Управление финансами
документы

1. Акт выполненных работ
2. Акт скрытых работ
3. Бизнес-план примеры
4. Дефектная ведомость
5. Договор аренды
6. Договор дарения
7. Договор займа
8. Договор комиссии
9. Договор контрактации
10. Договор купли продажи
11. Договор лицензированный
12. Договор мены
13. Договор поставки
14. Договор ренты
15. Договор строительного подряда
16. Договор цессии
17. Коммерческое предложение
Управление финансами
егэ ЕГЭ 2017    Психологические тесты Интересные тесты   Изменения 2016 Изменения 2016
папка Главная » Экономисту » Воспроизводство на микро, мезо и макроуровнях

Воспроизводство на микро, мезо и макроуровнях



Воспроизводство на микро, мезо и макроуровнях

Воспроизводство — это процесс постоянного возобновления производства материальных и духовных благ, общественных отношений и самого человека.

Внимание!

Если Вам полезен
этот материал, то вы можете добавить его в закладку вашего браузера.

добавить в закладки

Прежде всего, нужно обратить внимание на теоретические основы воспроизводства.

Три уровня воспроизводства. Воспроизводство человека осуществляется как на уровне семьи, так и на уровне всего общества, с учетом необходимости воспроизводства многогранной природы человека, не только биологической, но и социальной, профессиональной, культурной.

Воспроизводство материального продукта имеет место на трех уровнях:

1) предприятия (микроэкономика);

2) межотраслевых связей многих предприятий (мезо-экономика);

3) в масштабе страны в целом (макроэкономика).

Кругооборот и оборот капитала как процесс воспроизводства на предприятии. Надо отдать должное К. Марксу в его анализе кругооборота капитала. Им выделяются три функциональные формы капитала (денежный, производственный, товарный); три фигуры кругооборота (подготовка производства, процесс производства, реализация созданной продукции).

Триада, или триединство, пронизывает всю духовную, религиозную культуру человечества, его гносеологию и логику. Однако триада раскрывается в ее динамическом цикле, где взаимодействие трех элементов обеспечивает само воспроизводство. Если абстрагироваться от чисто экономических форм (денежного, товарного, производственного капитала), то теория кругооборота и оборота представляет особую логическую конструкцию, причем не застывшую, но являющую собой теорию динамических циклов первооснов бытия, проявляющихся, прежде всего в качестве самой жизни как таковой (т.е. в ее божественном виде, без воплощения в конкретные формы), а затем и в различных ракурсах ее внешнего проявления, в том числе в биологическом плане.

В данном случае имеет место тенденциозная подмена труда на рабочую силу, что является выражением взгляда К. Маркса на покупку предпринимателем не труда, а именно рабочей силы. Если бы это было так, нанятый работник превращался бы в раба, а он остается свободным. Ошибка К. Маркса коренится в другом положении, будто единственным источником всей новой стоимости, в том числе прибавочной стоимости, является труд. Но без средств производства и организационно-управленческой деятельности по комбинированию факторов произвоства один труд ничего не может создать. Новая стоимость создается совокупностью факторов производства в их единстве, в том числе и трудом, но не исключительно им. Предприниматель приобретает именно труд (а не рабсилу), а работник получает заработную плату именно по своему труду. Она может быть существенно занижена. Это происходит при монополизации средств производства немногими нанимателями, с чем связано отсутствие между ними конкуренции на предмет найма работников. Тогда возникает эксплуатация труда нанимателем. Она особенно велика в условиях тотальной монополизации рабочих мест. Наоборот, в случае преобладания спроса на труд, по сравнению с его предложением, уровень зарплаты (цены труда) начинает значительно превышать его стоимость.




