Управление финансами
документы

1. Адресная помощь
2. Бесплатные путевки
3. Детское пособие
4. Квартиры от государства
5. Льготы
6. Малоимущая семья
7. Малообеспеченная семья
8. Материальная помощь
9. Материнский капитал
10. Многодетная семья
11. Налоговый вычет
12. Повышение пенсий
13. Пособия
14. Программа переселение
15. Субсидии
16. Пособие на первого ребенка
17. Надбавка

Управление финансами
егэ ЕГЭ 2019    Психологические тесты Интересные тесты   Изменения 2018 Изменения
папка Главная » Экономисту » Регулирование международной ликвидности в условиях глобализации

Регулирование международной ликвидности в условиях глобализации



Регулирование международной ликвидности в условиях глобализации

Для удобства изучения материала статью разбиваем на темы:

  • Воздействие МВФ на международную ликвидность
  • Внешнее финансирование через систему специальных прав заимствования
  • Функции специальных прав заимствования в современных мирохозяйственных связях
  • Критический анализ взглядов западных ученых, экономистов и финансистов
  • Возможности упрочения роли СДР в мультивалютной системе
  • Потенциал СДР в создании безусловной и условной ликвидности

    Воздействие МВФ на международную ликвидность

    Развитие мирохозяйственных связей опосредуют международные расчетные отношения. Подавляющая часть этих связей сопряжена с переводом средств между резидентами и нерезидентами. Прямые инвестиции за границей, покупка иностранных ценных бумаг, экспорт и импорт товаров и услуг, движение капиталов и кредитов, международный туризм и т.д. невозможны без наличия у субъектов этих связей платежных средств, приемлемых для контрагента. Основная доля расчетных отношений падает на внешнюю торговлю и международные кредитные отношения. В роли средств, приемлемых для платежа, служат национальные валюты развитых стран, прежде всего доллар США.

    Одной из основных целей МВФ является содействие экономическому росту и сбалансированному росту мировой торговли, которые требуют адекватного уровня резервов. Определяя долгосрочную глобальную (мировую) потребность в резервах, он может дополнять существующие активы через эмиссию специальных прав заимствования. Время и размеры такой эмиссии определяются Советом управляющих. МВФ имеет право создавать безусловную ликвидность посредством ассигнования СДР всем странам-членам пропорционально их квотам. Он не может эмитировать СДР для себя или «уполномоченных держателей». Проблема создания дополнительного резервного актива для обслуживания международных экономических отношений и всей системы мирохозяйственных связей затрагивает экономические интересы всех стран-членов МВФ и заслуживает особого рассмотрения.

    Возможность или фактическая способность стран в целом бесперебойно погашать международные долговые обязательства с помощью взаимно приемлемых платежных средств, не прибегая к чрезвычайным изменениям существующего валютного режима, получила название международной ликвидности.

    Термин международная ликвидность в западной литературе нередко применяется для обозначения общего количества международных ликвидных средств. Международная ликвидность имеет количественный и качественный аспект. К количественным показателям относится объем международных ликвидных средств и их отношение к мировому импорту, размер проводимых страной международных операций и ее внешней задолженности, а также величина сальдо отдельных частей и в целом платежного баланса. Качественную сторону международной ликвидности определяют удельный вес золота в ликвидных ресурсах, а также наиболее устойчивых валют ведущих развитых стран, их внутреннее и внешнее обесценение, а также валютно-финансовое положение стран, эмитирующих эти резервные валюты. В настоящее время международная ликвидность определяется с учетом следующих компонентов: официальные резервы золота и резервных валют, резервная позиция в МВФ и авуары международных суррогатов мировых денег, в роли которых выступают, прежде всего, специальные права заимствования.

    По мере развития мирохозяйственных связей, роста международной торговли должны увеличиваться и авуары международных платежных средств, необходимые для расчетных отношений между резидентами и нерезидентами. Резкое отставание роста золотовалютных резервов от мирового импорта обозначилось в шестидесятые годы и было в значительной степени следствием двух важных факторов: во-первых, крушения колоний, образования новых государств и роста мировой торговли и, во-вторых, низких темпов пополнения официальных золотовалютных резервов. Производство золота фактически не росло в силу нерентабельности его производства из-за наличия так называемой «официальной цены». «Официальная цена», установленная с 1 января 1934 г. Конгрессом США на уровне 35 долл., за унцию и поддерживавшаяся на международном уровне через устав МВФ и операции «золотого пула», оставалась неизменной до декабря 1971 г. Однако цены на все товары за 37 лет с момента ее установления, по меньшей мере, удвоились. По мере всеобщего роста цен неизменная «официальная цена» золота принимала все более заниженный характер, а добыча драгоценного металла становилась менее рентабельной. Золото добывалось только на высоко рентабельных шахтах в странах, где использовалась дешевая рабочая сила.

    В этих условиях пополнение международной ликвидности осуществлялось преимущественно за счет резервных валют, в основном доллара США. Вместе с тем увеличение количества долларов у иностранных официальных держателей при неизменном золотом запасе США вело к подрыву всей системы золотодолларового стандарта в международных расчетах. Стремление развитых стран снизить зависимость международной ликвидности от состояния платежного баланса США и решить проблему мировой ликвидности привело к созданию в рамках МВФ искусственного международного ликвидного средства — специальных прав заимствования (Special Drawing Rights — SDR).

    Появление на свет СДР стало следствием серии исследований и дискуссий в рамках «Группы 10» и МВФ по реформе мировой валютной системы и созданию нового резервного актива, которые были проведены в 1963—1967 гг. В специальном исследовании «Группы 10» по мировой валютной системе, подготовленном и обсуждавшемся в 1963—1964 гг., содержалось предложение Франции создать «коллективную резервную единицу». Министры, готовившие документ, пришли к выводу, что со временем «может возникнуть потребность в дополнительном международном резервном активе». В 1964 г. в исследовании персонала МВФ по международной ликвидности был сделан вывод, что дефициты США могут оказаться недостаточными для удовлетворения глобальной потребности в резервах в будущем. В нем предлагались новые подходы к созданию резервов через МВФ. В том же году группа из 32 ученых 11 стран (так называемая группа Беллажио) призвали реформировать систему создания международных резервов. В 1964—1965 гг. исследовательская группа по созданию резервных активов — «Группы 10» (так называемая группа Оссола) рассмотрела ряд предложений по созданию резервов, в том числе предложение США по введению системы прав заимствования в МВФ. Предложения по созданию резервов рассматривались в ряде совещаний «Группы 10».

    В то же время МВФ сам разрабатывал эту проблему и в 1966 г. выдвинул два проекта. Первый основывался на единицах, а второй, аналогичный американскому проекту, базировался на специальных правах заимствования. В 1966—1967 гг. на совместных совещаниях МВФ и министров «Группы 10» было достигнуто соглашение о создании специальных прав заимствования в рамках МВФ. В 1969 г. вошла в силу первая поправка к учредительному соглашению МВФ, предусматривавшая создание системы СДР.

    С появлением СДР международная ликвидность стала зависеть не только от производства золота и состояния платежного баланса стран — эмитентов резервных валют, главным образом США, но формально и от решений Международного валютного фонда. Однако это означало также усиление тенденции межгосударственного регулирования международной ликвидности. В 1967 г. решение о создании СДР было одобрено на сессии Советов управляющих МВФ—МБРР в Риоде Жанейро и после ратификации первой поправки к учредительному соглашению МВФ вошло в силу 28 июля 1969 г. Система СДР начала действовать с 1 января 1970 г. МВФ определяет специальные права заимствования как «международный резервный актив, созданный Фондом и ассигнованный странам членам в дополнение к существующим резервным активам».

    В урегулировании проблемы международной ликвидности с помощью создания СДР были заинтересованы почти все страны мирового финансового сообщества. Лишь некоторые нефтедобывающие государства не приняли участия в первой эмиссии 1970—1972 гг. и присоединились к системе СДР перед второй эмиссией 1979—1981 гг. Вместе с тем создание СДР отвечало прежде всего стратегическим интересам США, вставших в 60е годы на путь вытеснения золота из мировой валютной системы и международных расчетов. СДР были призваны заменить золото в этой системе, практически не затрагивая мировых денежных функций резервных валют, и в первую очередь доллара США. Во второй половине 60х годов Казначейство США уже было фактическим банкротом перед иностранными официальными держателями долларов» так как его золотые запасы не покрывали их авуары по «официальной цене». Привязка доллара к золоту на межгосударственном уровне служила тормозом на пути роста этих авуаров и финансирования дефицитов федерального бюджета и платежного баланса США их национальной валютой. Развивающиеся страны, согласившись на изменение устава МВФ в связи с созданием СДР, преследовали, прежде всего, чисто прагматические цели — получить официальные бесплатные международные резервные активы и таким образом облегчить, отчасти, проблему внешнего финансирования своего развития.

    По решению Совета управляющих МВФ в 1970—1981 гг. было эмитировано 21,4 млрд. СДР. В середине 60х годов, когда обсуждался вопрос о том, как решить проблему международной ликвидности, эта сумма представлялась значительной. Коэффициент ликвидности — соотношение резервов к мировому импорту составил (на конец года) в 1960г. — 50,6%, в 1981 г. (год завершения первой эмиссии СДР) — 21,5, 1990 г. — 26,7 и в 1997 г. — 31,3%. Эти показатели говорят о том, что выпуск СДР не оказал значительного воздействия на количественный аспект международной ликвидности. Коэффициент ликвидности в 1981г. почти в 1,9 раза был ниже коэффициента 1965 г. Улучшение этого показателя в 80—90е годы является следствием изменения соотношения в темпах роста мирового импорта и мировых резервов. Если в 1965—1981 гг. мировой импорт возрос в 9,6 раз, а мировые резервы — в 5,1, то в 1981 — 1997 гг. мировой импорт увеличился более чем в 2,8 раз, а мировые резервы — в 3,5 раза. Увеличение резервов происходило исключительно за счет валютного компонента. Объем золотых запасов государств продолжает из года в год сокращаться. За 1965—1997 гг. он уменьшился на 25,6%.

    Изменение тенденции в эволюции показателей международной ликвидности в 80—90е годы служило основанием для отказа США и большинства других развитых стран в требованиях развивающихся государств осуществить новые эмиссии СДР. Поскольку для принятия решения о дополнительной эмиссии требуется большинство 85% голосов, этот вопрос может быть решен лишь при наличии консенсуса трех сил — США, ЕС и развивающихся государств.

    В ответ на запрос Временного комитета МВФ от 30 апреля 1993 г. Директорат Фонда неоднократно обсуждал вопрос о новой эмиссии СДР и их будущем как резервного актива. Была подвергнута оценке долгосрочная глобальная потребность в эмиссии согласно статье VIII устава для дополнения к существующим резервным активам, а также вопрос о специальном выпуске в разовом порядке через поправку к учредительному соглашению МВФ для стран, вступивших в Фонд после 1981 г. и не получивших положенные суммы.

    Большинство членов Директората склонялось к эмиссии по ст. VIII, исходя из оценки долгосрочной глобальной потребности в пополнении резервов, основанной на прогнозах специалистов Фонда, что к 2000 г. она должна будет увеличиться до 400 млрд. СДР. «Основательное меньшинство» членов Директората (речь идет прежде всего о США) считало, что такая эмиссия не была бы оправданной, так как долгосрочной глобальной потребности в пополнении существующих резервных активов или вовсе не существует, или она не была продемонстрирована адекватным образом. Был достигнут консенсус по необходимости специальной эмиссии для восстановления «справедливости» в распределении СДР между странами.



    В своем докладе Совету управляющих в сентябре 1994 г. Директорат представил четыре предложения относительно эмиссии СДР. Директор-распорядитель предложил эмиссию в 36 млрд СДР, как в рамках устава, так и в порядке специальной эмиссии через поправку к нему. Три других предложения исходили от директоров. Директоры от США и Великобритании предлагали обеспечить справедливое участие всех стран членов в системе СДР через одноразовую специальную эмиссию в 12—16 млрд. СДР, для чего необходимо было принять поправку к уставу МВФ. Двое других директоров выступили за разовую специальную эмиссию, но в большем объеме, а поправка к уставу для него должна определенно констатировать, что эмиссия предназначена для поддержания роли СДР в мировых резервах. Четвертое предложение было сделано группой директоров. Они преследовали цель достичь полной справедливости для всех стран-членов посредством эмиссии сначала в 14,5 млрд. СДР в рамках ст. VIII, а затем специального выпуска 16 млрд. СДР через принятие поправки к уставу. На сессии Временного комитета 2 октября 1994 г. в Мадриде, однако, не удалось достигнуть договоренности и вопрос был перенесен на следующую сессию.

    Предложение М.Камдессю было практически заблокировано странами «Группы 7». М.Камдессю считает, что страны нуждаются в доступе к экстра резервам в силу роста мировой торговли и сделок движения капиталов. «Группа 7» утверждает, что страны сейчас меньше нуждаются в резервах, нежели раньше, и эмиссия в размере, предложенном М.Камдессю, могла бы подстегнуть инфляцию. В то же время предложение «Группы 7» произвести одноразовую эмиссию в пользу стран, вступивших в МВФ после 1 января 1981 г. и не получивших СДР, было заблокировано развивающимися странами, которые настаивают на увязке эмиссии СДР с нуждами внешнего финансирования их экономического развития. Следует отметить, что в эмиссии 1981 г. в размере 4,1 млрд. СДР получателями были 141 страна.

