Управление финансами

документы

1. Компенсации приобретателям жилья 2020 г.
2. Выплаты на детей до 3 лет с 2020 года
3. Льготы на имущество для многодетных семей в 2020 г.
4. Субсидия на коммунальные услуги
5. Социальная поддержка населения
6. Как получить накопительную пенсию по наследству
7. Социальная адресная помощь
8. Пособия и льготы малоимущим семьям
9. Пособия и льготы матерям-одиночкам

10. Как получить пособие по безработице

11. Льготы работающим пенсионерам и инвалидам


Управление финансами
Психологические тесты Интересные тесты
папка Главная » Полезные статьи » Политика субъекта федерации

Политика субъекта федерации

Субъекты политики

Вернуться назад на Субъекты политики



В формировании и совершенствовании внутренней политики Российской Федерации в области государственного строительства, законодательства, защиты прав и свобод человека и гражданина, в социально-экономической сфере, культуре и пр. все большую роль играют ее субъекты. Она тем более усиливается, когда согласование интересов центра и регионов происходит на основе научно обоснованного, осознанного и проверенного практикой оптимального распределения предметов ведения и полномочий между Российской Федерацией и ее субъектами. Конечно, такое распределение не может быть статичным, раз и навсегда установленным даже на уровне конституционно-правовых положений, а уж тем более в государственной политике – явлении весьма динамичном. Федерализм – одно из ее проявлений в сфере государственного строительства и являет собой динамичное, развивающееся, функционирующее явление, имеющее исторический, политический, идеологический, национальный, культурный, экономический, юридический и др. аспекты.

Политика, право и государство, как, собственно, и другие социальные явления и процессы, взаимосвязаны между собой, поэтому, с учетом происходящих в мире процессов глобализации, размывания и игнорирования норм права, развала государств, а то и целых империй, стали меняться не только межгосударственные, но и внутренние государственные отношения. В СССР идеологической основой этого стала так называемая «горбачевская» перестройка, которую мы, в отличие отныне преуспевающих стран, начали не с научно-обоснованного анализа состояния советского общества, его социально-экономической основы – фундамента, а с революционного внедрения гласности, свободы и демократии, что, в конечном итоге, стало основной причиной развала огромного государства. «Ясно лишь, что некорректно искать источник происшедшего лишь в ошибках отдельных личностей. Ошибки были, причем, фатальные. Но не они привели к распаду государства. Более значимым и, полагаем, определившим судьбу страны было то, что хотя все понимали, что так жить нельзя, никто не предложил внятную, мотивированную стратегию выхода страны из экономического и политического кризиса. Результатом выступила очередная «революция гимназистов», которая ввергла общество в системный кризис».

В значительной мере это был закономерный финал, поскольку без решения фундаментальных проблем общества, к тому же в отсутствие достаточного исторического опыта самостоятельного федеративного государственного строительства нельзя было резко переходить от тоталитарной системы управления к демократической. Еще А.И. Герцен в «Письмах в будущее» писал: «Нельзя людей освобождать в наружной жизни больше, чем они освобождены внутри. Как ни странно, но опыт показывает, что народам легче выносить насильственное бремя рабства, чем дар излишней свободы». Зависимость демократии от политических и нравственных качеств народа была глубоко осознана в начале XX в. П.И. Новгородцевым. Демократия для него – это самоуправление народа, но для того, чтобы это самоуправление не было пустой фикцией, надо чтобы народ выработал свои формы организации (институты). Однако такие формы организации должны быть дополнены нравственными факторами. В статье «Демократия на распутье» он подчеркивал, что для достижения демократии нужен народ, созревший «до управления самим собой, сознающий свои права и уважающий чужие, понимающий свои обязанности и способный к самоограничению. Такая высота политического сознания никогда не дается сразу, она приобретается долгим и суровым опытом жизни. И чем сложнее и выше задачи, которые ставятся перед государством, тем более требуется для этого политическая зрелость народа, содействие лучших сторон человеческой природы и напряжение всех нравственных сил».

К сожалению, всего этого политического и духовного арсенала не оказалось не только в самой «горбачевской команде», но и в ее ресурсе. В связи с этим стала реальностью угроза распада самой Российской Федерации в уже новых ее границах. И здесь нельзя не сказать об огромном значении, которое сыграл Федеративный договор для будущего России. На это вполне обоснованно обращают внимание в политической и юридической литературе.