Вопреки К. Марксу, труд имеет свою стоимость, точно так же, как ее имеют и природные ресурсы, и созданные человеком средства производства. Стоимость всех этих факторов переносится на стоимость созданной продукции. Откуда же тогда берется прибавочная стоимость? Она — результат комбинирования факторов производства. Это закон не только экономики, но и всего мироздания. Сравним космический хаос, состоящий из беспорядочно мечущихся частиц, и известный нам Космос, организованный в чудесную жизнь. В обоих случаях частицы те же самые (как и факторы производства в экономике), но именно комбинация частиц (факторов), движимая творческим разумом, создает избыток качества — организованную в гармонию жизнь в противовес хаосу. Точно так же прибавочная стоимость в экономике является приростом качества. Это качество приобретает стоимость наряду с тем, что факторы производства тоже обладают стоимостью. Согласно закону сохранения энергии в производстве не возникает ниоткуда новой энергии — лишь одни виды энергии трансформируются в другие. Поэтому стоимость в своем энергетическом аспекте (затраты энергии человека, т.е. абстрактная сторона его труда) не самовозрастает в процессе производства, но лишь переходит из одних форм в другие. Зато возрастает стоимость (получается ее избыток по сравнению с первоначальной— прибавочная стоимость) благодаря новому качеству комбинирования. Более того, готовый продукт в натуре является результатом этого комбинирования, включая комбинирование труда.

Сделаем еще одно уточнение. В советской политэкономии давно заменили термин «капитал» на «фонды» (основные, оборотные, производственные, денежные, товарные и т.д.). В этом не было необходимости. Капитал имеет место даже в условиях исковерканного плановым тоталитаризмом рынка. Если есть купля продажа, то обязательно возникает и капитал.

И наконец, образование стоимости и прибавочной стоимости по своей природе идентично как на Западе, так и на Востоке. Другое дело эффективность такого образования и то, кто распределяет и присваивает прибавочную стоимость. Но это уже находится за рамками производства и обращения, т.е. в области собственности и в сфере распределения. В конечном итоге кругооборот и оборот средств предприятия в условиях и чисто рыночного, и планового, «социалистического» хозяйства выступает именно как движение капитала, выражаемое одними и теми же формулами.

Капитал в процессе своего движения одновременно пребывает в трех функциональных формах: денежной, производственной, товарной. На этой основе происходит специализация сфер деятельности: производственному капиталу соответствует сфера производства и производственные предприятия, товарному — сфера товарного обращения (торговля) и торговые предприятия (оптовые и розничные), денежному — денежное обращение и банки, а также другие кредитные учреждения (страховые компании, пенсионные фонды и т.д.).

К. Маркс выделяет основной капитал и оборотный капитал, а также постоянный и переменный капитал. В первом виде деления капитала К. Маркс в целом не ошибся. Действительно, основной капитал воплощен в материально-вещественные средства производства, используемые в течение ряда лет (здания, сооружения, машины, оборудование и др., а также природные ресурсы)". Поэтому стоимость основного капитала постепенно частями переносится на стоимость готового продукта. Из ее состава начисляют амортизацию для последующей компенсации износа основного капитала. В этой связи его стоимость раздваивается. Одна часть сохраняется как остаточная стоимость изношенного капитала, другая выступает в виде начисленной суммы амортизации (амортизационного фонда). Различают физический износ основного капитала и моральный. Последний выступает в двух формах: потеря стоимости основного капитала в результате Снижения стоимости изготовления тех же самых средств производства под влиянием роста производительности; потеря стоимости основного капитала в результате появления новых, качественно лучших средств производства.

Оборотный капитал воплощен в материально вещественные средства производства, используемые в одном производственном цикле (сырье, материалы, полуфабрикаты и т.д.), а также выступает в виде капитала, направляемого на оплату труда. Стоимость оборотного капитала сразу, одновременно с изготовлением переносится на стоимость созданного готового продукта.

Марксистское деление капитала на постоянный и переменный носит искусственный характер, являясь следствием надуманной теории прибавочной стоимости. По К. Марксу, переменный капитал затрачивается на покупку рабочей силы, она создает стоимость большую, чем имеет сама, происходит самовозрастание стоимости, т.е. образование прибавочной стоимости. Именно вследствие самовозрастания (перемены величины) возник термин «переменный капитал». Остальной капитал К. Маркс назвал постоянным (его стоимость якобы только переносится, но не самовозрастает). Однако это ошибочно. Самовозрастает весь капитал как единое целое, а не только какая-то одна его часть. Деление капитала на постоянный и переменный приходится признать столь же надуманным, как и всю марксистскую теорию прибавочной стоимости.

В современных условиях возникает проблема: куда отнести капитал, выступающий в форме информации:

Во-первых, информация воплощена в технический уровень средств производства как основных, допустим станков, так и оборотных, например новый вид сырья. Здесь капитал в виде информации, следуя за движением материальных ресурсов в соответствии с его характером, делится на основной и оборотный.