    С 1994 г. произошло некоторое сближение позиций сторон по проблеме новой эмиссии СДР. В апреле 1997 г. на очередной сессии Временного комитета МВФ развивающиеся страны выразили согласие на предложение М.Камдессю осуществить «справедливый выпуск» 21,4 млрд СДР, который требовал поправки к учредительному соглашению МВФ. Однако США и Германия, несмотря на согласие некоторых других стран «Группы 7» были против выхода эмиссии за рамки 20 млрд. СДР.  Изменение объема эмиссии, предложенного М.Камдессю, в сторону понижения было связано с улучшением ликвидности МВФ в начале 1997 г.

    Позиция развивающихся стран была изложена в коммюнике заседания «Группы 24», состоявшегося 27 апреля 1997 г. Министры стран, представленных в этом органе, достигли соглашения о поправке к уставу МВФ для специального выпуска СДР. Соглашение сохраняет принципы разделения департамента общих ресурсов и департамента СДР, определения специальных прав заимствования как резервного актива и положений, предусматривающих необусловленную их эмиссию всем странам на базе долгосрочной глобальной потребности. Они также согласились с предложением Директора распорядителя о специальной эмиссии в размере, не менее 22,4 млрд. СДР. Решение Совета управляющих Фонда о внесении IV поправки к его уставу, предусматривающей специальную разовую эмиссию СДР в 21,4 млрд. этих единиц, было принято в сентябре 1997 г. После ратификации IV-ой поправки общая сумма эмитированных СДР удваивается, причем, исходя из принципа справедливости, каждая страна должна иметь их на счете в размере 29,32% от размера квоты, установленного IX общим пересмотром квот. Для вступления поправки в силу необходима ее ратификация большинством 3/5 стран — членов Фонда, располагающих 85% голосов. IV поправка предусматривает также возможность разовой специальной эмиссии для будущих членов МВФ или во время вступления ее в силу, или во время их принятия (что позже). Она не затрагивает права МВФ осуществлять эмиссию СДР, основанную на установлении долгосрочной глобальной потребности в пополнении резервов в случаях и в сроки возникновения таковой.

    Принцип оценки достаточности мировой ликвидности на протяжении всего существования МВФ не претерпел изменений. Фонд продолжает определять ее путем отношения золотовалютных резервов к мировому импорту. Однако, активное развитие мирохозяйственных связей по линии прямых и портфельных инвестиций, различных форм кредитных отношений, а также возросшая потребность в ликвидных ресурсах для осуществления платежей по внешним долгам не принимаются во внимание. Финансовые кризисы 90х годов, в значительной степени сопряженные с нехваткой ликвидности у пострадавших стран, продемонстрировали ограниченность подхода к оценке ее достаточности на глобальном уровне.

    Изменения в соотношении движения темпов роста мирового импорта и резервов в 80—90е годы не свидетельствуют об ухудшении положения в области международной ликвидности. Поэтому негативная позиция США и ряда других развитых стран в отношении крупных эмиссий СДР имеет под собой достаточно серьезные основания. В то же время блокирование специальной эмиссии для стран, вступивших в Фонд с 1981 г., было дискриминацией и ущемляло принцип экономической справедливости при решении наиболее важных вопросов в рамках этой международной организации. Стремление развивающихся стран увязать восстановление принципа справедливого участия стран-членов в системе СДР с эмиссией на цели пополнения существующих резервных активов ущемляло экономические интересы РФ и других государств, «не успевших» на эмиссии 1970—1981 гг. в связи с поздним вступлением в МВФ. Согласие их в 1997 г. на «справедливую» эмиссию не внесло принципиальных перемен в проблему международной ликвидности. Для многих стран, не имеющих доступа к ресурсам частных рынков развитых государств и для которых кредиты МВФ или не соответствуют потребностям, или не приемлемы по причине бремени социально-экономических издержек, система СДР является важным альтернативным источником безусловной валютной ликвидности.

    Внешнее финансирование через систему специальных прав заимствования

    В системе внешнего финансирования, включающей официальное и частное, специальные права заимствования занимают особое место. МВФ определяет СДР как международный резервный актив, созданный им и ассигнованный странам в дополнение к существующим резервным активам. Ассигнование представляет собой предоставление этого резервного актива на безвозмездной основе и полностью выступает как финансирование. В силу фактора бесплатности и безвозвратности система СДР выступает для многих стран важным источником внешнего официального финансирования. В отличие от других источников внешнего финансирования специфика СДР состоит в том, что эти резервные активы обслуживают межгосударственные денежные отношения.

    Важная роль отведена СДР в ст. VIII устава Фонда. В соответствии с разд. 4 государство, выкупающее остатки своей национальной валюты по требованию других стран из их резервов, имеет право произвести платеж по своему выбору либо в СДР с учетом положений ст. XIX, либо в валюте государства члена, потребовавшего выкуп. Раздел 7 предусматривает, что «государства обязаны сотрудничать с Фондом и между собой, чтобы их политика в отношении резервных активов была совместима с целями совершенствования международного надзора за международной ликвидностью и превращения СДР в основной резервный актив мировой валютной системы». Функционирование системы СДР регламентируется статьями XV— XXV устава МВФ.

    Система СДР начала действовать с 1 января 1970 г. Первоначально было решено выпустить 9,3 млрд. СДР; их распределение состоялось в три приема 1 января 1970, 1971 и 1972 гг. примерно равными частями. По решению Временного комитета и Совета управляющих МВФ, принятому в сентябре 1978 г., аналогичная эмиссия была проведена 1 января 1979, 1980 и 1981 гг. на общую сумму 12 млрд. СДР. В силу распределения пропорционально квотам наибольшие суммы получили развитые страны. Из общей эмитированной суммы в 21433,3 млн. СДР на долю развитых стран приходилось 14922,1 млн., в том числе США — 4899,5 и Великобритании — 1913,1 млн. СДР.

    Схема действия системы СДР построена таким образом, что она целиком вписывается в рамки официального финансирования. Эмиссия производится в департаменте СДР, где центральному банку каждой страны открыт счет. Сам МВФ держит СДР на счете общих ресурсов и использует их в операциях и сделках с участниками этой системы. Он может открывать счета и осуществлять операции с СДР странам, не участвующим в Фонде, а также институтам, выполняющим функции центрального банка для нескольких стран-членов, и другим официальным учреждениям. Для предоставления статуса «уполномоченного держателя» (prescribed holder of SDRs) требуется большинство 85% голосов. МВФ предписывает условия, на которых эти участники могут держать СДР, а также принимать и использовать их в операциях и сделках с участниками и другими «уполномоченными держателями».

    Первым учреждением, получившим статус «уполномоченного держателя» СДР, стал в январе 1974 г. Банк международных расчетов. Впоследствии такой статус получили другие международные и региональные организации — Азиатский банк развития, Африканский банк развития и Африканский фонд развития, Андский резервный фонд, Арабский валютный фонд, Восточно-Карибский центральный банк, Банк Центрально-Африканских государств, Исламский банк развития, МБРР, МАР, Международный фонд сельскохозяйственного развития, Северный инвестиционный банк и Центральный банк Восточно-Африканских государств.

    Система СДР действует следующим образом. Каждая страна, участвующая в ней, взяла обязательство предоставить другой стране конвертируемую валюту в обмен на СДР, которая может быть использована на покрытие дефицита платежного баланса, выкуп национальной валюты из резервов других стран, расчетов с МВФ и т.д. При этом, страна, желающая купить валюту на СДР, может прямо договориться с другой страной («сделки по соглашению»), В противном случае, она обращается с просьбой к МВФ, который назначает страну — получателя СДР («сделки по назначению»), которая обязана предоставить в обмен на СДР эквивалент в «свободно используемой валюте». При назначении страны-получателя СДР Фонд учитывает два фактора: прочность состояния ее платежного баланса и валютных резервов. После определения участников операции Фонд перечисляет обусловленную сумму СДР со счета одной страны на счет другой, а страна, «продавшая» СДР, получает эквивалент валюты, которая используется по обычным каналам для осуществления платежей по срочным обязательствам.

    Страны, прибегающие к кредитам МВФ, могут получать вместо валюты СДР со счета общих ресурсов, хранить их или сразу же использовать для получения валюты в рамках департамента СДР. Участники системы могут также использовать СДР для осуществления платежей по счету общих ресурсов в порядке выкупа национальной валюты, уплаты процентов и оплаты квот. В то же время сам МВФ может продавать СДР для пополнения своих валютных резервов, уплаты процентов по задолженности или для погашения кредитов. Кроме того, СДР могут использоваться в рамках кредитов ЕСАФ. Эти операции, однако, требуют посредничества счетов «уполномоченных держателей», поскольку СДР не могут находиться на счете специального использования департамента общих ресурсов и на управляемых Фондом счетах.

    При использовании СДР их общая сумма у данной страны может упасть до нуля. При этом она не обязана осуществлять «восстановление» СДР (reconstitution of SDR holdings) на своем счете. В силу этого фактора система СДР выступает средством финансирования «слабых» стран (имеющих дефицит платежного баланса) более сильными (имеющими актив платежного баланса или крупные резервы). Поскольку отсутствует требование восстановления СДР на счете, использованная их сумма означает получение бессрочного кредита на эквивалентную сумму в валюте. Поэтому в этой системе заинтересованы в большей степени страны, нуждающиеся в ликвидных средствах для осуществления срочных платежей. Вот почему в течение многих лет развивающиеся страны настаивают на увязке ассигнования СДР с проблемой внешнего финансирования их развития.

    С другой стороны, для стран, получающих СДР в обмен на предоставление валюты, система представляет собой канал для кредитования. Выступая в роли кредиторов, они также имеют определенные выгоды по сравнению с финансированием на двусторонней основе. Эти страны получают проценты, что означает действие такого важного принципа кредита как платность, и не сталкиваются с проблемой возврата переданной в обмен на СДР валюты. Этот возврат обеспечен всей мощью межгосударственной структуры МВФ. Страна может отказаться от дальнейшего приема СДР, если их объем на ее счете превышает 300% от общей суммы, полученной при эмиссиях.

    Покупка валюты на СДР носит черты кредита, поскольку страна, получающая ее, уплачивает Фонду проценты (the interest rate on the SDR), С 1 января 1981 г. уровень взимаемой Фондом ставки равен средневзвешенной величине ставок по определенным краткосрочным инструментам внутренних денежных рынков стран, валюты которых включены в «корзину» СДР. С 1 января 1991 г. для этих целей применяются рыночная ставка по трехмесячным векселям Казначейства США, ставка по трехмесячным межбанковским депозитам в Германии, ставка по трехмесячным казначейским векселям во Франции, ставка по трехмесячным депозитным сертификатам в Японии и рыночная ставка по трех месячным казначейским векселям в Великобритании. Ставка, выплачиваемая Фондом странам, купившим СДР (the rate of remuneration), устанавливается на уровне ставки, взимаемой со стран, которые получили в обмен на СДР валюту. Базисная ставка по кредитам МВФ устанавливается на уровне 107% от ставки, взимаемой от стран, купивших валюту в обмен на СДР. Все три ставки устанавливаются раз в неделю (пятница). Так, например, с 8 февраля 1999 г. ставка, взимаемая с должников, и ставка, уплачиваемая кредиторам в системе СДР, была установлена на уровне 3,47%, а базисная ставка по кредитам МВФ — 3,71 %. Следует отметить, что ставка, взимаемая по дебетовой позиции в системе СДР корректируется с учетом покрытия операционных расходов МВФ, а базисная ставка по кредитам — также с учетом видов финансирования.

    Состояние счетов департамента СДР не всегда позволяет неспециалисту судить о выполнении специальными правами заимствования функции инструмента официального внешнего финансирования развитыми странами развивающихся. Более того, на первый взгляд может показаться, что в роли «слабых» уже выступает ряд индустриальных стран, у которых сумма СДР на счете меньше 100%. В такой ситуации оказались Великобритания, у которой по состоянию на 28 февраля 1997 г. на счете в департаменте СДР было лишь 18,3% от суммы, полученной при эмиссиях, Италия — 3,7, Австралия — 4,8, Новая Зеландия и Ирландия — по 0,2, Греция — 0,1%. Менее 100% имели также Австрия, Бельгия, Люксембург и Франция. Причина такой позиции многих развитых стран в департаменте СДР заключалась в том, что в процессе оплаты квот в 1993 г. все страны сделали платежи в оплату резервной доли специальными правами заимствования, в результате чего из департамента СДР в департамент общих ресурсов было переведено 12643 млн СДР. Общее количество СДР в департаменте СДР на 28 февраля 1997 г. составило только 87,1% от эмитированной суммы.

    Практически ни одна развитая страна не имела по состоянию на 31 января 1999г. на своем счете потолок в 300%. Наиболее крупными держателями СДР являлись Япония — 212,1% от ассигнованной при эмиссиях суммы, Португалия — 179,9, Норвегия — 159,7, Ирландия — 157,2, Финляндия — 156,8, США — 153,7, Испания — 136,6%. Кредитовую позицию имели также ФРГ, Швеция и Дания. Для всех индустриальных стран этот показатель составил 105,7%, а всех стран МВФ — 94%.

    О месте СДР в системе официального внешнего финансирования дает представление состояние счетов развивающихся стран в департаменте СДР. На 31 января 1999 г. на счетах всех развивающихся стран имелось лишь 69% от кумулятивного лимита ассигнованных резервных активов, в том числе стран Африки — 23,6%, Азии — 72,6 и Латинской Америки — 36%. Для этих регионов картина была бы еще более наглядной, если учесть, что отдельные страны имели кредитовую позицию по своему счету. В Африке к ним можно отнести такие страны, как Ботсвану, на счете которой имелось 743,5% от ассигнованного объема, Маврикий — 145,1 и другие, в Азии — Сингапур — 394,0, Тайланд — 328,2, Южную Корею — 285,4, КНР — 203,4, Малайзию — 104,8 и др. и в Латинской Америке — Парагвай — 577,8, Колумбию — 121,9, Суринам — 106,5% и др.

