России. Ближайшей задачей Банка России должна быть полная смена курса на валютном рынке. От дорогостоящей и губительной для народного хозяйства политики удержания курса доллара любой ценой необходимо перейти к плавному росту курса. Эта мера должна сопровождаться установлением положительной депозитной ставки (сейчас в Сбербанке по основным видам вкладов ставка составляет от —5 до —10% годовых). Достижение положительной депозитной ставки убережет накопления населения от обесценения рубля и поставит преграду разгону инфляции.

Наряду с изменением валютной политики необходимо перейти от все усиливающейся неуправляемости финансового рынка к его эффективному регулированию. Здесь прежде всего должен быть использован широкий комплекс мер по регулированию рынка, который вырабатывался в западных странах многие десятки лет.

К этим мерам относятся:

•             изменение процентных ставок. Речь идет, в первую очередь, об изменении учетной ставки. Ее снижение облегчает (снижает цену заимствования) приток новых капиталов на фондовый рынок, что стимулирует его развитие. Повышение учетной ставки используется в момент, когда рынок перегрет, для ограничения поступления на него новых инвестиций и снижения напряженности на рынке. Центральный банк пытается наладить операции по учету векселей с 1994 г. В условиях кризиса 1997—1998 гг. эти попытки заглохли. С конца 1999 г. Банк России вновь активизировал свои усилия в этом направлении. Однако пока они малоуспешны. Следует отметить, что введение операций по учету векселей для России исключительно важно. Это позволит не только регулировать финансовый рынок за счет изменения учетной ставки, но и инвестировать в производство. Центральный банк РФ, учитывая векселя у коммерческих банков, которые те приобрели у предприятий реального сектора, по сути кредитует его. Второй по значению после учетной ставки является ставка рефинансирования. Она используется в России для регулирования финансового рынка с 1992 г. Однако поскольку ставка рефинансирования — гораздо менее действенный инструмент регулирования рынка, чем учетная ставка, а также из-за отсутствия других эффективных инструментов регулирования манипулирование ставкой рефинансирования не дает должного результата;

•             налогообложение операций с ценными бумагами. Особое значение здесь имеет налог на продажи ценных бумаг. Это важнейший регулятор рынка наряду с учетной ставкой. Его повышение или понижение, установление различных ставок налогообложения для разных ценных бумаг (акции, государственные и корпоративные облигации и т.п.) оказывают исключительно сильное влияние на уровень котировок ценных бумаг и перелив капиталов между различными видами ценных бумаг. К сожалению, в России этот налог отменен в 1995 г. Однако с тех пор ситуация на рынке изменилась. Восстановление налога на продажи позволило бы не только получить действенный инструмент регулирования, но и существенно пополнить казну;

•             операции РЕПО, позволяющие поддерживать ликвидность участников рынка. Эти операции нужно не просто восстановить, но и значительно расширить и разнообразить. Они должны проводиться не только между Центральным банком и коммерческими банками, но и между отдельными банками, между банками и их клиентами. Срок операций РЕПО должен быть изменен, Наряду со сделками на 1—2 дня надо ввести сделки на 1—2 недели и более. Наконец, необходимо ввести операции обратного РЕПО;

•             восстановление и развитие деградирующей после августовского дефолта системы кредитования Центральным банком коммерческих банков под залог имеющихся у них государственных ценных бумаг. Возобновление выдачи кредитов под залог федеральных долговых обязательств, увеличение многообразия подобных операций (а не только ломбардное кредитование, как это имело место в 1997—1998 гг.) дают возможность повысить устойчивость банков, заинтересовать их в приобретении государственных ценных бумаг, регулировать рынок за счет изменения объемов кредитования и ставок по этим кредитам;

•             усиление роли регулирующих органов. Так, в США полномочия Комиссии по ценным бумагам и биржам были распространены на операции с федеральными облигациями, на установление объема информации о структуре держателей ценных бумаг и т.п. В Великобритании была создана двойная система контроля за рынком. Единый орган контролирует всех участников рынка, другой орган специально наблюдает за деятельностью страховых компаний, владеющих примерно 20% ценных бумаг (по их рыночному курсу) и до 15% совместных фондов. В Германии создана единая депозитарная сеть, позволяющая получать полную информацию о сделках с ценными бумагами, их владельцах, местонахождении ценных бумаг. В России же роль регулирующих органов в последнее время постоянно падает.

Помимо воссоздания и совершенствования системы регулирования финансового рынка насущной задачей является выпуск новых финансовых инструментов. Прежде всего необходимо возобновить выпуск ОБР. В.Геращенко занял двусмысленную позицию в этом вопросе. Он то заявляет, что ОБР нужны, то говорит, что спешить с этим не стоит — инициатива на рынке должна быть у Минфина. При этом в Центральном банке явно недооценивают роль созданного в его недрах финансового инструмента. ОБР — не только средство поддержания ликвидности банков — участников фондового рынка. Подобные облигации являются нетрадиционными для России долговыми бумагами — их погашение производится за счет денежной эмиссии. Это делает облигации Банка России по сути абсолютно ликвидной ценной бумагой, антиподом всех прочих бумаг, выпуск которых рано или поздно приводит к созданию финансовых пирамид. ОБР занимают и собственную, никем не занятую нишу на рынке — это суперкраткосрочные ценные бумаги, не конкурирующие даже с короткими выпусками ГКО.

