Управление финансами

документы

1. Будут ли ещё разовые выплаты на детей в 2020-2021 годах
2. Новое пособие для домохозяек с 2020 года
3. Путинские выплаты с 2020 года
4. Выплаты на детей до 3 лет с 2020 года
5. Защита социальных выплат от взысканий в 2021 году
6. Банки с 2020 года начали забирать пособия на детей
7. Новое в пенсионном законодательстве в 2020 году
8. Выплаты на детей от 3 до 7 лет с 2020 года

Управление финансами
О проекте О проекте   Контакты Контакты   Психологические тесты Интересные тесты
папка Главная » Юристу » Доказывание в судопроизводстве

Доказывание в судопроизводстве

Статья обновлена и дополнена 07.06.2020

Статью подготовил ведущий корпоративный юрист Шаталов Станислав Карлович. Связаться с автором

Доказывание

Вернуться назад на Доказывание

Не забываем поделиться:



Суд, следователь, дознаватель могут познавать обстоятельства преступления только при помощи доказательств и только в процессе доказывания. Если же такое познание будет произведено не ими или в какой-либо другой форме, то его результаты не смогут являться основанием для принятия процессуальных решений. Это означает, что доказывание, как разновидность познавательной деятельности, имеет свою специфику.

Она проявляется в следующих, присущих ему характерных чертах:

1. форма познания однозначно определена законом;
2. предмет познания ограничен обстоятельствами совершенного или готовящегося преступления;
3. характер доказывания является удостоверительным;
4. ограниченность во времени;
5. источники доказательств определены законом;
6. закрепление обязанности доказывания;
7. наличие лиц, заинтересованных в результатах доказывания;
8. обеспеченность мерами процессуального принуждения;
9. необходимость принятия решения по его результатам.

Забегая вперед заметим, что ни одна из названных характерных черт процесса доказывания не является препятствием для проявления в его рамках закономерностей познания событий объективной реальности, присущих любой другой его форме.

Доказывание – стержень уголовного процесса. Оно представляет собой основанную на законе деятельность участников уголовного судопроизводства, включающую в себя собирание, проверку и оценку доказательств в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Порядок и средства его осуществления урегулированы нормами гл.11 УПК РФ (ст.ст.85 – 90 УПК РФ). В соответствии с ее предписаниями, собирание доказательств осуществляется участниками уголовного судопроизводства путем проведения следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных УПК РФ (ст.86 УПК РФ). Проверка доказательств осуществляется уполномоченными участниками уголовного судопроизводства в порядке, предусмотренном ст.87 УПК РФ, через их сопоставление с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, путем установления их источников, а также посредством получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих данное доказательство. После того, как доказательства собраны и проверены, каждое из них подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности, с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, в порядке, предусмотренном ст.88 УПК РФ.

Таким образом, доказывание всегда осуществляется в определенной последовательности, можно сказать, поэтапно. Этапы доказывания разнятся по задачам, по количеству участвующих в них лиц, по направленности процессуальных действий и по некоторым другим правовым нюансам. Тем не менее, именно их последовательное и комплексное прохождение, как не что иное, способствует осуществлению перехода от вероятностных суждений к достоверным. От незнания - к знанию.

Деление доказывания на этапы – это методологическая условность.

Поэтому собирание, проверка и оценка доказательств, может быть даже больше компоненты доказывания, чем его этапы. Несмотря на очевидные различия в следственной и судебной практике они всегда воспринимаются как единое целое, имеющее одновременно и практическую, и познавательную направленность.

Практическая или сугубо процессуальная сторона доказывания, полностью подчинена предписаниям норм УПК РФ и основана на них.

Познавательная или мыслительная его сторона основывается исключительно на законах логики.

Иначе говоря, доказывание – это единство двух видов деятельности: процессуальной и логической. Уголовно-процессуальные нормы обязывают к совершению таких процессуальных действий, которые призваны создавать наилучшие условия для того, чтобы «… процесс доказывания был логичным и приводил к адекватным действительности знаниям людей, применяющих эти нормы права».