    Состояние счетов подавляющего большинства развивающихся стран в департаменте СДР свидетельствует о той большой значимости, которую для них представляет система СДР. Отсутствие обязательства восстановления СДР на счете позволяет им пользоваться дешевым бессрочным межгосударственным кредитом, так как уровень уплачиваемых процентов по дебетовой позиции по счету в департаменте СДР более чем вдвое ниже рыночных ставок. Отсутствие доступа для многих развивающихся стран на рынок частных ресурсов и вынужденных рассчитывать лишь на каналы официального финансирования, делает систему СДР еще более значимой для их национальной экономики и мирохозяйственных связей.

    Функции специальных прав заимствования в современных мирохозяйственных связях

    Со времени крушения золотодолларового стандарта в Бреттон-Вудсской системе мировое хозяйство вынужденно оказалось без всеобщего эквивалента. В условиях плавающих курсов валют ни одна национальная валюта не в состоянии выполнять эту функцию в полной мере. Выступая в роли всеобщего эквивалента, национальная валюта служит каналом воздействия денежно-кредитной системы и экономики страны эмитента на мировую валютную систему, мирохозяйственные связи и мировую экономику в целом. Степень обратного воздействия обусловлена масштабами вовлеченности страны эмитента и ее валюты в мирохозяйственные связи, долей внешней торговли в ее валовом национальном продукте. С точки зрения политической экономии национальная валюта государства не может быть всеобщим эквивалентом еще и потому, что она является носителем фактора суверенности. Не имея собственной стоимости, она служит носителем меновой стоимости и выполняет денежные функции лишь постольку, поскольку она пользуется доверием среди участников обмена. Это доверие подкрепляется степенью обеспеченности эмиссии, стабильности денежно-кредитной системы и валютно-финансовой политики страны-эмитента.

    В современных мирохозяйственных связях наблюдается парадоксальная ситуация, которая состоит в том, что роль всеобщего эквивалента в частной сфере выполняют национальные валюты ведущих развитых государств, и прежде всего, доллар США, а в официальной сфере в этой роли выступают специальные права заимствования. СДР выполняют функции валютного эталона, средства валютной привязки, международного платежного средства, международного резервного средства и международного кредитного средства. С качественной точки зрения они имеют целый ряд преимуществ. Главным является формальная независимость от национальных властей, поскольку эмитентом СДР выступает МВФ — международная организация. Будучи как и валюты принудительным носителем меновой стоимости, СДР, однако, лучше подходят на роль валютного эталона и резервного средства, нежели национальная валюта, поскольку они лучше ее сохраняют.

    Вместе с тем в отличие от СДР национальные валюты, выступая в роли всеобщего эквивалента, выполняют важную денежную функцию международного покупательного средства. Именно совокупность функций международного покупательного средства и международного платежного средства наряду с функцией средства обращения в рамках границ страны эмитента позволяет выполнять национальным валютам функцию меры стоимости через цену товаров и услуг. Это преимущество национальных валют ведущих стран выступает одновременно пороком специальных прав заимствования. Отсутствие прямой связи с товарами лишает специальные права заимствования возможности выполнять в более полном объеме роль всеобщего эквивалента.

    Специальные права заимствования не являются мировыми деньгами. Они выполняют роль валютного эталона и меры стоимости через курс, устанавливаемый искусственно Фондом. Вплоть до конца июня 1974 г. стоимость единицы СДР устанавливалась на базе золотого содержания этого резервного актива. В связи с введением плавающих курсов МВФ был вынужден перейти 28 июня 1974 г. при котировке СДР на метод валютной «корзины». Первоначально в «корзине» были представлены 16 ведущих валют стран, доля которых в мировом экспорте товаров за пять лет (1968—1972 гг.) составила более 1%. Эти показатели были скорректированы с учетом значения валюты в мировой экономике. Доля доллара США была установлена в 33%, принимая во внимание его функцию международного платежного средства и реальное значение в мировом хозяйстве.

    На базе удельных весов 28 июня 1974 г. были определены валютные компоненты. Для этого были взяты курсы телеграфного перевода, средние между курсом продавца и покупателя, в Нью-Йорке за три предшествовавших месяца и умножены на долю соответствующей валюты в СДР, выраженную в долларах США. Например, валютный компонент марки ФРГ был определен следующим образом: 0,125 (удельный вес валюты в «корзине» = 12,5%) х 1,20635 (стоимость 1 СДР в долларах США на базе золотого паритета) х 2,50 (средний курс марки ФРГ за предшествовавшие 3 месяца) = 0,38 DEM. Аналогичным образом были определены валютные компоненты других валют «корзины». Валютные компоненты не изменяются в течение пяти лет и используются для определения стоимости 1 СДР в валютах. С 1 января 1981 г. валютная «корзина» СДР была сужена до 5 валют стран, имеющих наибольшие квоты в МВФ. Сужение преследовало цель привести к единообразию валютную «корзину» с процентной «корзиной».

    В «корзине» СДР, установленной 31 декабря 1995 г. доллар США занимал 39%, марка ФРГ — 21, японская иена— 18, французский франк — 11 и английский фунт — 11%. На базе этих удельных весов в результате их умножения на средний за предшествовавшие три месяца рыночный валютный курс были определены валютные компоненты «корзины»: 0,582 доллара США, 0,446 марки ФРГ, 0,813 французского франка, 27,2 японских йен, 0,105 английского фунта стерлингов. Специфика смены валютной «корзины» состоит в том, что в день перевода стоимость 1 СДР в любой валюте должна быть одинаковой на базе ее расчета по прежней и новой «корзине».

    Таким образом, валютная «корзина» СДР включала до 1 января 1999 г. валюты пяти стран, которые были крупнейшими экспортерами товаров и услуг за пять лет, предшествовавших ее пересмотру. Удельные веса валют в «корзине» отражают относительную долю соответствующих стран в экспорте товаров и услуг и относительную долю их валют в официальных резервах. Исходя из эволюции удельных весов за период существования пяти валютной «корзины» СДР можно сделать вывод о постепенном снижении в 80—90е годы доли доллара США, фунта и франка, и, напротив, увеличении доли иены и марки ФРГ. Естественно, сдвиги в удельных весах находят свое отражение и в стоимостных характеристиках СДР.

    Стоимость 1 СДР в валютах определяется Фондом ежедневно. Для этого сначала он устанавливает стоимость СДР в долларах США. Валютный компонент соответствующей валюты умножается на курс доллара в этой валюте на рынке соответствующей страны. В итоге, стоимость 1 СДР в долларах США представляет собой сумму долларовых стоимостей валютных компонентов, исчисленных на базе рыночного курса доллара США на валютном рынке соответствующей страны. Курс 1 СДР в других валютах определяется с помощью стоимости 1 СДР в долларах США и рыночного курса соответствующей валюты к доллару.

    В связи с введением с 1 января 1999 г. евро в «корзину» СДР были внесены важные изменения. В декабре 1998 г. валютные компоненты марки ФРГ и французского франка были конвертированы, соответственно в евровые компоненты. Пересчет был осуществлен с помощью фиксированных конверсионных курсов между этими двумя валютами и евро, объявленных Европейским советом. Валютные компоненты доллара, йены и фунта стерлингов были оставлены без изменений. Таким образом, с 1 января 1999 г. стоимость 1 СДР в валюте была равна сумме стоимостей в ней валютных компонентов: 0,5821 долларов, 0,105 фунтов стерлингов, 27,2 йен, 0,228 евро (ФРГ) и 0,1239 евро (Франция), а с 1 января 2001 г., после пересмотра удельных весов «корзина» СДР включает 0,577 долларов, 0,426 евро, 21 йену и 0,0984 фунтов стерлингов.

    До очередного пересмотра в 2005 г. удельных весов «корзины» единица СДР выступает носителем стоимости доллара США на 45%, евро — 29, йены — 15 и фунта стерлингов — 11 %. Эти доли служат каналом влияния на стоимость СДР валютно-финансовой политики и состояния денежно-кредитной системы эмитентов соответствующих валют. Таким образом, будучи формально мировым знаком стоимости, единица СДР фактически представляет стоимость четырех ведущих валют мира. Подлинным мировым эквивалентом СДР выступали в период привязки к золоту (до 1 апреля 1978 г. единица СДР имела золотое содержание 0,888671 г чистого золота).

    Выступая в роли валютного эталона и всеобщего эквивалента, СДР лучше сохраняют стоимость требований и обязательств, чем если бы их номинал был выражен в валюте, включая валюты, входящие в «корзину». Вместе с тем выполнение СДР функции меры стоимости находится в зависимости от движения курса четырех валют, формирующих «корзину» и темпов инфляции в странах — эмитентах этих валют. При росте цен в них стоимость обозначенных в СДР международных денежных требований и обязательств, соответственно, уменьшается. Поэтому СДР сохраняют стоимость лишь постольку, поскольку ее сохраняют валюты, входящие в «корзину».

    Что же касается курсовых изменений валют этих стран между собой, то они взаимно компенсируются в валютной «корзине» СДР. В этом отношении можно согласиться с утверждением МВФ, что «стоимость СДР имеет тенденцию к большей стабильности по сравнению со стоимостью любой из валют в “корзине”, поскольку изменения обменного курса любой входящей в корзину валюты обычно компенсируются в полном объеме или частично колебаниями курсов других валют». Утверждения о полной компенсации, однако, не подтверждаются расчетами. Так за период действия пяти валютной корзины с 1981 по 1997 годы среднегодовая стоимость 1 СДР в долларах США увеличилась на 15,92%, в фунтах стерлингов — 33,73%, французских франках — 20,76% и в то же время снизилась в иенах на 31,49% и в марках — 7,87% .

    Эффективность функции всеобщего эквивалента у СДР находится в зависимости от движения курса четырех валют «корзины» к остальным валютам. Если, скажем, курс этих валют падает по отношению к швейцарскому франку, то происходит адекватное обесценение требований и обязательств, выраженных в СДР. За 1970—1997 гг. среднегодовая стоимость 1 СДР понизилась в швейцарских франках на 66,8%. По отношению почти ко всем валютам других развитых стран, не входящим в «корзину» СДР, произошло повышение стоимости 1 СДР.

    В связи с тем, что СДР не имеют собственной стоимости и не существуют в предметной форме, выполнение ими функции меры стоимости происходит косвенно и носит принудительный характер. Для того, чтобы определить стоимость конкретного денежного требования или обязательства в СДР используется его номинал, выраженный в валюте, и курс 1 СДР в этой валюте. Поэтому от уровня курса 1 СДР зависит стоимость данного денежного требования или обязательства, выраженного в СДР. При этом участники мирохозяйственных связей, использующие СДР для сохранения стоимости денежных требований или обязательств, вынуждены сталкиваться с проблемой курса единицы СДР дважды: в первый раз при переводе номинала денежного требования или обязательства, выраженного в валюте, в СДР, который происходит при заключении международной сделки, и во второй раз — при платеже.

    Обладая преимуществом лучше сохранять стоимость, чем валюты, СДР достаточно широко применяются в качестве счетной единицы или основы для нее в официальной и частной сфере. Международный валютный фонд использует СДР для выражения номинала квот, кредитов. В своей деятельности эти резервные активы применяют 15 международных организаций, получивших в МВФ статус «уполномоченного держателя».

    В соответствии со ст. XIX учредительного соглашения МВФ имеет право «предписывать», то есть давать разрешение на операции, в которых участники системы по взаимному согласию могут использовать СДР без прямого их обмена на валюту. В 1979 г. Директорат Фонда принял ряд решений такого рода, которые позволяют использовать СДР для урегулирования финансовых обязательств, предоставлять в кредит на срок и по ставке, согласованным между собой странами участницами. Погашение таких кредитов и платежи процентов по ним могут осуществляться в СДР. Кроме того, МВФ уполномочил страны применять СДР в залоговых операциях и срочных сделках.

    Использование СДР в залоговых операциях возможно в двух случаях:

    1.            Страны — участницы системы могут использовать СДР непосредственно в качестве залога, и МВФ «откладывает» их на время залога посредством регистрации в специальном журнале.

    2.            Страны — участницы могут давать согласие на перевод СДР в виде обеспечения своего обязательства, причем после его выполнения СДР должны быть возвращены первоначальному владельцу.

    Страны — участницы департамента СДР получили возможность использовать СДР во взаимных операциях «своп» и срочных валютных сделках. Каждая страна, участвующая в системе СДР, может переводить СДР по соглашению «своп» другой стране-участнице в обмен на эквивалентную сумму валюты или другого резервного актива, но не золота, с условием возврата, то есть обратного перевода в срок и по курсу, согласованному между ними. При переводе СДР в обмен на другие резервные активы стороны могут применить по взаимной договоренности курс, бывший за два или три рабочих дня до осуществления перевода. В случае непроведения обратной операции стороны договариваются о выплате компенсации.

    Страна, которая намерена использовать или получить СДР по соглашению «своп», должна информировать МВФ, какие резервные активы, на какой срок и по какому курсу будут получены в обмен на СДР при переводе и при возврате, а также о любом соглашении об уплате процентов или компенсации и изменении этих условий. Стороны операции «своп» должны заявить, что предполагаемое использование СДР будет соответствовать «предписанию», то есть правилам МВФ. Перевод СДР со счета одной страны на счет другой страны осуществляется Международным валютным фондом лишь после получения инструкций от обеих сторон.