Важнейшая проблема — выпуск инвестиционных займов. Уже отпала необходимость в использовании доходов от эмиссии государственных ценных бумаг на покрытие дефицита федерального бюджета — он сводится с профицитом. Уже нет необходимости финансировать текущие потребности бюджета за счет размещения долговых обязательств. Несмотря на это, в стране до сих пор не проведено ни одного инвестиционного займа.

Чиновники, пытающиеся командовать рынком, как в свое время планово-административной экономикой, никак не могут понять, что ценные бумаги — это инвестиционный инструмент, что доходы от их размещения должны идти на развитие народного хозяйства.

Необходимо перейти к среднесрочным и долгосрочным займам для юридических лиц, доходы от которых направлять исключительно на инвестиционные цели. Ситуация для этого сейчас сложилась как никогда благоприятная. Растет производство, наблюдается потребность в инвестициях — ничего подобного не было за последние 10 лет. В 1999—2000 гг. стабилизировалась инфляция, что позитивно влияет на размещение долгосрочных займов.

Ценные бумаги для юридических лиц должны представлять: ГКО, выпускаемые сроком на 6, 8 и 12 месяцев; ОФЗ со сроком обращения от 2 до 4 лет; долгосрочные обязательства со сроком обращения 5—10 лет.

При этом доходы от размещения ГКО могут использоваться для предоставления краткосрочных кредитов (через коммерческие банки) предприятиям. Доходы от среднесрочных и долгосрочных займов должны расходоваться на обновление буквально обветшавших основных производственных фондов предприятий.

Помимо усиления инвестирования реального сектора выпуск подобных займов позволит резко увеличить срок государственного внутреннего долга. Это явится существенным фактором стабилизации рынка: государству не придется в спешном порядке, как в 1996— 1998 гг., изыскивать средства для погашения очередного займа, т.е. практически строить новую пирамиду государственных ценных бумаг.

Помимо государственных займов, рассчитанных на юридических лиц, необходимо резко увеличить количество займов, предназначенных для населения. У физических лиц скопилось несколько десятков миллиардов наличных долларов — важный ресурс для инвестирования.

Между тем в стране выпускается только один вид федеральных ценных бумаг для населения — облигации государственного сберегательного займа (ОГСЗ). Причем емкость рынка этих ценных бумаг постоянно сокращается. Если в первой половине 1998 г. количество ОГСЗ в обращении составляло около 2,5 млрд. долл., (это 5—7% накоплений населения в наличных долларах), то в начале 1999 г. на рынке обращалось облигаций сберегательного займа всего на сумму 0,7—0,8 млрд. долл. И совершенно неприемлемая ситуация сложилась к концу 2000 г., когда емкость рынка ОГСЗ сократилась до 0,2 млрд. долл.

Это значит, что в ценные бумаги вложено всего около 0,07% свободных денежных средств населения. Остальные по-прежнему вкладываются в наличные доллары.

В условиях огромного спроса на инвестиции недопустимо, чтобы десятки миллиардов долларов находились на руках населения без движения. Необходимо вовлечь эти деньги в инвестиционную сферу, заставить их работать на народное хозяйство России.

После своего возвращения в Россию я уже многие годы пишу о необходимости увеличения выпуска ценных бумаг для населения. Эта же проблема неоднократно поднималась в трудах Института экономики РАН и других научных учреждений. Руководство Минфина, Центробанка, ФКЦБ сменилось за эти годы не один раз. Но по-прежнему глухи эти ведомства к призывам специалистов об увеличении выпуска сберегательных ценных бумаг. По-прежнему не понимают финансовые власти центральной проблемы фондового рынка — недостатка займов для населения.

Я уже отмечал, что сберегательные бумаги — единственные пережившие дефолт, единственные котировавшиеся уже к концу 1998 г. по 120—140% номинала, тогда как конверсионные ГКО и ОФЗ в начале 1999 г. котировались по 35—50% номинала. Сберегательные ценные бумаги обесценивают устойчивость рынка. Но, видимо, эта устойчивость как раз и не нужна финансовым властям, все теснее сотрудничающим с частными финансовыми кругами. Ведь на стабильном рынке гораздо меньше возможностей для спекулятивных сделок. А российский рынок как был, так и остается замкнутым элитарным клубом, предназначенным для извлечения сверхдоходов представителями финансовой элиты.

Даже в дореформенном 1991 г. на рынке обращались сразу четыре вида ценных бумаг для населения, а в настоящее время — только один вид (ОГСЗ). Для стабилизации рынка, привлечения свободных денежных средств населения на нужды экономики необходимо радикально изменить политику в области государственных займов для населения.

Помимо реанимации сберегательного займа нужно в ближайшее время приступить к выпуску выигрышных, процентно-выигрышных, твердо процентных, краткосрочных и других займов, рассчитанных на физических лиц.