Во-вторых, информация может выступать в чистом виде (научно-техническая разработка, анализ рыночной конъюнктуры на момент времени и т.д.). В таком случае, если информация и вложенный в нее капитал используются длительный период, имеет место формирование основного капитала, если информация используется сразу, налицо оборотный капитал.

Величина прибавочной стоимости по отношению к величине авансированного капитала, помимо прочих факторов, зависит и от того, насколько быстро оборачивается весь каптал. Прибавочная стоимость выступает в форме прибыли. Если прибыль разделить на авансированный капитал и умножить на 100%, то получим норму прибыли. Она отличается от нормы прибавочной стоимости в результате лишь конъюнктурных факторов.

Допустим, два предприятия, выпускающие однотипную продукцию, имеют одинаковый авансированный капитал (по 10 млн. долл.), сходную норму прибыли (20%), но скорость оборота у одного предприятия в 1,5 раза больше, чем у другого. Соответственно оно получит в 1,5 раза большую прибыль.

Скорость кругооборота и оборота имеет колоссальное значение для эффективности хозяйствования. Она зависит как от применяемой технологии, так и от того (а это чаще всего главное), насколько быстро и слаженно одни стадии кругооборота переходят в другие. Например, многоэтажный жилой дом обычно возводят в течение нескольких месяцев. Однако такой же дом на экспериментальной площадке возводили за 4 дня, но при этом график подвоза компонентов строительства был рассчитан и соблюдался вплоть до минуты.

Ускоренное и слаженное протекание кругооборота и оборота капитала является одной из важнейших сфер проявления комбинирования производства, причем в результате организационно-управленческой деятельности, которая в современных условиях носит четко выраженный производительный характер точно так же, как труд ученого, инженера, техника, рабочего.

Теория кругооборота и оборота капитала важна для правильного уяснения природы экономической жизни. Она всегда выступает в виде цикла, т.е. расширяющихся или сужающихся спиралей производства тех или иных товаров. Все создаваемое служит свой срок, после чего заменяется на новое. В странах Запада давно уже экономический рост выражается не столько в росте объемов (количество потребляемого сырья и энергии даже снизилось в 80е годы при росте конечной продукции), сколько в замене старой, пусть физически годной, техники, на новую, более совершенную. При этом организация и управление экономической жизнью предполагают сложнейшую работу по координации синхронной замены морально, а тем более физически изношенных средств производства.

Иначе в тоталитарной плановой экономике. Она не приемлет кругооборота и оборота. Ей присуще ив круговое, или спиральное, но прямолинейное движение вперед, как прокладывание проекции для наезженной колеи. Тоталитарные плановики под руководством партократов планируют все на века, загодя накапливая объекты материально-технической базы «светлого будущего». В первые пятилетки эти объекты еще не успевали состариться и делались довольно добротно (дисциплина труда еще существовала, не успев опуститься до настоящего уровня). По прошествии же более семидесяти лет многое построенное пришло в ветхость, так и не дождавшись служения «светлому будущему». И если многое не заменяли в течение десятилетий, то когда дальше ждать нельзя, нужно слишком колоссальное количество старой техники срочно заменить на новую. Это — расплата за прошлую беспечность.

Чтобы быстро, четко и слаженно функционировали межотраслевые связи, существуют два способа:

1) создание крупнейших межотраслевых и многоотраслевых фирм, когда их общее руководство организует взаимные поставки между специализированными предприятиями разных отраслей;

2) высокий уровень организации рынка и его мощная материальная и информационная инфраструктура, что позволяет быстро и слаженно обеспечивать любые межотраслевые поставки.