Федеративный договор предотвратил обострение всеобщего конфликта и перевел его в латентное состояние, поддающееся контролю. Позднее Председатель Совета Национальностей Верховного Совета РФ Р.Г. Абдулатипов писал: «Сегодня, когда вступил в силу первый в многовековой истории российских народов Федеративный договор, хочется верить, что снята эта зловещая угроза развала и дезинтеграции. Есть все основания для такой веры. Договор содержит необходимые предпосылки, которые при условии их тщательного учета и реализации практически гарантируют от гибельного для всех народов распада России. И дело здесь не только в строгих юридических положениях Договора, закрепляющего целостность России как демократической Федерации, свободу республик и регионов, их реальные права и обязанности перед своим народом, своей страной, перед всем миром. Дело в том гражданском чувстве единства, которое было продемонстрировано на Съезде, когда голосовался Федеративный договор».

Подписаны три федеративных договора с субъектами Федерации разных видов, известные как единый Федеративный договор. Он был включен в действовавшую Конституцию РФ и обеспечил значительную децентрализацию власти, передав в совместное ведение Федерации и ее субъектов такие сферы, как образование, здравоохранение, охрана окружающей среды, использование природных ресурсов, и признав некоторые вопросы исключительной компетенцией субъектов Федерации. Однако Федеративный договор недолго сохранял свое самостоятельное политико-правовое значение. Так, в принятой Конституции Российской Федерации раздел второй «Заключительные и переходные положения» предусмотрел, что в случае несоответствия Конституции Российской Федерации положений Федеративного договора, а также других договоров между федеральными органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации действуют положения Конституции Российской Федерации.

Оценивая политику российских властей в начале 90-х г., Президент Российской Федерации В.В. Путин отмечал: «В начале 90-х центр многое отдал на откуп регионам. Это была сознательная, хотя отчасти и вынужденная политика.

Но она помогла руководству России добиться тогда главного и, думаю, была обоснованна, она помогла удержать Федерацию в ее границах». Федеративный договор был первым демократическим документом, обеспечивающим единство страны и во многом остановившим «парад суверенитетов». В то же время, он признал принцип федерализма конституционным и распространил его на все субъекты Российской Федерации. Этот принцип предусматривает и признает, что в государстве, наряду с общими интересами, признаются и гарантируются интересы субъектов Федерации.

Федерализм – это территориальный каркас демократии, поскольку он основан на уважении и поддержке политического, культурного, национального многообразия общества, способен реально стимулировать процессы самоорганизации многонационального и многоконфессинального российского общества, вовлекая огромные массы населения в управление государством на всех уровнях, это сознательный выбор современных и эффективных технологий управления страной, которые позволяют максимально использовать уникальный потенциал многообразия регионов единого государства.

Принятие Конституции Российской Федерации стало началом нового этапа в построении реального российского федерализма, демократизации государственной власти, предусматривающей федеральный и региональный уровни публичной власти, осуществляющие взаимодействие через административные, правовые и договорные механизмы. При наличии различных уровней публичной власти, особенно в федеративном государстве, всегда возникает проблема разграничения предметов ведения и полномочий между центром и регионами. Существуют разные методы решения данной проблемы. В давно сложившихся федеративных государствах значительная часть полномочий по осуществлению государственной власти передается субъектам федерации. Например, в США, где, как отмечает И.О. Краснова, основные исполнительные полномочия переданы на региональный уровень. Кроме того, широко распространена практика, когда на региональный уровень передается исполнение федеральных контрольно-надзорных полномочий, которые осуществляются наряду с контролем за соблюдением законодательства своего штата.

Роль субъектов Российской Федерации во внутренней государственной политике определяется и тем, что согласно ст. 73 Конституции Российской Федерации «вне пределов ведения Российской Федерации и полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации субъекты Российской Федерации обладают всей полнотой государственной власти». Такая формула разграничения в Конституции предметов ведения и полномочий между Российской Федерацией и ее субъектами способствует развертыванию инициативы последних, укреплению их самостоятельности.