Доказывание, как логико-правовая деятельность, протекающая в форме, урегулированной нормами уголовно-процессуального права, имеет своей целью воспроизведение действительности. Причем опосредованным, информационно-логическим путем, через доказательства. Для ее достижения стороны пользуются не равнозначными средствами. Тем не менее, каждый заинтересованный участник этого процесса рано или поздно получает возможность убедиться в достоверности сведений, имеющихся в уголовном деле, путем ознакомления как с отдельными, так и со всеми его материалами.

Как единый процесс накопления знаний, доказывание имеет свои особенности в каждой стадии уголовного процесса. Это значит, что в зависимости от процессуальных условий, в которых были собраны и проверены доказательства, закон определяет полномочия должностного лица или органа по их оценке. Так, например, оценив собранные доказательства, следователь может составить обвинительное заключение, прокурор - принять решение об его утверждении, а суд - сделать вывод о виновности или невиновности подвергнутого уголовному преследованию лица. Напрашивается вывод: собирание, проверка и оценка доказательств не только протекают в неразрывном единстве, но и присутствуют на всех стадиях уголовного процесса, причем только в тех процессуальных формах, которые соответствуют установленному порядку производства в данной стадии.

Обязанность осуществлять доказательственную деятельность является составной частью полномочий должностных лиц и органов, несущих ответственность за ход и исход уголовного дела. Иначе говоря, никто иной, как участники уголовного судопроизводства, обладающие правом принятия решений по результатам доказывания, обязаны собирать, проверять и оценивать доказательства, т.е. нести бремя (обязанность) доказывания (ч.2 ст.14 и ч.4 ст.235 УПК РФ). При этом они всегда должны исходить не только из потребности установить обстоятельства дела в соответствии с тем, что имело место в действительности, но и из презумпции невиновности повергаемого уголовному преследованию лица. Более того, осуществляя доказывание, дознаватель, следователь, прокурор и суд обязаны принимать в установленных процессуальных формах все зависящие от них меры к тому, чтобы были получены доказательства, подтверждающие как виновность, так и невиновность лица в совершении инкриминируемого ему преступления.

Как известно, обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность (ч.2 ст.49 Конституции РФ). Однако это не означает, что в случае отказа обвиняемого от участия в доказывании или неспособности по каким-либо причинам осуществлять его, доказательства невиновности могут не устанавливаться и не исследоваться. Тот факт, что обвиняемый воспользовался названным конституционным правом не может служить основанием ни для признания его виновным в инкриминируемом преступлении, ни для наступления каких-либо неблагоприятных последствий, связанных с применением процессуальных санкций, в том числе с ограничением возможности реализации им своих процессуальных прав.

Иными словами, любое решение, принятое по результатам доказывания, не может основываться на том, что обвиняемый отказался от дачи показаний либо, согласившись дать показания, не смог опровергнуть предъявленное ему обвинение. Более того, на обвиняемого не может быть возложена обязанность подтверждать свои показания доказательствами.

Так, например, следствие и суд не должны приходить к выводу о том, что имущество обвиняемого было нажито преступным путем, только на том основании, что он не привел сведений, подтверждающих правомерное приобретение имеющихся у него ценностей.

Представление доказательств, оправдывающих обвиняемого не может возлагаться и на его защитника. Если ему удастся породить у суда сомнение в доказанности вины своего подзащитного, то уже можно считать, что он со своей задачей справился. Поскольку, если эти сомнения неустранимы, то судом они могут толковаться только в пользу обвиняемого, а вывод о его виновности, как известно, не может быть основан на предположениях.

С логической стороны процесс доказывания является построением системы выводов, в которой из одних суждений (исходных данных) на основе правил логики выводятся другие суждения (доказываемые обстоятельства).