Западная рыночная экономика широко использует оба способа одновременно. Тоталитарная плановая экономика практически не применяет ни того, ни другого. Последнее не случайно. Ведь оба эти способа предполагают рыночное установление связей между предприятиями и формирование надстроечных управленческих структур (правление концерна) на основе этих же рыночных связей. В тоталитарной плановой экономике действует принцип общего котла, как для денег, так и для материальных ценностей, причем находящегося в абсолютной власти единого центра. В тоталитарной плановой экономике все производственные поставки монополизированы государством, и оно не хочет от этого отказываться. Кроме того, здесь возникает колоссальная возможность мощного обогащения чиновничьего аппарата. Допустим, государственная цена 1 т бумаги 3000 руб. На черном рынке ее цена доходит до 10 ООО—40 ООО руб. Если чиновник, распоряжающийся распределением бумаги, позволит купить оптовому спекулянту 100 т бумаги по цене 5000 ТЫС.; руб. (по 2000 руб. за каждую тонну сверх официальной цены тот передает ему в виде взятки), то только одним росчерком пера номенклатурный снабженец «заработает» 200 тыс. руб. Это эквивалентно заработной плате низкооплачиваемого работника за период более чем 100 лет, среднеоплачиваемого — 40 лет, «высокооплачиваемого» — 20 лет.

Централизованное распределение производственных ресурсов на базе их тотальной монополизации связано с теоретической идеализацией и практической абсолютизацией всеобщего государственного планирования.

Государственное планирование в условиях существования урезанных и выхолощенных по своему содержанию товарно-денежных отношений не может уйти от неизбежного триединого процесса:

1) производство продукции;

2) ее денежная оценка в форме цены;

3) поставка продукции потребителю. В нормальной экономике, например, каждый из этих процессов активно влияет на другие. Цены влияют и на производителя, стимулируя его активность, и на потребителя, влияя на выбор приобретаемого товара. В свою очередь, на уровень цены оказывает влияние взаимодействие производителя и потребителя на рынке в форме спроса и предложения.

Иначе происходит в системе тоталитарного планирования. Исходя из марксистского принципа примата сферы производства над сферами обмена и распределения, планирование концентрируется, прежде всего, на производстве продукции и услуг. Тоталитарный план представляет собой иерархически организованную совокупность приказов произвести те или иные виды продукции или услуги в натуре или в стоимостном объеме, последнее — по причине физической невозможности охватить абсолютно все виды продукции и услуг, несмотря на желательность этого для тоталитарного управления.

Тоталитарный план отражает огосударствление всей или почти всей экономики и то, что средства производства, по существу, принадлежат классу чиновников. Согласно концепции такого плана все производители должны изготовлять только то, что считает нужным хозяин — государственный аппарат, лучше всех якобы знающий интересы всего общества и служащий его целям. Все, что приказал (заказал) произвести хозяин, принадлежит только ему. Но что делать госаппарату с массой произведенной продукции? Сам он может потребить лишь ее некоторую часть. Основную массу продукции госаппарат может продать. Но кому? Только другим собственникам, а они существуют только за рубежом. За границу и продается все, что можно продать (в основном природные ресурсы). Внутри тоталитарного общества, по крайней мере, в экономическом отношении, все люди потенциальные или актуальные рабы госаппарата, поэтому продавать им часть созданной продукции бессмысленно — они лишены свободы, собственности, полноценных денег. Остается единственный вариант: распределять производственные ресурсы между предприятиями.

Это происходит в двух основных формах:

1) выделение «карточек» (фондов) на приобретение конкретного производственного ресурса в определенном количестве;

2) принудительное прикрепление поставщика к потребителю, когда первый обязан поставить второму запланированное количество той или иной продукции по утвержденной сверху цене, а потребитель обязан ее купить, даже если она ему не нужна.

Наряду с тоталитарным распределением производственных материальных ресурсов, госаппарат (через Минфин и его органы) распределяет между предприятиями массу псевдо-денег (в безналичной форме в виде записей на банковских счетах и в наличной форме для выплаты зарплаты). С целью достижения хотя бы приблизительного соответствия между распределением товарной и денежной массы, госаппарат (через Госкомцен и его звенья) административным путем утверждает цены, игнорирующие рыночный механизм ценообразования.

Таким образом, псевдо-рынок в форме производственных поставок, псевдо-цены являются следствием тотального общегосударственного планирования. Псевдо-деньги, как и вся совокупность якобы товарно-денежных отношений, служат лишь второстепенным придатком системы тотального планирования.