Объем и содержание собственных предметов ведения и полномочий субъектов Российской Федерации свидетельствует о том, что при соответствующем финансовом и кадровом их обеспечении, эффективных управленческих решениях субъекты Российской Федерации будут играть всю большую роль во внутренней государственной политике. В этом плане возможности субъектов связаны также с активным использованием обширного перечня предметов и полномочий совместного ведения в рамках ст. 72 Конституции Российской Федерации. Вместе с тем, определяя предметы совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов, Конституция Российской Федерации не устанавливает для федерального законодателя каких-либо границ и пределов правового регулирования общественных отношений, отнесенных к этим предметам. Федеральный законодатель, руководствуясь общими конституционными принципами, сам определяет пределы и границы собственной правовой активности на совместном правовом поле. По мнению директора Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ Т.Я. Хабриевой, в случае необходимости Российская Федерация вообще может возложить на себя всю полноту государственной, или, главным образом, законодательной власти; по сути дела, она имеет неограниченные возможности для законодательного определения полномочий федеральных органов государственной власти. Но нельзя забывать, что политико-правовой основой сохранения целостности Российской Федерации стало предусмотренное в Договоре и Конституции Российской Федерации расширение роли и статуса ее субъектов во внутренней и внешней политике государства на основе научно обоснованного принципа субсидиарности и принципа распределения предметов ведения и полномочий между центром и его регионами. Правовое государство неотвратимо требует постоянно и на всех этапах федеративного строительства осуществлять разграничение предметов ведения, без которого немыслимо создавать новую систему государственного строительства.

Теоретико-юридическое закрепление данных конституционно-правовых положений в конституциях (уставах) субъектов Российской Федерации происходило разными путями. Так, в одних из них либо повторяют нормы федеральной Конституции, касающиеся предметов совместного ведения, либо ограничиваются ссылкой на соответствующие нормы Конституции Российской Федерации. Республика Северная Осетия-Алания выбрала второй вариант с некоторыми его особенностями. Так, в ч. 2 ст. 62 Конституции Республики Северная Осетия-Алания предусматривается, что разграничение предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти Республики Северная Осетия-Алания осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, Конституцией Республики Северная Осетия-Алания, Федеративным Договором, иными договорами и соглашениями о разграничении предметов ведения и полномочий, заключенными в соответствии с Конституцией Российской Федерации и федеральными законами.

Следует сказать, что российская модель разграничения компетенции между Российской Федерацией и ее субъектами в различные периоды исторического развития имела свои специфические особенности. На первоначальном этапе становления российского федерализма приоритетным направлением внутренней государственной политики считалась децентрализация государственной власти. Указом Президента РФ № 803 были утверждены Основные положения региональной политики в Российской Федерации, где важнейшими задачами определены именно децентрализация власти и расширение полномочий органов государственной власти субъектов РФ. В Концепции государственной национальной политики Российской Федерации, утвержденной Указом Президента Российской Федерации от 15 июня 1996 г. № 909, для развития федеративных отношений в числе других мер признано необходимым совершенствование механизма учета интересов субъектов РФ на федеральном уровне, расширение полномочий их органов государственной власти.

К концу 90-х годов децентрализация государственной власти достигла чрезмерных размеров, а самостоятельность отдельных территорий превысила допустимые размеры их нахождения в составе единого Российского государства. Поэтому был принят Федеральный закон № 119-ФЗ «О принципах и порядке разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации», который был призван стать базовым в сфере федеративных отношений. Кроме того, на него возлагали большие надежды по решению задачи преодоления негативных последствий договорной практики. В нем были закреплены семь основных принципов разделения государственной власти в Российской Федерации. В контексте рассматриваемого вопроса нельзя не выделить из них впервые законодательно установленного принципа согласования интересов Российской Федерации и ее субъектов (ст. 7). Как правильно отмечает В.А. Черепанов, «поиск согласия между центром и территориями является важнейшим атрибутом любой федерации, отсутствие его порождает конфликты, может привести к дезинтеграции и разрушению государственности».

Несмотря на некоторые достоинства указанного Закона, в нем были упущения, недостатки, которые не способствовали оптимальному разграничению предметов ведения и полномочий между разными уровнями публичной власти, укреплению российской государственности. Поэтому вскоре был принят Федеральный закон № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» (далее – Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных…»). Однако многие регулируемые им вопросы регламентированы слишком подробно. Как правильно отмечают специалисты, «глубочайшая степень детализации правового регулирования позволяет сделать предположение о том, что закон входит в некоторый диссонанс с нормами Конституции Российской Федерации о пределах вмешательства Федерации в сферу организации публичной власти субъектов Федерации (п. «н» ч. 1 ст. 72, ст. 77 Конституции РФ)». Это касается не только организации и деятельности органов государственной власти субъектов Российской Федерации. Чрезмерно детальное федеральное регулирование распространяется практически на все сферы совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов, а потому делает порой ненужным законодательство субъектов Российской Федерации по вопросам совместного ведения. Кроме того, со временем в данный Закон внесено так много изменений, что возникает вопрос: каковы же общие принципы, если их так часто надо менять? Вместе с тем, при всех недостатках, этот Закон сыграл заметную роль не только в распределении предметов ведения и полномочий между различными уровнями публичной власти, но и в дальнейшем формировании Российской Федерации.