Причем, если фактические обстоятельства дела всегда подтверждаются с помощью сведений, которые собираются, проверяются и оцениваются в соответствии с нормами процессуального права, то правовая оценка им может быть дана только на основе норм материального права.

В процессуальном доказывании практически никогда не фигурируют универсальные посылки, которые бы приводили к однозначному выводу. Это значит, что умозаключение типа: «если у обвиняемого изъяты похищенные вещи, то значит, это он совершил кражу», не должно признаваться единственно верным. Очевидно, что он мог их не только похитить, но и купить, найти и т.д.

Нельзя исключать, например, что эти вещи могли быть ему подброшены. Но когда, помимо изъятых вещей, следователь располагает свидетельскими показаниями о том, что обвиняемого видели возле дома, в то время когда в нем произошла кража, если на месте происшествия были обнаружены следы его рук и ног, если способ совершения кражи имеет сходство с другими подобными преступлениями, совершенными обвиняемым ранее, то места для сомнений в его невиновности, практически не остается.

На этом примере мы постарались проиллюстрировать, как возрастает значение каждого отдельно взятого косвенного доказательства, по мере увеличения их количества и приведения в систему. Именно принадлежность к системе усиливает значение каждого из них и способствует получению достоверных выводов по уголовному делу.

Наблюдения показывают, что умозаключения именно такого типа являются наиболее распространенными в следственной и судебной практике.

Как правило, они лежат в основе выводов по уголовному делу, сделанных в результате оценки совокупности косвенных доказательств. Этому феномену имеется убедительное объяснение, которое в специальной литературе сформулировано следующим образом: поскольку суждение о значении, силе отдельного доказательства и всей их совокупности не может быть формализовано, в уголовно-процессуальном доказывании используется логика правдоподобных умозаключений, оперирующая такими категориями, как «более (менее) вероятно», «весьма правдоподобно» и т.п.

Для характеристики результатов процессуального познания в уголовном процессе принято использовать термин «достоверное знание», который противопоставляется разного рода предположениям. Знание, имеющее статус достоверного, должно основываться на внутреннем убеждении дознавателя, следователя, прокурора и суда, которое появляется в результате собирания, проверки и оценки доказательств в точном соответствии с правилами, предусмотренными УПК РФ. В уголовном процессе любое достоверное знание (в т.ч. с высокой степенью надежности) практически всегда ставится под сомнение заинтересованной стороной. Такова природа состязательного уголовного судопроизводства. Поэтому правильнее всего оценивать достоверное знание, как наиболее вероятное, на момент принятия решения по уголовному делу. Иного быть не может, поскольку история российского правосудия изобилует примерами, когда уже после вступления приговора в законную силу становились известными новые обстоятельства, вынуждавшие суд надзорной инстанции отменять приговор, все последующие судебные решения и прекращать производство по данному уголовному делу.

В советской процессуальной литературе достоверное знание было принято называть не наиболее вероятным, а истинным. Особенно часто этот термин применялся для характеристики итоговых процессуальных решений, поскольку истине, как цели доказывания, некогда было принято уделять особое внимание. Интересы ее установления считались наивысшими, что отодвигало на второй план правила, продиктованные презумпцией невиновности, а также некоторые другие, не менее важные принципиальные положения уголовного процесса. Отождествление истины с высшими ценностями никак не способствовало вычленению ее содержания. Советский суд был вынужден действовать в интересах стороны обвинения, а оправдательные приговоры были редкостью. Но даже, несмотря на это, их было принято связывать с плохой работой следователя, прокурора и органа правосудия, вынесшего этот акт.

Истине отводилась роль идеологического постулата в уголовном процессе, которым, по сути, отрицалась вполне вероятная возможность ее не достижения, как цели доказывания. Но главное, невозможно было понять, если истина – цель доказывания, то какие именно обстоятельства должны были устанавливаться по уголовным делам.