Этот придаток, однако, выполняет ряд необходимых тоталикратии (властям) функций:

1)            накручивание объемов стоимостного вала для создания у населения иллюзии быстрого наращивания темпов экономического роста;

2)            хотя бы приблизительный учет в денежной форме ресурсов, находящихся в распоряжении тоталикратии, поскольку учесть все только в натуре она физически не в состоянии;

3) обеспечение всеобщности планирования при невозможности охватить им слишком обширную номенклатуру продукции;

4) выплата населению наличных псевдо-денег и предоставление ему возможности по своему усмотрению тратить их на рынке неходовых потребительских товаров (ходовые товары распределяются и лишь в виде исключения поступают в открытую продажу), с целью создания у населения иллюзии экономической свободы в сфере потребления;

5) личное обогащение тоталикратии за счет манипуляций в сфере товарно-денежных отношений;

6) усиление эксплуатации народа, поскольку безденежное распределение продукции и услуг должно было бы соответствовать прожиточному уровню, а за той или иной суммой зарплаты можно скрыть от общественности жизнь десятков миллионов людей за порогом бедности.

По существу, без рыночные производственные поставки, лишь принимающие оболочку товарно-денежных отношений и будучи привязаны к тоталитарному планированию, принципиально не могут быть организованы на сколько-нибудь приемлемом уровне по двум основным причинам: косная и ограниченная, несмотря на разбухание аппарата, тоталитарная система управления поставками не способна объять необъятное — сложнейший комплекс межотраслевых связей; корыстные интересы чиновников всегда отклоняют реальные направления поставок от оптимальных.

В итоге для тоталитарной экономики характерна всеобщая дезорганизация производственных поставок в форме их всеохватывающей бюрократизации.

Это имеет ряд следствий, губительно сказывающихся на эффективности экономики:

1.            Хроническое недоиспользование производственных мощностей всех предприятий. В течение многих лет ритмичность работы большинства предприятий по декадам месяца характеризуется примерно такими данными: I декада — 10—15%, II декада— 15— 20%, Ш. декада — 65—75% выпускаемой за месяц продукции. Если бы предприятия работали равномерно, полностью используя производственные мощности, но не доходя до штурмовщины, характерной для Ш декады, объем производства по народному хозяйству при тех же самых мощностях можно было бы увеличить примерно в 1,5 раза. Главная причина неритмичности — неотрегулируемость в производственных поставках, их поступление в основном в  декаду (т.е. к концу месячного планового периода), ибо все ориентировано не на реальные потребности в форме рыночного спроса, а на выполнение плановых показателей.

2.            Штурмовщина, связанная в конечном итоге с отсутствием должной организации производственных поставок, приводит к резкому снижению качества всей продукции без исключения.

3.            Дезорганизация поставок и их привязанность к пятилетним планам тотальным образом тормозит научно-технический прогресс:

а)            для внедрения новой техники необходимо организовать новый круг производственных поставок; но все поставки, по существу, расписаны на 5 лет вперед. Часто нужно ждать новой пятилетки, чтобы попасть в новый план поставок, за это время новая техническая идея становится устаревшей;

б)           хозяйственных руководителей ориентируют не на новую технику, качество продукции и удовлетворение рыночного спроса, а на выполнение объемных плановых показателей.

Кроме того, особо мощным стимулом хозяйственного руководства является круговая система взяток и воровства. В этих условиях нет стимула тратить силы на внедрение новой техники. К тому же система подбора кадров для управления приводит к выдвижению послушных исполнителей, внутренне безынициативных людей. Они не способны внедрять новую технику вообще, тем более быстро и динамично. Отсюда вытекает закон «наезженной колеи» как один из важнейших законов неэффективности тоталитарной плановой экономики. Усилению действия этого закона, способствует принцип планирования от достигнутого объема производства каждого вида изготовляемого продукта. Централизованное планирование не способно учесть всей сложности реальной обстановки, и оно вынуждено планировать в основном от достигнутого уровня, за исключением волевым образом принятых решений об освоении новых или расширении старых видов продукции, в которых непосредственно заинтересована тоталикратия. В таких условиях даже в следующей пятилетке не удается изменить направления поставок под углом зрения их ориентации на производство новой Техники и новых потребительских товаров.

4.            Ненадежность поставок деформирует производственную структуру народного хозяйства всей страны, прежде всего промышленности. Не надеясь на поставщиков, предприятия и отрасли в целом сами организуют у себя производство возможно большего количества компонентов изделий, что без специализированной технической базы нередко в десятки, раз удорожает себестоимость полуфабрикатов, инструмента, деталей и т.п. собственного производства, которое заведомо обречено на полу кустарщину и техническое отставание, что не дает возможности выпускать на должном уровне и продукцию, являющуюся профильной для предприятий и отраслей.