    Аналогичны условия срочных сделок «предписанных» Фондом. Страны — члены системы СДР получили право свободно покупать и продавать СДР на срок на валюту или другой денежный актив, исключая золото, по взаимно согласованному курсу. Стороны могут договориться об изменении условий сделки. При этом сторона, которая намерена использовать или получить СДР на срок, должна также уведомить Фонд о сумме СДР, сроке сделки, валютном активе, курсе, дате платежа и о любых изменениях условий. Кроме этого, стороны должны заявить, что планируемое ими использование СДР будет соответствовать «предписанию» МВФ. Все переводы СДР со счета одной страны на счет другой страны по срочным сделкам Фонд осуществляет только после получения инструкций от обеих сторон.

    Круг «предписанных» операций и использование СДР Фондом в операциях по кредитным отношениям со странами в рамках счета общих ресурсов, а также в операциях внутри департамента СДР свидетельствует о том, что СДР выполняют на практике целый ряд мировых денежных функций. В функции международного платежного средства СДР применяются для оплаты квот (резервной доли), погашения полученных у Фонда кредитов и выплаты процентов по ним, платежей процентов по дебетовой позиции в департаменте СДР. В функции международного кредитного средства СДР выступают при предоставлении этих резервных активов Фондом в рамках кредитов, которые не носят характера покупки заемщиком у Фонда ликвидного актива в обмен на национальную валюту. В этой же функции СДР могут выступать при предоставлении СДР одной страной другой стране в кредит.

    Функция СДР как средства валютной привязки не получила развития. Из 64 стран, практиковавших на 30 сентября 1998 г. режим твердого курса валюты, привязку 1 СДР применяли только четыре — Португалия, Латвия, Ливия, Мьянма, тогда как в июне 1982 г. таких стран было 16. Непопулярность СДР как средства валютной привязки является следствием «эквивалентного» недостатка этого резервного актива. В силу того, что СДР не являются валютой и сами представляют собой сумму валютных компонентов четырех ведущих валют, реализация валютной привязки на практике сталкивается с трудностями. Стоимость валюты страны, практикующей такую привязку, фиксируется в СДР, а затем устанавливается в других валютах на базе курса 1 СДР к ним, публикуемого Фондом. Поэтому страны, устанавливая режим твердого курса, предпочитают привязывать свои валюты к валюте другой страны, или «корзине» валют стран, основных торговых партнеров.

    Функция резервного средства позволила СДР получить широко распространившееся название «бумажного золота», так как страны и МВФ зачисляют их, наряду с золотом, в официальные резервы. Практически все СДР независимо от того, в каком департаменте они находятся (департамент СДР или департамент общих ресурсов), выполняют резервную функцию. В силу постоянного возрастания валютного компонента международной ликвидности доля СДР в ней снижается. По данным МВФ на 30 апреля 1998 г. доля СДР в общей сумме резервов стран (без учета золота) составила 1,8% (в 1996 г. — 2,1%).

    В роли инструмента коллективного регулирования международной ликвидности СДР обладают важным преимуществом по сравнению с другими ее валютными компонентами. Они выступают как обязательства всех стран — членов МВФ, а не как обязательства одной страны, являются обязательными к приему в расчетах между государствами — членами МВФ, приносят доход в виде процентов по кредитовой позиции, их хранение на счете не вызывает издержек и, наконец, СДР не могут использоваться частным сектором. Реальные СДР функционируют лишь в официальных, то есть международных отношениях.

    МВФ допускает использование СДР в частной сфере для выражения номинала кредитно-финансовых инструментов, включая облигации, акции, депозитные сертификаты и др., а также кредитов. В США ряд депозитов ТНК, выраженных в СДР, были открыты в Чейз Манхэттен бэнк в 1977 г. В июне того же года этот банк дал первый кредит, выраженный в СДР. Первый кредит, выраженный в СДР, был получен в Африке Африканским банком развития. Соглашение о кредите на сумму 200 млн. СДР было подписано 5 февраля 1982 г. Африканским банком развития с руководством шести крупных банков, включая Креди Агриколь, от имени международного, банковского консорциума.

    Широкое внедрение СДР в частную сферу практически началось с 80х годов в результате унификации валютной и процентной «корзины» СДР. В январе 1981 г. семь крупнейших частных банков — Барклайз, Мидлэнд и Нэшнл Вестминстер (Англия), Кемикл и Ситибэнк (США), а также Стандарт Чартеред и Гонконг энд Шанхай бэнк образовали рынок депозитных сертификатов в СДР. Рынок привлек внимание инвестиционных банков, брокеров. Этому способствовала котировка курса этих сертификатов системой Рейтер. Несмотря на повышение курса доллара рынок сертификатов только с декабря 1980 г. по октябрь 1981 г. вырос с 50 млн. до 500—700 млн. СДР. Объем размещенных краткосрочных депозитных сертификатов в СДР, получивших признание у инвесторов и банков, только за один год превысил общий объем облигаций и нот в СДР, выпущенных за шесть предыдущих лет.

    Начало рынку займов СДР положила Швеция, включив долю в СДР в ее первый синдицированный крупный заем в 1981 г. Когда в апреле 1981 г. заем был подписан, доля, выраженная в СДР, достигла 500 млн. СДР, а доля в долларах США составила 800 млн. долл. Первой развивающейся страной, получившей заем с номиналом в СДР, стал Берег Слоновой Кости. Общая сумма займа составила 250 млн. долл., в том числе 50 млн. долл., были обозначены в СДР. Первый заем, целиком выраженный в СДР, на сумму 47,5 млн. СДР был подписан в июле 1981 г. венесуэльской организацией КАДАФЕ.

    Развитие рынка СДР и увеличение количества банков, участвующих на нем, способствовали возникновению срочных сделок в СДР. В настоящее время можно купить или продать СДР против долларов и некоторых других ведущих валют на срок до 1 года. Брокерские инвалютные сделки в СДР начали проводиться также в 1981 г. На практике срочный рынок СДР могут использовать две крупные группы участников. Первую составляют банки, имеющие активы в СДР, например, займы или депозитные сертификаты. Они размещают эти активы, используя комбинацию долларовых депозитов и хеджирования доллара с помощью СДР через срочный рынок СДР. Вторую группу составляют инвесторы в СДР, использующие срочный рынок для вложения средств в СДР-овые депозиты и наоборот. Например, инвестор, ожидающий получить ресурсы в долларах

    США через два месяца и поместить эти ресурсы в СДР-ый депозит и ожидающий понижения курса доллара к СДР в этот период, будет покупать СДР на срок, чтобы открыть депозит и, таким образом, получить благоприятный курс доллара к СДР. Таким же образом, инвестор, имеющий СДР-ый актив (например, депозит или депозитарный сертификат), который должен осуществить платеж в долларах США через несколько месяцев и ожидающий повышения курса доллара к СДР за этот период, будет покупать на срок необходимые доллары.

    Особенностью рынка СДР является то, что существует только срочный рынок. Сделки «спот» не осуществляются в СДР по двум причинам. Во-первых, в СДР не осуществляются торговля и платежи и, во-вторых, отсутствует практика открытия текущих счетов. Следовательно, нет смысла в сделках «спот» в СДР, пока в них не осуществляются платежи. Все сделки в СДР урегулируются использованием перевода валюты. Если вкладчик перемещает СДР-овый депозит из одного банка в другой, первый банк выплачивает ему обычно его долларовую стоимость, которую вкладчик затем переводит во второй банк, открывая там новый СДР-овый депозит.

    Однако, это препятствие для развития рынка СДР преодолевается отчасти созданием клиринговых систем, которые осуществляют урегулирование сделок по купле-продаже обязательств и кредитных инструментов, выраженных в СДР. Такие операции, в частности, проводятся в рамках Евроклира — клирингового дома по евробондам в г. Базеле. Евроклир оперирует счетами в СДР. Однако для инвестора вложение средств с СДР-ового счета в другие средства или использование кредитового остатка на покупку не СДР-ового актива требует осуществления валютной операции. Эту услугу для участников рынка СДР выполняет, в частности, Морган Таранти в Брюсселе. Он выступает связующим звеном между Евроклиром и внешним миром через систему СДР-овых текущих счетов, один из которых открыт у Евроклира. В целом же эти операции не получили большого развития в силу отсутствия центрального банка или валютного органа, способного осуществлять зачет остатков СДР между различными банками.

    В условиях плавающих курсов валют, резко увеличивших валютные риски, СДР стали активно использоваться в международной торговле и международных кредитных отношениях в качестве базы для валютной оговорки, а также для выражения цены на товары, тарифов на услуги и номинала кредитов. Этой же цели в конечном итоге отвечает и обозначение в СДР номинала финансовых инструментов — акций, облигаций, депозитных сертификатов и т.д. В США использование СДР в частной сфере стало возможным в результате отмены 28 октября 1977 г. запрета на золотую и мультивалютную оговорки. Запрет был введен совместным решением Конгресса США 5 июня 1933 г.  Таким образом, золотая оговорка, СДР и другие международные расчетные и валютные единицы стали законными в США. Одним из доводов за отмену запрета оговорок было предложение об открытии гражданами США счетов в инвалюте в этой стране.

    В Советском Союзе применение СДР в международных экономических отношениях страны было санкционировано правительственным постановлением. В решении Совета Министров СССР № 1367 от 14 июля 1980 г. указывалось: «Принять предложение МФ СССР, ГБ СССР, МВТ СССР и ГКЭС СССР о применении: в случае необходимости в качестве защитной валютной оговорки в кредитных отношениях с зарубежными странами котировки единицы СДР (специальные права заимствования); в качестве технической счетной единицы в отдельных международных соглашениях и контрактах — единицы СДР». Этой проблемой занималась также Межведомственная комиссия при Госбанке СССР для разработки рекомендаций и мероприятий по обеспечению валютных интересов СССР (рабочее название — Комиссия по валютным курсам при ГБ СССР  КВК).

    В пункте 2 раздела VI «Об изменении состава валютной «корзины» СДР» Протокола № 9 КВК от 30 сентября 1980 г. содержалось нормативное указание компетентным министерствам и ведомствам: «отметить, что изменение состава валютной «корзины» СДР не противоречит принципиальной позиции Советского Союза относительно возможности применения котировок единицы СДР в качестве защитной валютной оговорки в кредитных соглашениях с зарубежными странами, а также в качестве технической счетной единицы в отдельных международных соглашениях и контрактах». КВК при Госбанке СССР была создана в 1980 г. решением Валютного комитета при Совете Министров СССР. В ее состав входили Председатель правления Госбанка СССР и Внешторгбанка СССР, заместитель председателя правления ГБ СССР, заместитель министра финансов, внешней торговли и заместитель председателя ГКЭС СССР. Возглавлял КВК председатель правления Госбанка СССР.

    Вынужденное использование СДР во внешнеэкономической сфере СССР в условиях неучастия нашей страны в МВФ и, следовательно, официального непризнания этого всеобщего эквивалента было следствием обострения кризиса мировой валютной системы в первой половине 70х годов, который сопровождался введением плавающих курсов валют западных стран. Валютный кризис затронул и советские внешнеэкономические отношения несмотря на их административный и централизованно-плановый характер. Плавающие валютные курсы породили неуверенность во внешней торговле в условиях вероятности их значительного изменения. Это приводило к тому, что заключение крупных сделок затягивалось, а в отдельных случаях откладывалось. Поскольку СССР осуществлял внешнеторговые расчеты с развитыми странами в свободно конвертируемых валютах, нестабильность их курсов оказывала неблагоприятное влияние и на его внешнюю торговлю. СССР был вынужден переключать закупки необходимых товаров с одних стран на другие, таким образом, некоторые западные экспортеры оказывались менее конкурентоспособны, чем ранее. Это переключение закупок было связано с тем, что некоторые фирмы отдельных западных стран в условиях плавающих валютных курсов и неуверенности относительно перспектив положения их национальных валют предлагали завышенные цены, стараясь тем самым застраховать себя от рисков неблагоприятного для них изменения курсов валют.

    В официальной сфере сдвиги в позиции СССР по отношению к СДР произошли на XII сессии рабочей группы по международным оборотным документам Комиссии ООН по международному торговому праву (ЮНСИТРАЛ), состоявшейся 4—12 января 1982 г. в штаб-квартире этой организации в Вене. Изменение советской позиции по отношению к СДР в 1982 г. было продиктовано здравым смыслом. Согласие использовать СДР в качестве счетной единицы в будущих международных конвенциях означало прорыв жесткой цепи догматических подходов и идеологизации международных экономических отношений, которыми была пронизана согласованная в апреле 1978 г. общая позиция восьми стран—членов СЭВ, включая СССР, по проблеме использования этого резервного актива в международных соглашениях с участием СССР.

    Что касается международной коммерческой сферы, решение Совета Министров СССР от 14 июля 1980 г., признав целесообразность применения СДР в качестве одного из вариантов защитной оговорки, значительно облегчило проблему страхования валютных рисков в международных торговых контрактах и кредитных соглашениях. До этого Главное валютное управление МВТ СССР внедряло в практику советских внешнеторговых объединений мультивалютную оговорку на базе «корзины» валют СДР без упоминания наименования этого резервного актива. Оговорка на базе СДР значительно упростила расчеты и облегчила проблему страхования валютных рисков. Партнеры по сделкам стали включать в текст оговорки условие применения стоимости 1 СДР по котировке, объявляемой Международным валютным фондом.