В отличие от УПК РСФСР, ныне действующим уголовно-процессуальным законодательством РФ ни перед сторонами, ни перед судом не ставится задача устанавливать истину по уголовному делу. Несмотря на то, что такая позиция законодателя повлекла критику со стороны многих процессуалистов, это правовое решение, на наш взгляд, следует считать вполне логичным и уместным. Постараемся это обосновать.

По действующему законодательству, назначением уголовного судопроизводства провозглашена защита прав потерпевших от преступлений и личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. Причем ему в равной мере отвечает не только уголовное преследование, но и отказ от него (ст.6 УПК РФ). Для того чтобы все это становилось реальностью, в каждом случае расследования и судебного рассмотрения уголовного дела законодатель разработал и установил адекватную назначению уголовного судопроизводства процедуру доказывания по уголовным делам. Ее непременными атрибутами признаны: свидетельский иммунитет (п.40 ст.5 УПК РФ), правила признания доказательств недопустимыми (ст.75 УПК РФ), невозможность обоснования обвинительного приговора предположениями (ч.4 ст.302 УПК РФ) и некоторые другие. В принципе, каждое названное нормативное положение, можно рассматривать в качестве объективного препятствия в деле установления обстоятельств, подлежащих доказыванию. Возникает вопрос: «Почему законодатель, провозгласив вполне реалистичную цель доказывания, сам же установил правовые препоны на пути ее достижения?».

Ответ здесь должен быть следующим: процедура российского уголовного судопроизводства не только не обязывает познавать истину по уголовному делу, в ней отвергнута сама возможность достижения цели доказывания, что называется «любой ценой». Иными словами, стремление законодателя к недопущению судебных ошибок, поддерживается полным отсутствием в УПК РФ чьих-либо обязанностей, связанных с поиском истины. Что же касается не столько истинного, сколько достоверного знания об обстоятельствах совершенного преступления, то оно обязательно должно иметь место только в случаях постановления обвинительного приговора, поскольку он не может основываться на предположениях. К оправдательному приговору такого требования закон не предъявляет. Для его вынесения суду достаточно достоверно убедиться лишь в том, что виновность подвергнутого уголовному преследованию лица не нашла своего подтверждения в ходе судебного разбирательства уголовного дела.

Итак, доказывание - это единственный способ познания в уголовном процессе. Его начало справедливо связывается с возбуждением уголовного дела. Далее, доказательственная деятельность может иметь место на всех последующих стадиях уголовного процесса. Но вне зависимости от этапа, на котором находится уголовное судопроизводство, целью доказывания является установление обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, путем собирания, проверки и оценки доказательств. Однако эта цель может быть достигнута лишь при условии, что в процессе ее достижения не нарушались законы логики: тезис не подменялся аргументом, аргументов достаточно и они являются убеждающими, а в умозаключениях нет противоречий. Для того чтобы понять это лучше, рассмотрим каждый компонент процесса доказывания подробно.

Собирание доказательств выражается в системе действий, направленных на обнаружение, фиксацию и изъятие любых следов преступного события.

Правом собирать доказательства наделены следующие участники уголовного судопроизводства:

1. дознаватель, следователь, прокурор, суд – уполномочены осуществлять собирание доказательств путем проведения следственных и иных процессуальных действий (ч.1 ст.86 УПК РФ);
2. подозреваемый, обвиняемый, потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик, их представители – наделены правом, собирать и представлять письменные документы и предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств (ч.2 ст.86 УПК РФ);
3. защитник – вправе собирать доказательства путем:
• получения предметов, документов и иных сведений;
• опроса лиц с их согласия;
• истребования справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций, которые обязаны представлять запрашиваемые документы или их копии (ч.3 ст.86 УПК РФ).

Данные органы и организации обязаны выдавать адвокату запрошенные им документы или их заверенные копии не позднее чем в месячный срок со дня получения запроса адвоката.

В отличие от собирания, проверка доказательств может производиться лишь дознавателем, следователем, прокурором и судом, причем, только следующими путями:

1. путем их сопоставления с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле;
2. путем установления их источников;
3. путем получения доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство (ст.87 УПК РФ).