5.            Поставки, могущие быть сорванными в любой момент, вынуждают предприятия скапливать про запас колоссальное количество излишних материальных ресурсов. При этом вместо того, чтобы опираться на крайне ненадежное централизованное материально-техническое снабжение, предприятиям выгоднее копить один вид дефицита (в тоталитарной экономике почти все дефицит), чтобы менять его на другой. Натуральный обмен крайне широко распространен в тоталитарной экономике. Помимо прочего, он коренится в искусственном дефиците, который возникает в существенной мере от того, что каждое предприятие копит многолетние запасы ресурсов. Это крайне неэкономично не только потому, что у одного предприятия находится лишнее сырье, а у другого стоит производство изза отсутствия этого сырья. Концентрация ресурсов на складах отдельных предприятий (вместо крупных межотраслевых баз и складов с высоким уровнем, как режима хранения, так и автоматизации учетных, погрузочных и разгрузочных работ при высокой мобильности ресурсов) приводит к порче огромного количества ценностей, крайне высокой себестоимости хранения, погрузочно-разгрузочных работ. Любопытно, что концентрацию производственных запасов на складах отдельных предприятий большинство советских экономистов трактовало как «важное преимущество» социализма, а на Западе, мол, кризис, затоваренность, поэтому сфера обращения переполнена запасами (они находятся на крупных базах и складах и быстро вовлекаются в оборот), а в СССР большая часть запасов (две трети) сконцентрирована в производстве (гниет и ржавеет на складах отдельных предприятий).

6.            Всеобщий дефицит производственных ресурсов сочетается с их монополизацией министерствами и ведомствами, предприятия которых разбросаны по всей стране. Допустим, предприятию, расположившемуся в Мурманске, нужна резина, которая имеется в избытке совсем недалеко на складах, находящихся в системе другого министерства, а потому не может быть продана данному предприятию. Руководящее им министерство тоже имеет избыточную резину, но на складах во Владивостоке, В результате, вместо того чтобы перевезти резину за несколько десятков километров, ее везут за тысячи километров. По всей стране возникают огромные и не оправданные экономически перевозки, но неизбежные в тотальной системе административного распределения.

7.            Дезорганизация и дефицит всех производственных ресурсов приводят к разрастанию теневого рынка, разворовыванию запасов (особенно в форме официального списания) и лавине взяток, обогащению людей, связанных с материально-техническим снабжением. Возникает масса должностей по выколачиванию и добыванию материальных ресурсов (толкачей, часто оформляемых на совсем другие должности). При всем паразитизме такого теневого рынка ресурсов (примитивного, часто в виде натурального обмена), он выполняет роль «смазки» для неразворотливой системы материально-технического снабжения, которое без него было бы парализовано. Это вызвало бы остановку производства. Таким образом, по своей природе тотальная официальная экономика немыслима без ев пронизывания в каждом сколько-нибудь существенном нерве экономикой теневой, преследуемой по закону и поощряемой реальной властью. Неизбежность массовых экономических преступлений делает подданных более управляемыми, так как почти каждого второго управленца можно приговорить к заключению на законном основании. Если он послушен тоталитарной власти, она смотрит на его экономические преступления сквозь пальцы, но стоит ему ослушаться, судебная расправа не замедлит последовать.

Но если теневая экономика неизбежное следствие тоталитарного планирования и снабжения, то почему в период правления И.В. Сталина она не принимала столь огромных размеров, как в последующее время? Во-первых, в тот период масштабы производства были много меньше, а производственные межотраслевые связи в тысячи раз проще, что делало возможным для центра более или менее сносно организовывать поставки. Во-вторых, и тогда имели место взятки и натуральный обмен, хотя, конечно, были они не столь распространены. Что касается крупных подпольных предприятий, то имеются сведения об их существовании. Так, во время войны и в первые послевоенные годы действовало крупное строительное предприятие частных бизнесменов, замаскированное под воинскую часть. Заправилы теневого бизнеса ходили в офицерских погонах, объекты охраняла псевдо-военная охрана. Оборот предприятия составлял десятки миллионов рублей. Оно имело свой счет в банке, печать, бланки, привлекало сотни вольнонаемных работников, не подозревавших о нелегальности предприятия. Раскрыли его случайно. Один из обиженных работников написал жалобу в Министерство обороны на воинскую часть. Но там воинской части под таким номером не обнаружили. Началось расследование, и обман раскрылся. Характерно, что обстановка всеобщей секретности помогала осуществлению махинаций. Ни один из контролирующих органов, за исключением военных, не имел права инспектировать предприятие, военные контрольные органы не делали этого, поскольку не знали о его существовании.