    В контрактах, включающих оговорку на базе СДР, сумма обязательства или объем выплат подлежит пересчету в зависимости от изменения курса валюты платежа к единице СДР. СССР стал активно применять СДР, где это было возможно, в качестве базы валютной оговорки в межгосударственных кредитных соглашениях. Преимущество такого способа страхования валютного риска и сохранения стоимости международного требования состояло в том, что курс 1 СДР, устанавливаемый МВФ, не мог быть подвергнут сомнению и непризнанию, что было особенно важно для практики международных кредитных соглашений, а также крупных контрактов на коммерческой основе на поставку машин и оборудования долгосрочного характера, заключаемых с развивающимися странами.

    Выполнение СДР денежных функций в мирохозяйственных связях является реализацией качественных характеристик этого резервного актива. Эти функции работают вне связи с количественным аспектом и проблемой новых выпусков СДР. Для применения СДР в международной коммерческой сфере они не нуждаются ни в рекламе, ни в принудительном внедрении. Участники международных торговых сделок и международных кредитных соглашений сами выбирают наиболее приемлемый способ снижения риска изменения курса валюты платежа. В условиях отсутствия всеобщего товарного эквивалента применение этого искусственного эквивалента тесно связано с общим состоянием международных экономических и международных валютно-финансовых отношений. Кризисные потрясения в валютной сфере увеличивают масштабы применения СДР для выражения номинала денежных требований и обязательств, применения в качестве базы оговорки в крупных краткосрочных и среднесрочных контрактах, и наоборот. В долгосрочных торговых контрактах и кредитных соглашениях применение СДР для этих целей является целесообразным и диктуется меньшей степенью предсказуемости положения национальных валют.

    Создание европейского экономического и валютного союза положило начало поляризации валютного мира вокруг ведущих валют — доллара, евро и йены, возрождению проектов трехполюсной валютной системы и «целевых валютных зон». В этих условиях развивающиеся страны выступили за упрочение СДР. В коммюнике совещания министров «Группы 24», состоявшегося в апреле 1998 года в Вашингтоне, содержался призыв «усилить роль СДР в мировой валютной системе для достижения большей стабильности, особенно ввиду перспективы возникновения поляризации вокруг трех главных валют». Стремление противостоять трехполюсной системе с помощью СДР обусловлено тем, что этот резервный актив воплощает в себе в большей степени международное регулирование. Настойчивая позиция развивающихся стран по превращению СДР в основной резервный актив системы служит наилучшим подтверждением преимуществ безусловного внешнего финансирования через их ассигнование над финансированием, точнее, кредитованием Фонда, осуществляемым на базе жестких условий.

    Критический анализ взглядов западных ученых, экономистов и финансистов

    Превращение СДР в основной резервный актив предусмотрено поправкой к учредительному соглашению МВФ. Более 20 лет прошло с момента вступления ее в силу, и эта важная уставная цель МВФ не была выполнена. Причина кроется в сущностных характеристиках этого резервного средства, его искусственной природе, отсутствии собственной стоимости. Мнения ученых, экономистов и финансистов мира по проблеме превращения СДР в главный резервный актив валютной системы неоднозначны. Это было продемонстрировано, в частности, в ходе специального семинара по проблеме будущего СДР, организованного МВФ 18—19 марта 1996 г. Семинар был проведен по запросу Временного комитета МВФ, который поручил провести широкий анализ роли и функций СДР в свете изменений в мировой валютной системе. В ходе дискуссий выявились диаметрально противоположные позиции по важным вопросам, тесно связанным с проблемой превращения СДР в основной резервный актив.

    В политическом плане проблема превращения СДР в главный резервный актив мировой валютной системы неотделима от проблемы институциональной независимости самого МВФ, выступающего эмитентом этих резервных и ликвидных активов. В свое время один из авторов проекта бреттон-вудсских институтов Д.М. Кейнс высказывал озабоченность по поводу решения сессии Совета управляющих МВФ разместить его штаб-квартиру в Вашингтоне. Он хотел, чтобы МВФ был технократическим институтом, по возможности свободным от политического влияния. Д.Кейнс наивно полагал, что местонахождение штаб-квартиры могло избавить Фонд от воздействия правительств ведущих государств, выделяющих бюджетные ассигнования для его деятельности.

    Анализ проблемы превращения СДР в основной резервный актив мировой валютной системы немыслим без рассмотрения целого круга важнейших вопросов, связанных с необходимостью этого резервного актива в современной системе, развитием его денежных функций и повышением привлекательности для частных финансовых рынков, воздействием на него европейского валютного союза, а также возможностью его превращения в основное кредитное средство МВФ.

    Создание резервного актива, эмитируемого МВФ, помимо решения количественного аспекта проблемы международной ликвидности, предполагало оздоровление и ее качественного аспекта — зависимости от платежного баланса стран — эмитентов резервных валют: в то время США, так как из валют развитых стран только доллар США и швейцарский франк имели статус свободно конвертируемой валюты. Оно было направлено на преодоление так называемой «дилеммы Триффина». В конце 50х годов Р.Триффин утверждал, что если США будут продолжать наращивать дефицит платежного баланса для удовлетворения растущих мировых потребностей в резервах, то их способность выполнять обязательства по конверсии долларов в золото по официальной цене будет подорвана. В то же самое время, если США устранят свои дефициты, остальные страны потеряют свои долларовые резервы, что может привести к мировой дефляции.

    Эволюция мировой валютной системы после создания СДР способствовала устранению причин, которые вызвали в свое время появление на свет этого резервного актива. В условиях постепенной либерализации операций по движению капиталов на позицию в отношении СДР стала оказывать влияние не предусмотренная в момент их создания экспансия кредитных рынков и увеличение международного движения частных капиталов. В силу этого развитые страны и ряд развивающихся государств получили возможность увеличивать свои резервы посредством заимствования на рынке капиталов или через приток иностранного капитала. Увеличение мобильности капиталов обеспечивало все большему количеству стран привилегию, которой ранее располагали лишь страны с резервными валютами. В свою очередь, росту этой мобильности способствовала широкая практика применения странами плавающих валютных курсов, обеспечивающих свободу национальной процентной политики. Тем самым началось изменение характера мировой валютной системы в направлении снижения ее асимметрии. Трансформация системы в менее асимметричную в отношении создания резервов была генерирована плавающими курсами и развитием рынка капиталов. Этот процесс набирает все большую силу, так как либерализация движения капиталов имеет поступательный характер и охватывает все новые страны.

    Некоторые ученые и экономисты считают, что причины и проблемы, обусловившие в свое время создание СДР, ныне утратили свою актуальность или остаются нерешенными. Так, Р.Соломон (Брукингский институт) считает, что проблема нехватки международной ликвидности, характерная для 60х годов, исчерпала себя и основной упор необходимо делать теперь на регулировании платежного баланса. По мнению бывшего президента Центрального банка Аргентины А.Диса, одним из недостатков соглашения о создании СДР было то, что в нем не была определена «долгосрочная глобальная потребность» в резервах и как она будет развиваться со временем. Р.Ромберг, бывший заместитель директора исследовательского департамента МВФ, полагает, что со времен создания СДР остаются нерешенными ряд проблем. Первая состоит в решении качественного аспекта. Хотя для повышения привлекательности СДР были приняты некоторые меры (определение стоимости, процентной ставки, правила владения и использования), они еще не интегрировались в систему резервов. Это связано с тем, что в проекте создания СДР для решения «дилеммы Триффина» упор был сделан на их роли дополнительного к существующим резервного актива (количественный аспект), а не на восстановление доверия к главной мировой резервной валюте через замещение ее посредством нового резервного актива (качественное упрочение). Проект «счета замещения» ограничился лишь рамками дискуссии и не получил широкой поддержки. Другая проблема заключается в том, что не была установлена связь между созданием СДР и помощью развитию.

    Экономист из университета Джона Гопкинса М.Корден утверждает, что в мире высокой мобильности капиталов и гибких валютных курсов оригинальная причина создания СДР — избежание глобальной дефляции — больше не существует, так как страны могут заимствовать на рынках капиталов средства для пополнения резервов, а плавающие курсы изолируют страны от мировой дефляции. В то же время М.Корден считает, что эмиссия СДР в настоящее время не может быть инфляционной, поскольку страны смогут всегда защитить себя от мировой инфляции принятием контрмер, вызывающих повышение курсов их валют. Кредитование МВФ должно быть условным и должно быть расширено как путем новых эмиссий для распределения между странами, так и ассигнования этого резервного актива непосредственно Фонду, а не странам.

    Позиция Р.Соломона о затухании проблемы международной ликвидности и переносе центра тяжести современных акцентов на проблему регулирования платежного баланса представляет интерес лишь с точки зрения самой постановки вопроса. Нельзя отрицать факта не предвиденного во время создания СДР развития международной ликвидности в направлении образования резервов через последовавшее в 80—90е годы развитие рынков капиталов и насыщение денежно-кредитных систем стран резервными активами. Произошло усиление количественного аспекта международной ликвидности. В противоположность «дилемме Триффина» дилемма Соломона: проблемы мировой ликвидности нет, но необходимо бороться с дефицитами платежных балансов посредством их регулирования, игнорирует тот факт, что устранение дефицита платежного баланса США и других резервных центров будет вести к глобальной дефляции. Хотя это гипотетически трудно реализуемо на практике, тем не менее при развитии процесса в этом направлении мировая дефляция, порождаемая возвратом евровалют под юрисдикцию стран-эмитентов, вновь неизбежно создавала бы проблему международной ликвидности в плане обострения ее количественного аспекта.

    Утверждения в этой связи М.Кордена справедливы в том, что теперь нет проблемы избежания глобальной дефляции, ставшей первоначальной причиной появления на свет СДР. Страны могут пополнять свои резервы через заимствование на рынках капиталов и не стремиться иметь актив по текущему счету, который служит основным источником собственных международных ликвидных средств. Однако утверждения М.Кордена верны лишь отчасти. Исходя из его позиции, странам незачем регулировать платежные балансы, добиваться их актива, если необходимые резервы можно обеспечить через позаимствование на международных кредитных рынках. Эта версия действительна лишь для той части стран, которые имеют доступ к заемным, причем более дорогим, ресурсам международных кредитных рынков. Однако среди важных факторов, обеспечивающих этот доступ, выступает состояние платежного баланса страны-заемщика. Хронический его пассив при прочих равных условиях подрывает кредите и платежеспособность такой страны и ведет к ослаблению ее позиций на международных кредитных рынках, ухудшению для нее условий заимствования. В современных условиях лишь небольшая группа стран способна пользоваться услугами международных кредитных рынков для пополнения валютных резервов при наличии существенных дефицитов своих платежных балансов. Подавляющее же большинство стран — членов МВФ не располагает такой возможностью, поскольку у них при наличии дефицита платежного баланса нет других факторов, обеспечивающих высокий уровень международной кредито и платежеспособности. Кроме того, для многих стран доступ на международные рынки частных капиталов вообще закрыт, и для них рамки межгосударственного официального финансирования по каналам МВФ и других международных валютно-финансовых организаций являются решающим источником внешних ресурсов. Важно отметить, что если Р.Соломон усматривает необходимость регулирования платежных балансов, то М.Корден считает дефициты платежных балансов допустимым явлением, поскольку они могут быть профинансированы через позаимствования на международных кредитных рынках.

    Утверждения М.Кордена, что эмиссия СДР в современных условиях не может быть инфляционной, и призыв к расширению кредитной деятельности МВФ, в том числе, за счет выпуска СДР ему, а не странам представляют интерес как с экономической, так и политической точек зрения. Разумеется, дополнительный выпуск СДР даже в существенных размерах в современных условиях не оказал бы решающего влияния на структуру международной ликвидности, поскольку основной ее объем находится не в официальной, а частной сфере практически вне контроля ни МВФ, ни центральных банков, ни других правительственных валютно-финансовых учреждений в странах, практикующих свободную обратимость своих валют. Однако поскольку эмиссия СДР не сопровождается внесением в МВФ какого-либо эквивалента, ее инфляционный характер очевиден и является аксиомой. Выпуск же их только для МВФ, а не странам, несомненно усилил бы его кредитные возможности, но не изменил бы инфляционного характера эмиссии, поскольку в системе СДР конечным эмитентом резервных средств, пользующихся спросом у международных продавцов и кредиторов, выступают национальные банки ведущих стран.

    Центральные банки, получая СДР на свои счета в департаменте СДР, эмитируют национальные валюты под обеспечение этого резервного актива, ассигнованного без внесения какого либо эквивалента. Предложение М.Кордена эмитировать СДР в пользу самого МВФ, усиливая позиции Фонда, ущемляет вместе с тем интересы стран — его участников, доступ которых на международные рынки капиталов затруднен. Они вынужденно становятся объектом регулирования в интересах более сильных стран, участвующих в Фонде. В противном случае — при выпуске СДР странам и их распределении в рамках департамента СДР — они получают возможность пополнения своей ликвидности без каких-либо условий. Однако во всех вариантах эмиссия СДР — будь то в пользу самого МВФ, или для распределения между странами пропорционально квотам, или специально на цели финансирования экономического развития развивающихся государств — означает адекватный инфляционный нажим на мировое хозяйство и его валютную систему.

    В превращении СДР в основной резервный актив мировой валютной системы заинтересованы страны, которые в системе СДР выступают в роли «заемщиков». Обменивая СДР на валюты в сделках «по соглашению» или «по назначению», они получают для себя внешние официальные финансовые ресурсы, стоимость которых ниже рыночной. Естественно, в СДР целиком заинтересованы и те страны, которые не имеют доступа на рынки капиталов. К странам, которые должны приветствовать превращение СДР в основной резервный актив мировой валютной системы, можно отнести также Россию и другие страны с переходной экономикой.