В целях укрепления российской государственности, осуществлены серьезные государственно-правовые преобразования, получившие название федеративной (федеральной) реформы, направленные на усиление федеральной государственной власти. Образованы федеральные округа, усилен контроль за региональной властью, приняты решительные меры по обеспечению единого правового пространства Российской Федерации и приведению регионального законодательства в соответствие с Конституцией Российской Федерации и федеральными законами, руководителей субъектов Российской Федерации начали наделять полномочиями законодательные (представительные) органы субъектов Российской Федерации по представлению Президента Российской Федерации и т.д.

Однако со временем проводимые конституционно-правовые реформы все менее стали учитывать федеративный характер российской государственности, что особенно ощущалось по предметам и полномочиям совместного ведения. По данной проблеме все чаще предпринимались попытки игнорировать интересы субъектов Федерации, что особенно отрицательно сказывалось на их роли во внутренней политике Российской Федерации.

Вопреки Конституции Российской Федерации, многие полномочия по предметам совместного ведения фактически стали передаваться в ведение Российской Федерации, что, соответственно, привело к ограничению прав регионов в этой сфере.

Более того, в ходе проводимой конституционно-правовой реформы были полностью изъяты из компетенции субъектов Российской Федерации такие сферы общественных отношений как:

– обеспечение соответствия регионального законодательства Конституции РФ и федеральным законам (п. «а» ч.1 ст.72);
– защита прав и свобод человека и гражданина, обеспечение законности, правопорядка, общественной безопасности, режим пограничных зон (п. «б» ч.1 ст. 72);
– вопросы владения, пользования и распоряжения землей, недрами, водными и другими природными ресурсами (п. «в» ч.1 ст. 72);
– разграничение государственной собственности (п. «г» ч. 1 ст. 72).

Конституционная недопустимость такого ограничения полномочий субъектов Федерации была отмечена многими специалистами. Лысенко В.Н. охарактеризовал эту ситуацию следующим образом: «Мы передали Федерации все совместные предметы ведения. И Федерация как бы в аренду сдает теперь субъектам Федерации часть своих полномочий. Хотя в Конституции было четко зарегистрировано, что это совместные предметы ведения и оба – равноправные хозяева, как субъекты Федерации, так и федеральный центр».

В то же время, ряд важнейших вопросов, требующих серьезных финансовых затрат, полностью закрепляются за субъектами. Среди них:

– предупреждение и ликвидация последствий территориальных и региональных чрезвычайных ситуаций, стихийных бедствий и эпидемий;
– финансовая поддержка сельскохозяйственного производства;
– финансовое обеспечение общего образования;
– социальная защита и социальное обслуживание населения.

Была усилена ответственность органов государственной власти субъектов РФ за невыполнение или ненадлежащее выполнение закрепленных за ними полномочий вплоть до создания временной (федеральной) финансовой администрации, что противоречит статьям 73 и 77 Конституции РФ. Следует отметить, что усиление ответственности субъектов Федерации никак не соотносится с установлением подобных мер по отношению к органам федеральной власти.

Таким образом, в России, как и в других федеративных государствах, сформировалась собственная модель федерализма, которая характеризуется «маятниковым характером централизации и децентрализации органов государственной власти».

В настоящее время политическую модернизацию государственных и общественных институтов, предложенную Президентом Российской Федерации, можно назвать новым этапом развития федеративных отношений в России, поскольку во внутренней и внешней политике, наряду с укреплением федеральных органов государственной власти, она призвана расширять роль регионов за счет оптимального распределения полномочий между федеральными и региональными органами власти по предметам совместного ведения, передачи субъектам Российской Федерации тех функций, с которыми они сами могут справиться. Иначе чрезмерное доминирование принципа централизма во взаимоотношениях между Российской Федерацией и ее субъектами в условиях модернизации может создать иллюзию эффективности такой модели. Признавая значимость и ценность централистской политики, необходимо постепенно модернизировать федеративные отношения в России без социально-политических кризисов. С этой целью «вовлечение в процесс модернизации максимального числа субъектов Российской Федерации является объективной потребностью. Субъекты Российской Федерации должны быть признаны как важнейшие конституционные институты развития страны… Необходимость радикально модернизировать федеративную политику с обязательным признанием российских регионов является одним из локомотивов поступательного развития страны, объективно требует более высокого уровня участия субъектов Федерации в модернизационном процессе».