Проверка доказательств включает в себя установление наличия их связи с уголовным делом, уточнение законности источника происхождения проверяемых сведений, выяснение степени их достоверности, полноты каждого доказательства, а также присутствие данных, подтверждающих соблюдение процессуальных правил собирания доказательств.

Так, например, даже собранные на законных основаниях фактические данные не смогут признаваться доказательствами если:

1. сведения о них неточно или неполно зафиксированы в протоколе;
2. не была обеспечена сохранность доказательств;
3. не были созданы условия, исключающие их подмену или порчу;
4. исключена возможность их проверки.

Обычно одно и тоже доказательство проверяется как сразу, по факту его получения, так и позже, по мере поступления новых сведений. Существование такого способа изучения его содержания обусловлено тем, что первоначальная проверка доказательства чаще всего бывает недостаточной для его последующей оценки с позиций достоверности. Поэтому результаты предварительной проверки доказательства должны сопоставляться с результатами контрольной проверки как его самого, так и каждого нового доказательства. Только после этого, как минимум дважды проверенное доказательство, должно окончательно оцениваться с позиций достоверности.

Таким образом, неоднократная проверка помогает объективно оценить каждое доказательство, а затем и всю их собранную совокупность.

Оценка доказательств является последним компонентом, завершающим процесс доказывания. Хотя в действительности она производится на всем его протяжении. Иначе говоря, собирание доказательств, а тем более их проверка, постоянно сопровождается их же оценкой. В противном случае, дознаватель, следователь, прокурор и суд просто не смогли бы продвигаться вперед. В качестве отдельной логической операции оценка доказательств выделяется лишь тогда, когда на основе уже установленных фактов и сведений о них, возникло новое знание об обстоятельствах, подлежащих доказыванию.

Вместе с тем, проверка и оценка доказательств по своему содержанию не совпадают. Проверка если и подразумевает мыслительную деятельность, то только на фоне совершения предусмотренных законом практических действий.

Оценка – исключительно мыслительная деятельность, логическая операция в форме оценочных суждений типа: подтверждается причастность того или иного лица к совершению преступления или нет, состав какого преступления усматривается в его действиях и т.д.

Оценке подлежат: вначале каждое доказательство с позиций их относимости, допустимости и достоверности, а затем совокупность доказательств с позиции их достаточности для разрешения уголовного дела (ч.1 ст.88 УПК РФ).

Содержание оценки доказательств, как и всего процесса доказывания едино. Из определения таких обязательных свойств доказательств, как относимость, допустимость, достоверность и достаточность оно складывается условно.

Здесь уместно напомнить, что относимость доказательств является таким их свойством, которое свидетельствует о наличии связи между фактами, сведениями о них, источниками доказательств и обстоятельствами, подлежащими доказыванию по конкретному уголовному делу. Допустимость доказательств призвана подтверждать соблюдение требований закона, предъявляемых к их форме. В соответствии со ст.88 УПК РФ прокурор, следователь, дознаватель вправе признать доказательство недопустимым по ходатайству подозреваемого, обвиняемого или по собственной инициативе. В этом случае оно не подлежит включению в обвинительное заключение или обвинительный акт. Суд вправе признать доказательство недопустимым по ходатайству сторон или по собственной инициативе в порядке, установленном ст.ст.234 и 235 УПК РФ. Достоверность – соответствие действительности фактов, сведений о них, а также надежность их источников. Достаточность доказательств означает, что на основе собранной их совокупности может быть сделан соответствующий логический вывод, предопределяющий вынесение предусмотренного законом решения.

Не связывая какими-либо жесткими формальными условиями оценку доказательств, закон предусмотрел некоторые непреложные правила, создающие благоприятные условия для получения объективного результата.

Эти правила адресованы только тем участникам процесса доказывания, которые несут ответственность за производство по делу и уполномочены принимать решения.