    Для решения своих внутренних финансовых проблем Российская Федерация предпринимает большие усилия для самоутверждения на внешних частных рынках капитала и вынуждена платить высокие проценты по облигационным внешним займам вместо того, чтобы, имея значительный объем СДР, использовать его на те же цели. Так, ставка по СДР была установлена с 3 февраля 1997 г. в размере 3,92% годовых, в то время как доходность по размещенным на Западе еврооблигациям третьего выпуска на сумму 2 млрд. долл., и номинированным в долларах составляла более 10%. При этом 53% третьего транша было размешено в США, 24% — в Азии, а остальная часть — в Европе, в том числе во Франции, инвесторы которой впервые приобрели еврооблигации РФ. Объем и срок обращения (10 лет) третьего выпуска российских еврооблигаций были наибольшие с момента выхода правительства РФ на мировые финансовые рынки в октябре 1996 г. Первый выпуск был осуществлен на сумму 1 млрд. долл., сроком на 5 лет при доходности 9,25% годовых, второй — в марте 1997 г. объемом 2 млрд. германских марок сроком 7 лет при доходности 9% годовых.

    Ради восстановления доверия иностранных частных инвесторов и повышения доверия к своим ценным бумагам России пришлось согласиться выплатить в течение четырех лет царские долги на сумму 400 млн долл. Эти обязательства были за фиксированны в «Меморандуме о взаимопонимании между правительством РФ и Франции об окончательном урегулировании взаимных претензий между Россией и Францией, возникших до 9 мая 1945 года», подписанном в ноябре 1996 г. Первый взнос предполагалось сделать в 1998 г. Однако он был осуществлен с опережением графика в июне 1997 г. в размере 50 млн. долл., в связи с планами Министерства финансов РФ разместить впервые с 1917 г. на французском рынке новый заем. Непосредственным следствием этого шага явилось разрешение правительства Франции размещать на ее рынках ценные бумаги РФ. Министерство финансов РФ сразу же воспользовалось этим правом для размещения третьего транша Российских евробондов. Таким образом, для России, как и для многих других стран, нуждающихся во внешних заемных ресурсах, проблема эмиссии СДР имеет большое практическое значение.

    Выпуск и аннулирование СДР регламентированы уставом МВФ. В соответствии с разд. 1 ст. XV, «Фонд уполномочен проводить распределение СДР между государствами — членами... для удовлетворения потребности в пополнении существующих резервных активов по мере ее возникновения». Однако в ст. XVIII «Распределение и аннулирование специальных прав заимствования» речь уже идет не просто о пополнении существующих резервных активов, а об удовлетворении долгосрочной глобальной потребности в этом пополнении. «Во всех своих решениях относительно распределения и аннулирования специальных прав заимствования, — говорится в разд. 1 «Принципы и соображения, регламентирующие распределение и аннулирование специальных прав заимствования» этой статьи, — Фонд добивается удовлетворения долгосрочной глобальной потребности в пополнении существующих резервных активов, по мере ее возникновения, в порядке, способствующем достижению целей Фонда и позволяющем избежать как экономического застоя и дефляции, так и избыточного спроса и инфляции в мировом масштабе».

    Распределение и аннулирование СДР предусматривается уставом на последовательные базовые периоды продолжительностью в пять лет. Любое распределение или аннулирование должно происходить с годичной периодичностью. При этом распределение СДР странам осуществляется пропорционально их квотам в МВФ, а аннулирование — пропорционально чистым кумулятивным суммам СДР, полученным при эмиссиях. Фонд может изменять продолжительность базового периода, периодичность и долевой принцип распределения и аннулирования СДР. Все решения по вопросам продолжительности базового периода, принципов распределения и аннулирования должны приниматься Советом управляющих большинством 85% голосов.

    Цель превращения СДР в основной резервный актив закреплена в разделе 7 «Обязательство сотрудничать в области политики по отношению к резервным активам» ст. VIII. В нем говорится, что «каждое государство-член принимает обязательство сотрудничать с Фондом и другими государствами-членами в целях обеспечения того, что политика такого государства члена по отношению к резервным активам не противоречит задачам совершенствования международного надзора за состоянием международной ликвидности и превращения специальных прав заимствования в основной резервный актив мировой валютной системы».

    Декларированная в ст. VIII устава цель превращения СДР в основной резервный актив мировой валютной системы может быть реализована через положения раздела 1 ст. XV и разделов 1, 2 ст. XVIII. Большинство в 85% голосов предусмотрено для принятия решений Советом управляющих по разделам 2, 3 ст. XVIII, в которых говорится о распределении и аннулировании СДР на последовательные базовые периоды, их периодичности и долевом принципе. Каковы же полномочия самого МВФ в отношении эмиссии СДР? Принятие решений Советом управляющих большинством 85% по разделу 1 ст. XV и разделом 1 ст. XVIII не предусмотрено. Однако проблема заключается в том, что для принятия Директоратом МВФ решения об «уставной» эмиссии СДР необходимо четкое определение «потребности в пополнении существующих резервных активов», а также наличие долгосрочной глобальной потребности в их пополнении, причем порядок пополнения глобальной потребности должен способствовать достижению целей Фонда, включая цель превращения СДР в основной резервный актив системы и должен обеспечивать в мировом масштабе, с одной стороны, избежание экономического застоя и дефляции, а, с другой, избыточного спроса и инфляции. Устав МВФ ничего не говорит о том, как определить, есть ли потребность в пополнении существующих резервных активов и наличие долгосрочной глобальной потребности в пополнении их. Заключение об этом делает Директорат МВФ, и оно невозможно без согласия директоров, представляющих развитые страны.

    Тупиковая ситуация, в которой оказался вопрос эмиссии СДР в 80—90е годы, была следствием отсутствия консенсуса о том, как интерпретировать критерий для их уставного выпуска — удовлетворение долгосрочных глобальных потребностей в пополнении существующих резервных активов. Понятие «глобальная потребность» вовсе не означает при этом, что все страны нуждаются одновременно в пополнении своих резервов. Замысел создания СДР предполагал, что развитие мировой экономики, функционирование мировой валютной системы и процесс регулирования платежных балансов будут лучше, если другие источники роста резервов будут дополняться ассигнованиями СДР. Понятие «долгосрочная» (потребность) означало, что ассигнования СДР не будут иметь целью соответствовать или сглаживать циклические колебания в мировом хозяйстве.

    Архитекторы системы СДР ожидали, что спрос на резервы будет со временем расти и будет осуществляться периодическая оценка его для удовлетворения части этого спроса через эмиссию СДР. Несмотря на то, что та мировая валютная система, для которой СДР были созданы, потерпела крушение и больше не существует, как противники, так и защитники эмиссии СДР сходятся во мнении, что мировая экономика испытывает растущую потребность в международных резервах и что спрос на них может резко увеличиваться в связи с ростом мирового производства и торговли. Это само по себе не является достаточным основанием для пополнения резервов через эмиссию СДР. Тем не менее их выпуск является желательным, поскольку СДР качественно выше других резервных средств и их получение, хранение не вызывает издержек.

    Поскольку СДР являются собственными резервами, их выпуск способствует постоянному дополнению общего объема международных резервов. Они обеспечивают большую стабильность в системе, так как, в отличие от заемных резервов, они не нуждаются в периодическом финансировании для их покупки и не подвержены неожиданному изъятию. Для большинства стран, за исключением ведущих индустриальных держав, издержки по формированию резервов через позаимствование или обеспечение актива по текущим операциям являются значительными. У России, например, они обычно в 2,5 раза превышают процентную ставку, взимаемую по СДР. Уровень этих издержек зависит от величины «спрэда» по заемным ресурсам, а величина последнего — от рейтинга страны заемщика на международных кредитных рынках. Кроме того, издержки повышаются по мере роста спроса на резервы. Для ряда развивающихся стран стоимость привлечения иностранного капитала для пополнения резервов увеличивается на величину издержек по их хранению. Напротив, издержки по созданию резервов через эмиссию СДР минимальны.

    Противники выпуска СДР опасаются, что он позволит одним странам увеличить абсорбцию товаров и услуг за счет других стран. Однако опыт показал, что страны, которые использовали все свои СДР, имеют других резервов в большем объеме, чем сумма использованных СДР. Следовательно, незначительная эмиссия не будет финансировать негарантированный спрос на товары и услуги. Главной проблемой является то, что в отсутствие эмиссии страны, несущие высокие издержки по резервам, вынуждены, соответственно, сокращать использование своих реальных ресурсов для удовлетворения своих растущих потребностей в резервах.

    Различие мнений в отношении эмиссии СДР имеет мало общего с критерием долгосрочной глобальной потребности. Они касаются возможного расширения глобальных выгод от эмиссии. Препятствие к эмиссии СДР исходит главным образом от индустриальных стран, которые имеют низкие издержки по формированию резервов и получают мало выгод от эмиссии СДР особенно потому, что доходность по ним меньше, чем по другим резервным активам. С другой стороны, главными сторонниками СДР выступают страны, которые несут высокие издержки по формированию валютных резервов и имеют постоянно дебетовую позицию в департаменте СДР.

    Решение проблемы дальнейших выпусков СДР невозможно без устранения двусмысленности ряда уставных положений. Из двух эмиссий 1970—1981 гг. лишь вторая была связана с текущей глобальной экономической ситуацией. Страны приступили ко второй эмиссии (1979—1981 гг.) несмотря на то, что первоначальная причина их создания прекратила существовать вместе с крахом Бреттон-Вудсской системы и появлением международных рынков капиталов. В то время, как и сейчас, значительная часть стран — членов МВФ возражала против создания безусловной ликвидности по тем же самым причинам, которые выдвигают современные противники. Вместе с тем несмотря на фундаментальные перемены в мировом хозяйстве во времена принятия II-ой поправки в уставе было предусмотрено расширение роли СДР и превращение их в основной резервный актив мировой валютной системы.

    В отношении эмиссии СДР в соответствии с уставом ученые, экономисты и финансисты мира высказывают неоднозначные мнения. На семинаре МВФ, посвященном проблеме будущего этого резервного актива (март 1996 г.), министр финансов Индии М.Сингх Алувалия аргументировал необходимость эмиссии СДР проблемой доступа для большинства стран на рынки и высокими издержками по привлечению заемных ресурсов на цели пополнения резервов. Кроме того, по его мнению, проблемы, вытекающие из неточного понимания кредитоспособности развивающихся стран инвесторами, и их «стадное» поведение способны лишать их этого доступа. В этих условиях, считает М.Сингх Алувалия, периодические общие эмиссии СДР являются необходимыми, особенно при незначительном уровне инфляционного давления в мировом хозяйстве.

    Президент Кильского института мировой экономики (ФРГ) Х.Зиберт, напротив, не убежден в глобальной потребности в дополнительных резервах. Он полагает, что росту мировой торговли за несколько прошедших десятилетий не мешали ограничения эмиссии СДР и поэтому экспансия этих резервных активов не нужна для оказания помощи в росте мировой торговли. При отсутствии количественного критерия оценки необходимого объема СДР в качестве дополнения к существующей ликвидности экономическая потребность в их эмиссии незначительна. Создание безусловной ликвидности, считает Х.Зиберт, будет дестимулировать страны осуществлять регулирование и структурные реформы. В отличие от Бреттон-Вудсской системы, в настоящее время нет нехватки ликвидности. Страны могут формировать ликвидные ресурсы, хотя и с некоторым издержками, путем достижения актива по текущему счету или дефицита по счету движения капиталов или же центральные банки могут приобретать валюту путем продажи ценных бумаг. Х.Зиберт, таким образом, не видит у СДР будущего. Он утверждает, что «Международному валютному фонду можно хорошо посоветовать не связывать свою легитимность с расширением объема СДР. Лучше было бы сконцентрироваться на проблеме предотвращения распространения по миру национальных финансовых кризисов и помощи странам в их доступе на финансовые рынки».

    Экономист вашингтонского Института мировой экономики Дж.Вильямсон считает, что с крушением Бреттон-Вудсской системы и переходом к плавающим курсам больше нет опасности «системной» нестабильности, и, чтобы иметь будущее, СДР должны быть освобождены от критерия глобальной потребности, который больше не нужен. Хотя эмиссия СДР будет инфляционной и будет вести к переводу ресурсов из развитых в развивающиеся страны, это, по мнению Дж.Вильямсона, не является аргументом против их выпуска. Он не считает, что СДР обречены, и выдвинул несколько сценариев достижения соглашения об их эмиссии. Один из них предусматривает возможность, когда страны — резервные центры будут усматривать достоинства в использовании СДР в качестве условной ликвидности. Это позволит Фонду «развить инновационную роль кредитора в последней инстанции по отношению к банковским системам стран, установивших границы валютных курсов или зафиксировавших курсы своих валют предпочтительно к СДР, нежели к национальной валюте».

    Представитель от Нидерландов и ряда других стран в Директорате МВФ Ж.Де Бофор Вижнхоулдс и директор Исследовательского департамента Фонда М.Мусса высказались за желательность наличия СДР в мировой валютной системе. Считая убедительным аргумент, что эмиссия СДР является более эффективным путем, с точки зрения издержек, удовлетворения потребностей в резервах, Вижнхоулдс однако оспаривает утверждение о наличии глобальной нехватки резервов и считает, что персонал МВФ склонен к переоценке потребности в резервах. Отмечая растущую либерализацию в индустриальных и развивающихся странах, он не видит признаков обращения стран к рестриктивным мерам для компенсации нехватки резервов. Ряд центральных банков аккумулировали избыточные резервы через интервенции на валютных рынках и выступают фактически инвестиционными фондами своих правительств. В будущем, по мнению Вижнхоулдса, потребность в мировых резервах может снизиться вследствие появления европейского валютного союза, так как Европейский центральный банк будет располагать резервами в значительно меньшем объеме, нежели современные совокупные резервы центральных банков стран этой группировки.