Воспроизводство на уровне макроэкономики. Изучение воспроизводства в масштабе всего общества основано на анализе макроэкономических пропорций: между отраслями, производящими средства производства (I подразделение) и предметы потребления (II подразделение), между накопляемой и потребляемой частью прибавочной стоимости, сферами народного хозяйства (промышленностью, транспортом, сельским хозяйством и др., производственной и непроизводственной сферами), регионами страны, денежной и товарной массами, между экспортом и импортом и множество других.

Исследованием пропорций воспроизводства, как в прошлом, так и в настоящее время занималось и занимается великое множество экономистов, уделяя особое внимание динамическому развертыванию этих пропорций во времени, что находит свое обобщающее выражение в темпах экономического роста.

Всякие теоретические концепции макроэкономического воспроизводства основываются на качественном анализе, после чего разрабатываются экономико-математические модели. Такие модели могут быть полезны, но нужно помнить об их ограниченности. На базе метода регрессивного анализа экономисты математики пытаются найти объективную зависимость между факторами производства и результатом их комбинирования, с одной стороны, и темпами экономического роста — с другой. При этом они заняты поиском оптимального сочетания факторов и основных пропорций производства с целью получения оптимального результата — относительной максимизации производимой продукции при относительной минимизации затрачиваемых факторов производства. Ошибка многих экономистов математиков в том, что они пытаются найти закономерности жестких (точных) связей между комбинацией факторов производства и темпами его роста. Однако такие закономерности отсутствуют, потому что стоимостные пропорции воспроизводства (натуральные пропорции при помощи экономико-математической схемы невозможно охватить по причине их сложности и многообразия) будут приводить к совершенно разным результатам в зависимости от конкретных обстоятельств.

Наблюдение за изменением пропорций воспроизводства имеет практическое значение для выработки экономической политики государства по косвенному регулировании экономики.

Различают два основных варианта такого регулирования:

1 вариант (при переизбытке экономической активности, превосходящей суммарный общественный спрос) предполагает увеличение налогов на предпринимателей и повышение величин резервного капитала, который коммерческие банки должны держать на счетах центрального банка, в связи, с чем уменьшается общая сумма кредитных ресурсов, что ведет к росту процента за кредит и замедляет экономическую активность.

2 вариант (для стимулирования экономической активности) характеризуется снижением налогов на предпринимателей, сокращением банковских резервов, что уменьшает банковский процент. Оба варианта воздействуют на экономику в целом. Часто возникает необходимость стимулировать отдельные, наиболее важные для государства отрасли. Для этого устанавливаются налоговые льготы, выделяют субсидии, разрабатывают государственные программы. Большое значение в регулировании экономики играет экспортноилтортная политика. Ее рычаги: стимулирование экспорта субсидиями и налоговыми льготами, ограничение импорта высокими таможенными пошлинами и не таможенными барьерами или, наоборот, предоставление режима благоприятствования для импорта.

Нужно всегда иметь в виду, что воспроизводство на макроэкономическом уровне является результатом переплетения кругооборотов капитала отдельных предприятий, образующих комплексы межотраслевых связей (уровень мезо-экономики). При этом материальные интересы и стимулы каждого в отдельности организуются сначала в форме взаимно противоположных актов купли продажи, а уже их синтез по всем иерархическим уровням приводит к макро экономическому воспроизводству, в нем соответственно синтезируются экономические интересы каждого члена общества. Это предполагает регулирование воспроизводства на всех трех уровнях (микро, мезо, макро) при их взаимосвязи и взаимовлиянии.