Все они возведены в ранг принципа уголовного судопроизводства (ст.17 УПК РФ) и состоят в следующем:

1. никакие доказательства не имеют заранее установленной силы;
2. каждое из них должно оцениваться судом, прокурором, следователем и дознавателем на основе внутреннего убеждения;
3. оценка каждого доказательства должна быть основана на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств;
4. оценивая доказательства, суд, прокурор, следователь и дознаватель, должны руководствоваться законом и совестью.

Названные правила объединены общим названием – свобода оценки доказательств. Однако эта свобода не является произвольной. Она имеет отчетливые правовые границы, предопределенные совокупностью имеющихся в уголовном деле сведений и полномочиями участников процесса доказывания.

Так, например, свободная оценка доказательств может производиться не только судом, прокурором, следователем и дознавателем, но и всеми другими участниками доказательственной деятельности. Однако по ее результатам не могут быть приняты итоговые процессуальные решения. По этому поводу в специальной литературе правильно отмечалось, что оценка доказательств может быть рекомендательной и властной, в зависимости от того, кто из субъектов оценивает доказательства.

В то же время, даже тогда, когда оценка доказательствам была дана уполномоченным на это участником уголовного судопроизводства, за всеми другими сохраняется право на свою собственную оценку. Так, например, в случае несогласия с требованиями прокурора об устранении нарушений федерального законодательства, допущенных в ходе предварительного следствия, следователь обязан представить свои письменные возражения руководителю следственного органа, который информирует об этом прокурора (ч.3 ст.38 УПК РФ). Или, скажем, суд, давая оценку доказательствам, не связан мнением сторон по этому вопросу.

Оценивая доказательства, и суд, и прокурор, и следователь, и дознаватель должны руководствоваться законом и совестью. Их внутреннее убеждение – это не что иное, как познавательный результат, в основе которого собранные, проверенные и получившие надлежащую оценку доказательства. Безусловное соблюдение норм права и чувство нравственной ответственности за свою убежденность, выступают в качестве внешнего и внутреннего критериев оценки всей доказательственной деятельности, а также побудительным мотивом для вынесения справедливых решений.

Метод оценки доказательств по внутреннему убеждению пока остается лучшим. Даже, несмотря на то, что нередко отсутствие или недостаточность доказательств по уголовному делу подменяются субъективной уверенностью участников процесса доказывания в собственной правоте. Это закономерно, поскольку при оценке доказательств, внутреннее убеждение не формируется без влияния опыта, прецедента, веры, личного, представляемого или защищаемого интереса. Полагаем, что такое положение дел сохраниться до тех пор, пока накопление и изучение закономерных сочетаний доказательственных фактов приведет к созданию системы криминалистических алгоритмов и программ, предназначенных для оптимизации деятельности, непосредственно связанной с оценкой доказательств. Их разработка в обозримом будущем, является реальной и вполне посильной задачей. Это подтверждается тем, что каждому виду или группе однородных преступлений присущ определенный набор доказательственных фактов. В своем большинстве они присутствуют почти во всех уголовных делах об этих преступлениях и в разном сочетании используются для обоснования решений, принятых по результатам доказывания.

Прежде чем завершить рассмотрение этого вопроса, необходимо остановиться еще и на рассмотрении значения результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам и принятого сейчас порядка их использования в уголовном судопроизводстве.

Результаты оперативно-розыскной деятельности – это сведения, полученные в соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного преступления, лицах, подготавливаемых, совершающих или совершивших преступления и скрывшихся от органов дознания, следствия или суда (п.361 ст.5 УПК РФ). Порядок их представления дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд регламентирован специальной, согласованной с Генеральной прокуратурой РФ, межведомственной Инструкцией.