    Проблема уставного выпуска СДР упирается в достижение консенсуса в рамках Директората МВФ о наличии глобальной потребности в резервах. Критерии ее установления в уставе не определены. Исходя из действующего принципа определения нехватки международной ликвидности, современное развитие рынков капиталов вследствие устранения валютных ограничений способствует насыщению мирохозяйственных связей резервными активами. Возникая в качестве остатков в евровалютах на корреспондентских счетах коммерческих банков, международные ликвидные средства попадают в официальную сферу — на счета центральных банков. В одних случаях это происходит вследствие интервенции центральных банков на валютных рынках, в других — центральные банки получают их путем заимствования. Таким образом, международная частнобанковская валютная система выступает источником ликвидных активов для мировой валютной системы. Высокие издержки формирования резервов через кредитные рынки выступают для многих стран веским аргументом в пользу создания резервов через эмиссию СДР.

    Утверждения о возможности стран формировать свои резервы через механизм кредитования игнорируют то, что такой путь вынуждает их жестко следить за составлением своего платежного баланса и не допускать его дефицита. Стремление иметь актив платежного баланса ведет к принятию мер валютно-финансового характера по форсированию экспорта и ограничению импорта, стимулированию притока иностранных капиталов и ограничению утечки национальных капиталов. Такая внешнеэкономическая и валютно-финансовая политика не созвучна, однако, с целями МВФ и принципами ВТО. Поэтому решение проблемы формирования валютных резервов через эмиссию СДР, а не через международные кредитные рынки, имеет элемент рациональности.

    Поскольку международные кредиты частных банков отражаются в платежных балансах стран и, соответственно, на курсах их валют, снабжение частнобанковской системой резервными активами официальной сферы через международные кредитные отношения предполагает генерирование ряда проблем в мировом хозяйстве. Важную проблему составляет увеличение количества стран — резервных центров, что повышает степень симметричности мировой валютной системы. Дело в том, что развитие резервной функции национальной валюты не может быть форсировано и осуществляться по принуждению. При наличии прочих факторов, действующих в этом направлении, необходимо еще признание участников мирохозяйственных связей и их стремление пользоваться данной валютой в своих сделках. Поэтому несмотря на либерализацию движения капиталов, способствующую развитию резервной функции национальных валют, круг международных резервных валют не претерпевает стремительного расширения. В силу этого обстоятельства резервные функции выполняют в разной степени, главным образом, валюты стран-членов ОЭСР. Роль этих стран в качестве резервных центров не может иметь неограниченного характера. «Дилемма Триффина» в отношении резервной функции доллара при бреттон-вудсской системе трансформировалась в ямайском порядке в аналогичную дилемму для валют всех развитых стран — резервных центров.

    В ямайской валютной системе также существует проблема ограниченности создания резервов через международные кредитные отношения. Пополнение мирохозяйственных связей резервными активами возможно лишь при наличии дефицита платежного баланса стран ОЭСР. В то же время дефицит платежного баланса выступает важным курсообразующим фактором. Хронический дефицит платежного баланса может позволить себе лишь узкий круг развитых стран, у которых он не сопровождается адекватной эрозией резервной и других мировых денежных функций национальной валюты. Поэтому снабжение резервными активами через международные кредитные рынки, вопреки утверждениям видных ученых и экономистов, не устраняет проблем в сфере формирования международной ликвидности. Ослабляя эту проблему в количественном аспекте, оно не исключает возникновения в международных кредитных отношениях кризисных ситуаций, которые не могут не отражаться и на международных валютных отношениях, и на мирохозяйственных связях, и на мировой экономике в целом.

    В этой связи представляет интерес предложение Дж.Вильямсона реанимировать СДР путем введения системы фиксации курсов валют по отношению к этому резервному активу и эмиссии СДР непосредственно Фонду, а не странам. Привязка валют к единице СДР не создает, однако, основы для развития резервной функции этого актива, поскольку поддержание рыночных границ курса валюты может осуществляться посредством интервенции не в СДР, а в валютах стран, и прежде всего в долларах США. Эмиссия СДР в пользу самого Фонда, а не странам, способствовала бы некоторому смягчению проблемы регулярного увеличения квот и, соответственно, давления на бюджетные системы прежде всего стран — резервных центров. Однако такая эмиссия усилила бы возможности регулирующего воздействия МВФ на экономику стран, вынужденных обращаться к нему за финансовой помощью. Выпуск СДР Фонду вместо распределения их странам был бы равнозначен адекватному лишению возможности доступа к безусловным ликвидным активам через департамент СДР.

    Возможности упрочения роли СДР в мультивалютной системе

    СДР были созданы в условиях функционирования золотодолларового стандарта в Бреттон-Вудсской системе. В соответствии со 2-ой поправкой они должны превращаться в «основной резервный актив мировой валютной системы». Поскольку такой трансформации не происходит, система развивается по линии создания множественности резервных активов, в которой господствуют доллар США, евро и японская йена. СДР оказались неконкурентоспособны по сравнению с этими ведущими валютами в роли резервного актива. Они лишь отчасти являются деньгами. В 1999 г. лишь четыре страны практиковали привязку своих валют к единице СДР. В качестве счетной единицы СДР выступают только для МВФ и ряда других международных и региональных организаций. Вне официальной сферы они выступают в этой роли весьма в ограниченных масштабах, и рынок частных СДР не получил широкого развития.

    Мировые валютно-финансовые отношения конца 60х годов, когда были созданы СДР, отличались большей, чем ныне, стабильностью валютных курсов, недостатком инновационных финансовых инструментов и возможностью глобальной нехватки ликвидности. СДР были нацелены на обеспечение дополнительной ликвидности и сокращения зависимости валютной системы от золота и доллара. Вскоре после создания СДР система, однако, подверглась ряду структурных изменений, включая отмену обратимости доллара в золото, переход к плавающим валютным курсам и переходу от ситуации долларовой нехватки к пресыщению долларовой ликвидностью вследствие структурных неравновесий платежного баланса США. После завершения в 1972 г. первой части эмиссии СДР стало ясно, что их дальнейшие выпуски для удовлетворения ожидавшейся ранее нехватки резервных активов не потребуются. Переход к плавающим валютным курсам в 1973 г. снизил спрос на официальные резервы, который стал покрываться за счет долларов и приватизации мировой валютной системы. Будучи официальным резервным и платежным средством, не связанным с «частной» СДР, специальные права заимствования не получают выгод от приватизации мировой валютной системы. Развитие спроса на частную единицу СДР тормозится отсутствием клирингового механизма по сделкам в СДР в частной сфере. Частная единица СДР была отодвинута на задний план появлением более сложных финансовых инструментов — деривативов.

    Современная мультивалютная система возникла из долгосрочного снижения роли доллара и усиления этой роли у других валют, развития их резервной функции. Однако данные об эволюции доли ведущих валют в мирохозяйственных связях в 1980—1998 гг. свидетельствуют о том, что доллар не будет полностью заменен какой-либо другой валютой ни в краткосрочном, ни в среднесрочном плане. СДР будут продолжать конкурировать с тремя главными валютами мира — долларом, евро и йеной. В конкуренции с другими резервными активами СДР испытывают на себе два серьезных недостатка. Первый связан с политическим недоверием: страны, чьи валюты формируют «корзину» СДР, вышли за рамки неинституционализированной «Группы 5». При этом даже в рамках этой неоформленной группировки отсутствует полное валютное единство и доверие. Достаточно упомянуть противоположность позиций США, с одной стороны, и Германии, Франции и Японии, с другой, по проблеме «целевых зон», которая обозначилась после совещания министров финансов стран ЕС и Ассоциации стран Юго-Восточной Азии, а также Китая, Южной Кореи и Японии (Франкфурт, январь 1999 г.).

    Вторым недостатком СДР является ее производная стоимость от «корзины» четырех валют, которая не позволяет в условиях стремительных финансовых потоков конкурировать единице СДР с этими валютами при выполнении мировых денежных функций. В современной конкуренции валют единица СДР не может выступать лидером в силу отсутствия ее прямой связи с товарами и невозможностью выполнять функцию меры стоимость адекватно валютам. Она не может также удовлетворять следующим важным ключевым правилам. Первое состоит в том, что официальное использование валюты не может успешно развиваться, если оно не подкрепляется развитием ее применения в частной сфере. Такое использование наталкивается на своеобразный порог. Второе правило заключается в том, что применение любой валюты в финансовой сфере может выходить за пределы определенных границ, если оно также не подкрепляется ее использованием в коммерческих сделках.

    Профессор Парижского университета К. де Буасье считает, что привлекательность СДР может быть усилена созданием клирингового механизма для операций с деноминированными в ней инструментами или посредством введения «прочной» СДР. Однако эффект от такого усовершенствования будет ограничен, так как недостатки, по его мнению, носят в большей мере политический, нежели технический характер. Пока СДР продолжают оставаться официальной валютой и не опираются на соответствующий центральный банк, валютную политику или «кредитора в последней инстанции», они будут претерпевать большие трудности в приобретении доверия и рыночных свойств.

    В отличие от К. де Буасье, экономист М.Уцуми из Кейоского университета предусматривает возможность расширения роли СДР в мультивалютной системе. Выход из мексиканского финансового кризиса показал постоянную потребность стран иметь резервы. СДР могут использоваться валютными органами как средство диверсификации своих резервов и уменьшения риска внезапных портфельных изменений. Через гибкое управление эмиссией и аннулированием СДР глобальная ликвидность может быть сохранена под контролем.

    Экономист Школы управления им. Джона Ф.Кеннеди при Гарвардском университете К.Домингес считает, что из потенциальных проблемных сфер, для которых СДР были созданы — нехватка глобальной ликвидности и сверх опора на золото и доллар США, все еще имеет место только риск доминирования доллара как резервного средства. СДР могут выполнять роль резервного актива, если США захотят облегчить давление на доллар в функции резервного средства. Однако при отсутствии клирингового механизма для СДР движение СДР в частную сферу потребует создания счетов замещения или других подобных инструментов.

    Согласно П. де Грова из Лёвенского католического университета, шансы СДР на более широкое признание весьма затруднены «коллективной хорошей природой денег». Она состоит в том, что польза денег для человека заключается в использовании другим человеком их, а не их внутренние качества. «Новый пришелец», даже если это технически более лучшие деньги, будет с трудом искать себе нишу, как это было с ЭКЮ. Единственным путем для единицы СДР, даже в случае ее технического усовершенствования, преодолеть «коллективную хорошую природу денег», по словам П. де Грова, должно стать «коллективное политическое действие».

    Экономист А. Край стел из лондонской Сити Юниверсити Бизнес Скул утверждает, что первоначальные ожидания относительно СДР не осуществились. Авторы, основатели этого резервного средства, надеялись, что будучи созданными для решения проблемы растущих внешних долларовых пассивов, они в качестве наднационального резервного актива, возможно, заменят доллар как главную мировую резервную валюту. Однако в свете современных мировых мобильных потоков капитала и растущей финансовой либерализации эти ожидания не оправдались. Если бы СДР создавались в современных условиях, то, как полагает А.Крайстел, они не были бы введены. Тем не менее, он полагает, что СДР все-таки играют небольшую, но полезную роль в межправительственных сделках и они должны быть оставлены. Но это не та «грандиозная» роль, для которой они были созданы. А.Крайстел предлагает привести СДР в соответствие с реалиями: изменить устав МВФ с тем, чтобы он отражал их функцию как нейтрального эквивалента для Фонда, а также удобного средства расчетов для официального сектора.

    По мнению экономиста Нью-йоркского университета Х.Вольфа, СДР успешно выполняли в 1985—1994 гг. роль счетной единицы, но не получили развития как «резервная корзина». Чтобы улучшить «корзину» как счетную единицу, необходимо изменение в ней удельных весов. Однако их изменение ухудшит СДР как «резервную корзину», и наоборот, полагает X. Вольф.

    Негативные оценки роли СДР в современной мировой валютной системе тесно связаны с искусственной природой этого резервного средства и необеспеченным характером эмиссии. Важным фактором выступает также отсутствие политической воли и стремления обеспечить развитие денежных функций СДР. В отличие от СДР, более широкое применение ЭКЮ было в значительной степени обусловлено обеспечением ее эмиссии частью золотодолларовых резервов стран. Отрыв СДР от золота в 1974—1978 гг. и демонетизация золота в мировой валютной системе не сопровождались поступательным развитием мировых денежных функций этого резервного актива.

    С другой стороны, в этом не заинтересованы США и другие страны, чьи валюты выполняют резервную функцию. Эта функция обеспечивает весьма важные материальные выгоды. Страны получают возможность бесплатно финансировать свои дефициты, а внешние пассивы в долларах США и других валютах означают не что иное как бессрочный беспроцентный кредит экономике соответствующего резервного центра. Для упрочения денежных функций СДР и превращения их в независимый резервный актив можно было бы задействовать золотой запас МВФ посредством введения конверсии СДР в золото по твердой цене, устанавливаемой Советом управляющих МВФ. Впоследствии мировое финансовое сообщество могло бы перейти к активизации золотых резервов стран путем предоставления им возможности получать, а Фонду — эмитировать СДР в обмен на золото.