С целью расширения роли субъектов Российской Федерации во внутренней государственной политике был, во-первых, принят Федеральный закон за № 115-ФЗ «О государственном прогнозировании и программах социально-экономического развития Российской Федерации», определяющий механизм участия субъектов Российской Федерации в социально-экономическом развитии Российской Федерации. Во-вторых, все-таки федеральный центр передал на места немало полномочий социально-экономического характера, но, чаще всего, без соответствующего их финансирования, которое концентрируется в основном в центре. Поправки же в Налоговый и Бюджетный кодексы не привели к улучшению финансовой ситуации в субъектах Российской Федерации, что отрицательно повлияло на социально-экономическое положение в стране. Такая федеральная политика ведет к увеличению проблемных участков регулирования субъектом Российской Федерации социально-экономической сферы, на что обращают внимание большинство специалистов. Представляется, что в законах субъектов Российской Федерации должны быть предусмотрены объемы осуществления соответствующих полномочий и порядок их финансирования, иначе они не могут быть реализованы. Следует признать правильной и политику, в соответствии с которой, все чаще происходит процесс обратной передачи субъектам Российской Федерации федеральных полномочий по предметам совместного ведения путем их делегирования с передачей федеральных субвенций.

Процесс делегирования полномочий из центра в регионы Ю.А. Тихомировым оценивается положительно, поскольку дает расширение партнерства и более гибкое выполнение функций с учетом конкретной обстановки и ее быстрых изменений. Делегировать полномочия может лишь тот субъект, который является их первичным обладателем по закону. В процессе делегирования требуется согласие сторон, поскольку объем прав и обязанностей уменьшается у одной стороны и увеличивается у другой. Оправданным считается ограниченный срок делегирования полномочий, хотя не исключаются и другие варианты. Исполнители делегированных полномочий, по его мнению, лучше стимулируются и чувствуют свою ответственность.

Повышение роли регионов во внутренней государственной политике возможно за счет расширения законодательных возможностей в сфере исключительной компетенции субъекта в рамках ст. 73 Конституции Российской Федерации. Но объем ее чрезвычайно мал, и поэтому основной массив законов принимается в сфере совместного ведения, в чем можно убедиться на примере деятельности Парламента Республики Северная Осетия-Алания, рассмотренной нами ранее. Тем не менее, нельзя не заметить слабую вовлеченность субъектов РФ в общероссийский законотворческий процесс, создающий условие монопольного решения Федерацией ключевых вопросов без учета интересов входящих в нее субъектов Российской Федерации. Такую государственную правовую политику нельзя признать правильной. В литературе правильно отмечается, что, например, «в таких регионах, как Кавказ, очень важен механизм адаптации общей государственной политики, в том числе и правового регулирования, к традициям и обычаям народов, населяющих регион, а также программа мероприятий по развитию и сохранению его множественной национальной культуры».

Отметим, что расширение законотворческой роли субъектов Российской Федерации может быть значительно усилено за счет активного использования права «опережающего законодательства», когда по смыслу ст.ст. 72, 76 (ч. 2) Конституции Российской Федерации отсутствие соответствующего федерального закона по вопросам совместного ведения само по себе не препятствует субъекту Российской Федерации принять необходимый нормативный акт, что вытекает из природы совместной компетенции. При этом после издания федерального закона акт субъекта Российской Федерации должен быть приведен в соответствие с ним, что следует из ст. 76 (ч. 5) Конституции Российской Федерации.

Проведенный анализ регионального законодательства показал, что на практике право опережающего правового регулирования в разные годы было закреплено в конституциях (уставах) 35 субъектов Российской Федерации, хотя, по мнению некоторых ученых, основанному на буквальном толковании конституционной нормы, по предметам совместного ведения сначала должны приниматься федеральные законы, а лишь затем и в соответствии с ними – нормативные правовые акты субъекта Российской Федерации.