В ней речь идет о результатах оперативно-розыскной деятельности, которые соответствуют предъявляемым к ним требованиям и могут:

1) служить поводом и основанием для возбуждения уголовного дела (в таком случае они должны содержать достаточные данные, указывающие на признаки преступления, а именно: сведения о том, где, когда, какие признаки и какого именно преступления обнаружены; при каких обстоятельствах имело место их обнаружение; сведения о лице (лицах), его совершившем (если оно известно), и очевидцах преступления (если они известны); о местонахождении предметов и документов, которые могут стать вещественными доказательствами; о любых других фактах и обстоятельствах, имеющих значение для решения вопроса о возбуждении уголовного дела);
2) быть использованы для подготовки и осуществления следственных и судебных действий (в этом случае они должны содержать сведения о местонахождении лиц, скрывающихся от органа предварительного расследования и суда, о лицах, которым известны обстоятельства и факты, имеющие значение для уголовного дела, о возможных источниках доказательств, о местонахождении предметов, перечисленных в ч.1 ст.81 УПК РФ, о других фактах и обстоятельствах, позволяющих определить объем и последовательность проведения процессуальных действий, выбрать наиболее эффективную тактику их производства, выработать оптимальную методику расследования по конкретному уголовному делу);
3) использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с требованиями УПК РФ, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств (в данном случае они должны позволять формировать доказательства, удовлетворяющие требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к доказательствам в целом, к соответствующим видам доказательств, содержать сведения, имеющие значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, указания на оперативно-розыскные мероприятия, при проведении которых получены предполагаемые доказательства, а также данные, позволяющие проверить в условиях уголовного судопроизводства доказательства, сформированные на их основе).

Результаты оперативно-розыскной деятельности представляются в виде рапорта об обнаружении признаков преступления или сообщения о результатах оперативно-розыскной деятельности. К каждому из них могут прилагаться полученные при проведении оперативно-розыскных мероприятий фотографические негативы и снимки, киноленты, диапозитивы, фонограммы, видеозапись, носители компьютерной информации, чертежи, планы, схемы, акты, справки, другие документы, а также иные материальные объекты, которые в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством могут быть признаны вещественными доказательствами. Способ фактической передачи результатов оперативно-розыскной деятельности дознавателю, следователю, прокурору или в суд избираются органом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, в каждом конкретном случае с учетом требований нормативно-правовых актов, регулирующих организацию делопроизводства. Основанием для этого служит соответствующее постановление, утвержденное руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность (начальником или его заместителем). Оно составляется в двух экземплярах, первый из которых направляется дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд, второй – приобщается к материалам дела оперативного учета или, в случае его отсутствия, к материалам специального номенклатурного дела.

Оформлению постановления и фактической передаче результатов оперативно-розыскной деятельности может предшествовать рассмотрение вопроса о необходимости рассекречивания сведений, составляющих государственную тайну, содержащихся в представляемых результатах оперативно-розыскной деятельности и их носителей. В таком случае руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность (начальником или его заместителем), выносится постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей.

Как и любые другие сведения, результаты оперативно-розыскной деятельности могут использоваться в процессе доказывания, но при том непременном условии, что они отвечают всем требованиям, предъявляемым УПК РФ к доказательствам (ст.89 УПК РФ). В противном случае, они должны оцениваться как недопустимые.

Таким образом, сведения, полученные оперативным путем, могут быть признаны доказательствами лишь при соблюдении следующих условий:

1. оперативно-розыскные мероприятия производились в соответствии с Законом РФ «Об оперативно-розыскной деятельности»;
2. полученные в результате их проведения сведения имеют непосредственное отношение к обстоятельствам, подлежащим доказыванию по уголовному делу;
3. они собраны и проверены в порядке, установленном УПК РФ.

Таким образом, факт безусловного соблюдения предусмотренного законом процессуального порядка получения информации фигурирующей в уголовном деле, является решающим при определении ее допустимости. По этому же признаку проводится разграничение доказательств от всех других данных (в т.ч. полученных оперативным путем), поступивших дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или суду.