Еще одна проблема — нерыночные займы. Ценные бумаги этих займов хранятся у их владельцев до момента погашения и на свободный рынок не поступают. Это также эффективный способ привлечения инвестиционных ресурсов в народное хозяйство и стабилизации рынка.

Однако сфера размещения ценных бумаг нерыночных займов остается очень узкой — в основном Сбербанк, Внешторгбанк и Внешэкономбанк. Более того, эти бумаги в основном краткосрочные. А ведь даже в 1997—1998 гг. не редкостью были ценные бумаги нерыночных займов со сроком обращения свыше 5 лет.

Следует значительно расширить область распространения нерыночных займов, привлечь к ним коммерческие банки. Надо также перейти к выпуску ценных бумаг нерыночных займов со сроком обращения преимущественно 5— 10 лет.

Каковы же реальные планы финансовых властей по выпуску ценных бумаг государственных займов на 2001 г.?

Минфин готовится выпустить ценных бумаг на общую сумму 89 млрд., руб., т.е. примерно на 3 млрд., долл. Вот это политика в области государственных займов! У населения в бездействии лежат денежные средства, в 10—15 раз превышающие эту сумму. Банки бросают миллиардные средства на валютный рынок или кладут свободные средства на депозиты в Банк России.

И в этих условиях Минфин планирует выпустить в обращение ничтожную сумму ценных бумаг. Но если бы дело ограничивалось только этим. Я считаю необходимым выпуск ценных бумаг для населения, банков, финансовых компаний и т.п.

Заместитель же министра финансов Б.Златкис предпочитает опереться на совершенно иных инвесторов — страховые компании и негосударственные пенсионные фонды. Замминистра считает, что они способны приобрести более трети всех эмитируемых в 2001 г. госбумаг — на сумму около 30 млрд. руб.

Трудно сейчас оценить реальность выполнения планов Б.Златкис. 30 млрд. руб. — сумма, в общем, небольшая. Однако страховые компании пока не привыкли к участию в операциях на рынке ценных бумаг и, возможно, встретят новшества Минфина с осторожностью.

Однако дело не в этом. Оценивая политику Минфина в области ценных бумаг, мы видим, что сначала его руководство рассчитывало на коммерческие банки (на рынке ГКООФЗ), а затем на иностранный капитал. После того как все эти планы провалились во время дефолта, Минфин решил опираться на новых инвесторов — страховые и пенсионные фонды.

Все эти метания — результат отсутствия у Минфина четко продуманной стратегии в области выпуска ценных бумаг. Остается только гадать: на кого будут рассчитаны следующие займы Минфина. Единственная твердая линия, прослеживающаяся во всех метаниях Минфина, заключается в том, что главный потенциальный инвестор — население — старательно обходится стороной.

Ошибочная политика Минфина в области выпуска ценных бумаг — не единственная причина сбоев на фондовом рынке.

Важной мерой повышения устойчивости фондового рынка является развитие его инфраструктуры. В стране действуют такие ее элементы, как биржи, фондовые магазины и центры, депозитарии. Однако практически отсутствуют консалтинговые фирмы и рейтинговые агентства, рассчитанные на самые широкие круги инвесторов, прежде всего на население.

Правда, в конце 2000 г. Б.Златкис сообщила о том, что Минфин составил инвестиционный рейтинг регионов, основываясь на собственных коэффициентах. Здесь сразу же возникает вопрос: почему рейтинг создан только для региональных заемщиков? А как же оценить корпоративных заемщиков?

Но самое главное, что Б.Златкис отказалась назвать рейтинги регионов. Все это означает, что Минфин создал рейтинги для себя самого, а не для инвесторов. Минфин под влиянием «куратора» фондового рынка замминистра Б.Златкис по-прежнему проводит политику закрытости рынка, недопущения к нему мелких инвесторов. Фондовый рынок для финансовых спекулянтов — вот девиз политики Министерства финансов.

Для санации фондового рынка необходимо в корне перестроить государственную политику в области ценных бумаг. Необходимо перейти к инвестиционным займам, рассчитанным на широкие круги физических и юридических лиц, восстановить систему регулирования рынка с помощью рейтинговых агентств, аудиторских фирм, сделать рынок прозрачным для всех инвесторов, а не только для узкого круга финансовых спекулянтов.



тема

документ Виды экономики
документ Глобализация экономики
документ Глобальная экономика
документ Государственная экономика
документ Денежная экономика




назад Назад | форум | вверх Вверх

Управление финансами
важное

Курс доллара
Курс евро
Цифровые валюты
Алименты

Аттестация рабочих мест
Банкротство
Бухгалтерская отчетность
Бухгалтерские изменения
Бюджетный учет
Взыскание задолженности
Выходное пособие

График отпусков
Декретный отпуск
ЕНВД
Изменения для юристов
Кассовые операции
Командировочные расходы
МСФО
Налоги ИП
Налоговые изменения
Начисление заработной платы
ОСНО
Эффективный контракт
Брокеру
Недвижимость



©2009-2019 Центр управления финансами. Все материалы представленные на сайте размещены исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Контакты