Таким образом, в теории и на практике сложилась противоречивая правовая ситуация, для разрешения которой требовалось официальное толкование Конституции Российской Федерации. И такое толкование было дано Конституционным Судом РФ в Постановлении № 3-П «По делу о проверке конституционности ряда положений Устава – Основного закона Читинской области».

Администрация Читинской области, обратившаяся с запросом в Конституционный Суд РФ, полагала, что норма Устава Читинской области, закрепляющая право опережающего правового регулирования, противоречит Конституции Российской Федерации. Конституционный Суд Российской Федерации сформулировал четкую правовую позицию по этому вопросу: «По смыслу статей 72, 76 (часть 2) и 77 (ч. 1) Конституции Российской Федерации отсутствие соответствующего федерального закона по вопросам совместного ведения само по себе не препятствует областной Думе принять собственный нормативный акт, что вытекает из природы совместной компетенции. При этом после издания федерального закона областной акт должен быть приведен в соответствие с ним, что следует из статьи 76 (ч. 5) Конституции Российской Федерации». В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации № 1-П «По делу о проверке конституционности Лесного кодекса Российской Федерации» данная правовая позиция распространена на все субъекты Российской Федерации.

В дальнейшем опережающее правовое регулирование по предметам совместного ведения было закреплено в Федеральном законе № 95-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации», согласно которому «субъекты Российской Федерации вправе осуществлять собственное правовое регулирование по предметам совместного ведения до принятия федеральных законов. После принятия соответствующего федерального закона законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации подлежат приведению в соответствие с данным федеральным законом в течение трех месяцев».

Как правильно отмечает Ш.Б. Магомедов, содержание понятия «совместное ведение» и анализ круга вопросов, охватываемых данным понятием, подразумевают необходимость обеспечения соблюдения при этом как интересов субъектов Федерации, так и федеральных интересов.

Многие специалисты считают, что исходя из федеративной природы Российского государства федеральный законодатель не вправе закреплять за Федерацией весь объем полномочий по конкретному предмету ведения. Это положение неоднократно формулировалось и в качестве правовой позиции Конституционного Суда РФ. Так, в Постановлении № 15-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 2 Федерального закона «Об обеспечении конституционных прав граждан Российской Федерации избирать и быть избранными в органы местного самоуправления» установлено, что если определенные вопросы отнесены Конституцией РФ к совместному ведению Федерации и ее субъектов, то их решение не может находиться ни в исключительной компетенции Федерации, ни в исключительной компетенции ее субъектов. В Постановлении Конституционного Суда РФ № 6-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений пункта 2 статьи 1, пункта 1 статьи 21 и пункта 3 статьи 22 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» сформулировано, что из федеративной природы взаимоотношений Российской Федерации и ее субъектов вытекает недопустимость произвольного присвоения органами государственной власти Российской Федерации всей полноты полномочий по предметам совместного ведения, т.е. без учета интересов субъектов РФ и места их органов власти в системе публичной власти.

Расширение роли субъектов Российской Федерации во внутренней политике Российской Федерации возможно и за счет расширения полномочий региональных органов государственной власти в рамках совместных договоров и соглашений. Правовой основой данного процесса является конституционная норма о том, что разграничение предметов ведения и полномочий между органами государственной власти РФ и органами государственной власти субъектов РФ осуществляется Конституцией, Федеративным и иными договорами о разграничении предметов ведения и полномочий (ч. 3 ст. 11 Конституции РФ.

тема

документ Политический процесс
документ Политическое сознание
документ Политические конфликты
документ Политические режимы
документ Политические субъекты
документ Политические факторы
документ Политический уровень
документ Политическое общество



назад Назад | форум | вверх Вверх

Управление финансами
важное

Ипотечные каникулы с 2020 года
Налог на скважину с 2020 года
Мусорная реформа в 2020 году
Запрет коллекторам взыскивать долги по ЖКХ с 2020 года
Изменения в законодательстве в 2020 году
Индивидуальный инвестиционный счет в 2020 году
Продление дачной амнистии в 2020 г.
Запрет залога жилья под микрозаймы в 2020 году
Компенсация ипотеки многодетным семьям в 2020 году
Самые высокооплачиваемые профессии в 2019 году
Право на ипотечные каникулы в 2020
Компенсация покупок государством в 2019 году
Как заработать на субаренде в 2019 г

Как перепродавать недвижимость с выгодой в 2019 году
Изменения в 2019 году
Недвижимость


©2009-2019 Центр управления финансами. Все материалы представленные на сайте размещены исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Контакты Контакты