Такая постановка вопроса в УПК РФ означает, что предметы, документы, конфиденциальные сведения, полученные в результате оперативно-розыскных мероприятий, способны трансформироваться в доказательства только путем производства следственных и иных процессуальных действий. Это вполне согласуется с предназначением оперативно-розыскной деятельности, поскольку негласное документирование, как правило, преследует две взаимосвязанные цели: во-первых, выявление любых сведений, имеющих отношение к преступлению; во-вторых, обеспечение реальной возможности их использования в процессе доказывания.

Так, например, при представлении дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд результатов оперативно-розыскной деятельности, полученных при проведении оперативного эксперимента, проверочной закупки или контролируемой поставки предметов, веществ и продукции, свободная реализация которых запрещена либо оборот которых ограничен, к ним прилагается постановление о проведении данного оперативно-розыскного мероприятия, утвержденное руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность (начальником или его заместителем). Если в результате проведения, например, проверочной закупки не удалось в достаточной степени задокументировать подготавливаемое, совершаемое или совершенное противоправное деяние, то ее результаты приобщаются к материалам повторной проверочной закупки, содержащим признаки преступления, которые представляются следователю или прокурору в порядке, установленном соответствующей Инструкцией.

В случае представления дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд результатов оперативно-розыскной деятельности, полученных при проведении оперативно-розыскных мероприятий, ограничивающих конституционные права граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи, а также право на неприкосновенность жилища, к ним прилагаются копии судебных решений о проведении оперативно-розыскного мероприятия. Представление результатов оперативно-розыскной деятельности, содержащих сведения об организации и тактике проведения оперативно-технических мероприятий, используемых при их проведении технических средствах, о штатных негласных сотрудниках оперативно-технических и оперативно-поисковых подразделений, должно в обязательном порядке согласовываться с исполнителями соответствующих мероприятий.

Завершая рассмотрение этого вопроса, следует коротко остановиться на преюдиции (от лат. praejudicio - предрешение). Этим термином принято именовать существующую принципиальную возможность у суда, прокурора, следователя, дознавателя по признанию без дополнительной проверки и повторного доказывания обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным решением по какому-либо другому делу.

Так, в частности, по уголовным делам закон допускает принимать во внимание без дополнительной проверки обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства. Однако такой приговор или решение не могут предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле.

Таким образом, преюдициальные сведения могут использоваться в доказывании при существовании следующих процессуальных условий:

1. наличие вступившего в законную силу приговора или иного решения суда;
2. установленные им обстоятельства;
3. отсутствие сомнений по поводу достоверности этих обстоятельств у суда, прокурора, следователя, дознавателя;
4. признание ими этих обстоятельств достоверными без дополнительной проверки.

Однако преюдиция распространяется только на лиц, участвовавших в предыдущем и последующих процессах, и на их правопреемников. В отношении третьих лиц преюдиция судебного решения не действует. В некоторых случаях она может отпасть. Например, после пересмотра вступившего в законную силу решения ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

темы

документ Доказательства в российском уголовном процессе
документ Опознание
документ Дознание
документ Выемка
документ Досмотр

Не забываем поделиться:



назад Назад | форум | вверх Вверх

Управление финансами
важное

Новые пенсионные удостоверения с 2021 года
Поправки к Конституции РФ в 2020 г.
Дефолт в России в 2020 году
Предоставление кредитных каникул в 2020 году
Девальвация рубля в 2020 году
Как получить квартиру от государства в 2020 году
Не стоит покупать доллары в 2020 г.
Как жить после отмены ЕНВД в 2021
Изменения ПДД с 2020 года
Запрет залога жилья под микрозаймы в 2020 году
Право на ипотечные каникулы в 2020
Электронные трудовые книжки с 2020 года
Новые налоги с 2020 года
Изменения в продажах через интернет с 2020 года
Изменения в 2020 году


©2009-2020 Центр управления финансами. Все материалы представленные на сайте размещены исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.