    Потенциал СДР в создании безусловной и условной ликвидности

    Источниками безусловной ликвидности выступают актив баланса текущих операций, привлечение иностранного капитала, заимствование на внешних рынках и, наконец, эмиссия СДР в пользу стран. В создании безусловной ликвидности по линии распределения СДР заинтересованы страны — заемщики Фонда. Это прежде всего развивающиеся страны и страны с переходной экономикой. Однако следует признать, что при современных критериях оценки нехватки международных ликвидных средств потенциал СДР в создании безусловной ликвидности близок к нулю. Это связано с тем, что первоначальные цели эмиссии СДР в результате коренных изменений в мировой валютной системе, происшедших с 60х годов, оказались устаревшими. При заметном росте международной ликвидности в последующие десятилетия проблема глобальной нехватки резервов утрачивала свою остроту и становилась неактуальной. Кредитоспособные страны могут удовлетворять свои дополнительные потребности в резервах через позаимствования с низкими издержками на международных рынках. Большинство развивающихся стран и стран с переходной экономикой в силу отсутствия доступа на эти рынки безусловных ресурсов или высоких издержек вынуждены формировать свои резервы по линии получения условных кредитов от МВФ.

    Превращение СДР в основной резервный актив, предусмотренное в уставе, невозможно без изменения функций МВФ и придания ему полномочий по контролю над процессом формирования официальных резервов и других источников международной ликвидности. Для этого необходимо также, чтобы СДР использовались широко не только в резервной функции. Однако все это предполагает изменение статуса МВФ до уровня мирового центрального банка, уполномоченного эмитировать безусловные резервные активы, что равнозначно фундаментальным переменам в мировой валютной системе. Как показывает исторический опыт, это возможно лишь на региональном уровне. В современном мире существует несколько объединений стран, имеющих общий центральный банк, эмитирующий общую для группировки денежную единицу. Это экономический и валютный союз в ЕС с Европейским центральным банком, эмитирующим евро, Западно Африканский валютный союз с Центральным банком государств Западной Африки, Валютный союз Центральной Африки с Банком государств Центральной Африки, эмитирующими франки КФА, Восточно-Карибское сообщество с Восточно Карибским центральным банком, выпускающим восточно-карибский доллар.

    Эти группировки сочетают в себе две сущностные особенности — интеграционную и обособленческую. Ограждая себя таможенными и другими барьерами от внешнего экономического мира, они обеспечивают развитие производства предприятий-резидентов и охраняют его от демпингового воздействия извне. В силу этих особенностей интеграционный опыт создания европейского экономического и валютного союза с последующей эволюцией в европейские соединенные штаты или опыт других валютных союзов не может быть экстраполирован на мировой уровень. Он вряд ли бы был возможным, реальным и целесообразным. Такие утопические идеи были свойственны коммунистической концепции мировой революции, которой несомненно потребовался бы мировой центральный банк для осуществления эмиссии и организации мирового денежного обращения. Однако в рамках этой концепции мировой центральных банк должен был быть историческим явлением, поскольку предусматривалось отмирание денежных отношений. Для реализации коммунистического принципа распределения материальных благ «от каждого по способности, каждому по потребности» необходим был лишь учет произведенных стоимостей трудом, ставшим у каждого члена коммунистического общества первой жизненной потребностью, и мощная система их распределения каждому не по его труду, как при социализме, а по потребностям.

    Придание Фонду функции поставщика безусловной ликвидности в виде СДР для нуждающихся стран характерно для позиции целого ряда экономистов, отражающей их интересы. Так, заместитель управляющего Банка Мексики А.Буира считает, что, несмотря на развитие рынков капитала «превалирующие механизмы» по созданию и распределению международной ликвидности находятся в системе, которая является экономически не эффективной, а также несправедливой. Эта система, по его мнению, имеет ряд недостатков. Первый заключается в асимметрии доступа к международной ликвидности и несправедливом распределении выгод от ее создания: господствующие привилегии от этого имеют страны с резервными валютами. Второй недостаток — недофинансирование большей части программ регулирования в развивающихся странах. Третьим является дефляционное влияние в мировой экономике из-за неадекватного доступа к международной ликвидности и, наконец, четвертый недостаток связан с летучестью потоков краткосрочного капитала.

    Эти недостатки свидетельствуют о необходимости увеличения международной ликвидности и улучшения ее распределения, чтобы помочь странам достичь своего полного потенциала роста. А.Буира предлагает, чтобы МВФ взял на себя в качестве одной из своих центральных задач ответственность за оценку и удовлетворение потребностей стран в ликвидности. «Как центральный банк каждой страны оценивает потребность в ликвидности своей экономики каждый год.., так и МВФ должен осуществлять ежегодную оценку потребности в ней мировой экономики...», утверждает А.Буира. Выполняя цель создания резервов, МВФ должен распределять СДР в соответствии с потребностями стран, оценивать их долгосрочный спрос на резервы и определять, какая доля спроса может быть удовлетворена через распределение СДР. Альтернативный подход должен быть проявлен и к эмиссии СДР с учетом доступа стран к международным рынкам капитала. Страны с низким доступом или лишенные его должны получать большую долю СДР. А.Буира поддерживает замысел, чтобы МВФ помогал странам-членам отражать неожиданные давления на финансовых рынках, обеспечивая им финансовую безопасность («safety net»). Он предлагает ввести механизм чрезвычайного финансирования в МВФ для оказания помощи в форме краткосрочного ломбардного вида займов, то есть «свопов» национальной валюты против СДР или выдачи ссуд против параллельных гарантий.

    Управляющий Государственного банка Пакистана М.Якуб и советники этого банка А.Мохаммед и И.Заиди выступают за селективные ежегодные эмиссии СДР в скромных размерах. В современной системе, считают они, страны с низким доступом к рынку или не имеющие его несут существенные издержки по формированию резервов. Страны, не имеющие доступа, вынуждены формировать резервы через регулирование баланса текущих операций за счет снижения потребления и инвестиций. Страны с низким рейтингом рынка вынуждены уплачивать значительные рисковые премии. Эти экономисты, соответственно, выступают за «сфокусированные» эмиссии для развивающихся стран и стран с переходной экономикой, которые имеют крупные потребности в резервах, но имеют низкий доступ к рынку или вовсе не имеют его. В рамках этого подхода страны, имеющие доступ к механизму ЕСАФ и к ресурсам МАР, и страны с переходной экономикой должны быть допущены к распределению СДР, если они не могут заимствовать на рынках капитала с низкими издержками и если их резервы упали до уровня объема полугодового импорта за трехлетний период. Ряд развивающихся стран должны быть исключены из распределения СДР при таком подходе. Признавая, что эмиссии СДР отвергались в прошлом из-за того, что создание безусловной ликвидности подрывает условное кредитование МВФ, эти экономисты предлагают осуществлять эмиссии в размере не более 20% от квот ежегодно, что намного ниже, чем лимиты доступа по кредитным соглашениям с МВФ. Хотя такие селективные распределения СДР потребуют поправки к уставу МВФ, это может быть выходом из создавшегося тупика.

    Предложения экономистов и финансистов из развивающихся стран по созданию безусловной ликвидности посредством эмиссии СДР заслуживают объективной оценки и беспристрастного анализа. Дело в том, что в них находит отражение позиция «третьего мира» по проблеме превращения СДР в основной резервный актив валютной системы и решение, таким образом, проблемы формирования безусловных резервов. Нельзя отрицать того обстоятельства, что отсутствие доступа на международные рынки капиталов или высокие издержки по привлечению средств там вынуждают многие страны опираться на кредиты МВФ, которые служат для них источником условных резервов. Взамен условной ликвидности они осуществляют регулирование своей экономики, денежно-кредитной системы и внешнеэкономического сектора в направлении, соответствующем доктрине условности МВФ. В то же время, как справедливо утверждает А.Буира, программы регулирования в развивающихся странах Фондом недофинансируются.

    Утверждения А.Буиры об асимметрии доступа к международной ликвидности и несправедливом распределении выгод от ее создания не лишены основания. Большую долю при уставных эмиссиях получали бы страны с большими квотами. При сохранении этого принципа распределения они должны стать основными получателями СДР, практически не нуждаясь в пополнении своей международной ликвидности. Если принять предложение А.Буиры по усилению роли МВФ в оценке потребности стран в ликвидности и распределении СДР в соответствии с рассчитываемой Фондом нехваткой, то развивающиеся страны возможно станут основными получателями СДР. Используя СДР для получения резервных валют, развивающиеся страны могли бы избежать проблемы формирования резервов через международные кредитные отношения и социальных издержек жестких стабилизационных программ МВФ. С другой стороны, развитые государства, получая СДР взамен переводимых валют, могут стать бессрочными кредиторами развивающихся стран, «продавших» им свои СДР в обмен на резервные валюты. Они будут получать вознаграждение в виде процентной ставки по СДР. Однако важное стратегическое преимущество для стран — поставщиков резервных валют в обмен на СДР состоит в том, что страны, получающие валюты, выступают фактическими должниками перед Фондом, точнее — по отношению к его департаменту СДР, что исключает перспективу дефолта или неплатежа или реструктуризации долга.

    В случае эмиссии безусловной ликвидности развитые страны превращаются в поставщиков валюты и получателей СДР, поскольку обратный обмен этих активов возможен в отдаленной перспективе, когда они будут иметь пассивы платежного баланса по отношению к развивающимся государствам. Эмитируя национальную валюту в обмен на полученные СДР, центральные банки развитых стран будут создавать эффект увеличения международной ликвидности на размер «сфокусированного» ежегодного распределения СДР развивающимся странам. С учетом формирования международной ликвидности вследствие дефицитов платежных балансов стран — резервных центров и их инвестиций в другие страны возможно возникновение проблемы пресыщения мирового финансового сообщества безусловными резервами. С другой стороны, сокращение спроса на рыночные резервы в размере получаемых «сфокусированных» ассигнований СДР может оказать влияние на изменение рыночных ставок на заемные ресурсы в сторону понижения и увеличения объемов кредитования сферы производства в самих резервных центрах.

    Стремление развивающихся стран решить проблемы формирования своих резервов через систему СДР не имеет реальной перспективы. Реализация таких планов практически невозможна, поскольку большинство стран — резервных центров не заинтересованы в формировании таким путем безусловной ликвидности. Формирование международных резервов через механизм эмиссии СДР лишает развитые страны преимуществ, которые получает кредитор, предоставляя ссуду на двусторонней основе.

    Потенциал СДР по созданию условной ликвидности может быть реализован только вследствие структурных изменений в мировой валютной системе. Для этого необходимо изменение устава МВФ и наделение его полномочиями по эмиссии этих резервных средств для пополнения своей ликвидности и обеспечения бесперебойной кредитной деятельности. При этом эмитируемые СДР Фонд стал бы предоставлять в кредит странам наравне с валютами. В современных условиях Фонд, получая на счет общих ресурсов от стран СДР в порядке оплаты ими квот, уплаты процентов и погашения кредитов (выкупа странами своей национальной валюты на СДР), выдает их странам-заемщикам. Таким образом, происходит перемещение СДР на счет общих ресурсов из департамента СДР, и наоборот. При этом общий объем эмитированных СДР не изменяется. Ряд зарубежных ученых и экономистов выступают за реформирование МВФ таким образом, чтобы вся его деятельности базировалась на СДР. Предложения и проекты такого рода предполагают кардинальные изменения в мировой валютной системе и носят характер реформы современного мирового валютного порядка.

    Таким образом, создание безусловной и условной международной ликвидности с помощью СДР способно удовлетворить потребности в ней всех стран — членов МВФ. Однако превращение СДР в основное резервное средство могло бы существенным образом потеснить в этой роли современные резервные валюты, что несомненно лишило бы ведущие страны возможности финансирования своих дефицитов за счет резервной функции своих национальных валют. В связи с этим реализация потенциала СДР по созданию безусловных резервов через эмиссию этих резервных средств в рамках существующего устава МВФ возможна лишь на базе признания развитыми странами факта глобальной потребности мировой валютной системы и мирового хозяйства в международных резервных активах. Аналогичным образом, реализация потенциала СДР по созданию условной международной ликвидности предполагает реформирование устава МВФ и мировой валютной системы, что возможно лишь с согласия США, Европейского союза и развивающихся государств. США и другие развитые страны вряд ли способны проявить готовность делегировать МВФ полномочия по созданию условной международной ликвидности посредством эмиссии СДР на базе современных ее принципов, поскольку это нанесло бы ущерб резервной функции их валют и повысило бы автономность кредитной политики Фонда.



    тема

    документ Кредитная и банковская системы
    документ Кредитная система и банки
    документ Кредитная система Российской Федерации
    документ Кредитно-финансовая система
    документ Кредитование
    документ Кредитор




    назад Назад | форум | вверх Вверх

  • Управление финансами
    важное

    Курс доллара
    Курс евро
    Цифровые валюты
    Алименты

    Аттестация рабочих мест
    Банкротство
    Бухгалтерская отчетность
    Бухгалтерские изменения
    Бюджетный учет
    Взыскание задолженности
    Выходное пособие

    График отпусков
    Декретный отпуск
    ЕНВД
    Изменения для юристов
    Кассовые операции
    Командировочные расходы
    МСФО
    Налоги ИП
    Налоговые изменения
    Начисление заработной платы
    ОСНО
    Эффективный контракт
    Брокеру
    Недвижимость



    ©2009-2019 Центр управления финансами. Все материалы представленные на сайте размещены исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Контакты