В нормальной экономике активные, творческие импульсы идут одновременно и снизу вверх, и сверху вниз. В тотальной плановой экономике вся активность идет только сверху вниз, а потому ее идеалом всегда является полная подчиняемость нижестоящих вышестоящим. Но нижестоящие в такой ситуации всегда подчиняются формально, а по существу уклоняются в свой интерес, становящийся теневым, нелегальным. Попытки управлять всем макроэкономическим воспроизводством из одного центра утопичны, прежде всего, по причине игнорирования подлинных интересов каждого в отдельности из миллионов людей. Эти интересы, даже в условиях жесточайшего запрета, все равно проявятся. В итоге фактическое состояние экономики будет очень сильно отличаться от того, каким ему приказано быть тоталитарной властью, составляющей заведомо оторванные от жизни пятилетние и годовые планы, шумно пропагандируемые программы (типа продовольственной). Даже при абстрактном допущении нейтрализации личных интересов людей (для этого они должны были бы стать биороботами, что предполагает программирование их поведения при помощи генной инженерии, инъекций гормонов, гипнотическую обработку психики), компьютерная техника в обозримом будущем не сможет обеспечить планирование всей экономики из одного центра. С другой стороны, компьютерные связь и управление прекрасно приспособлены к организации рыночных отношений именно на микро и мезо-уровнях, что значительно улучшает сбалансированность современной рыночной экономики.

Основателем теории макроэкономического воспроизводства был Франсуа Кэне. Рожденный в простой крестьянской семье, он проявил огромную тягу к знаниям. Ему удалось стать сельским фельдшером, а потом подняться до личного врача маркизы де Помпадур. Политэкономией Ф. Кэне увлекся в возрасте 60 лет, тем не менее, ему удалось войти в историю экономической мысли.

К. Маркс развил идеи Ф. Кэне, представив схемы реализации совокупного общественного продукта, однако с массой абстрактных допущений, в том числе о неизменности органического строения капитала". В.И. Ленин конкретизировал схемы К. Маркса, введя в них рост органического строения капитала. В итоге В.И Ленин сделал вывод о преимущественных темпах роста средств производства по сравнению с предметами потребления в качестве закона, действующего во всяком крупном машинном производстве. Этим законом власть оправдывала форсированное развитие тяжелой индустрии в ущерб росту народного благосостояния. Ленинские абстракции, однако, отражали частный случай экономического роста, могущего происходить и при опережении темпов роста II подразделения над темпами роста I подразделения.

К. Маркс сначала анализирует схемы реализации совокупного общественного продукта в условиях простого воспроизводства. Это чистая абстракция, потому что реальное воспроизводство за сравнительно длительный период времени всегда расширенное, при сужении воспроизводства отдельных, морально изживающих себя товаров. В условиях тоталитарной плановой экономики возникает парадокс суженного воспроизводства при массированных капитальных вложениях на протяжении нескольких пятилеток подряд. Так, по многим областям страны, несмотря на массированные капитальные инвестиции, объем сельхозпродукции снизился. В рыночной экономике сужение производства может иметь место лишь в периоды экономического спада, что с избытком перекрывается в периоды экономического подъема. Предельная абстрактность простого воспроизводства со стороны К. Маркса видна и из того, что он предполагает при этом использование прибавочной стоимости в масштабе всего общества только на личное потребление. Такого никогда не бывает и не может быть, поскольку часть прибавочной стоимости всегда накопляется. Правда, в чисто познавательном плане абстракция простого производства помогает уяснить основы пропорций реализации совокупного общественного продукта.

В период написания «Капитала» и еще ряд десятилетий спустя именно изза периодического нарушения этой пропорции возникали порой очень жестокие экономические кризисы. В основе марксовой теории капиталистического цикла лежало противоречие между расширением производства (капитал стремится к самовозрастанию) н узким платеже-способным спросом населения, вызванным недостаточностью у него денег, по причине их концентрации у капиталистов.

В итоге возникал такой цикл:

1 этап — подъем, когда расширение экономики все увеличивало спрос на средства производства, что подогревалось и кредитом, ускорявшим перерастание объемов выпускаемой продукции рамок платежеспособного спроса;

2 этап — кризис, когда спрос резко падает, передаваясь по цепной реакции всем предприятиям, что приводит к разорению многих из них, еще более усиливая кризис;

3 этап — остановка падения производства на определенном уровне;

4 этап — оживление, связанное с внедрением новой техники, рационализацией и т.п., что раньше или позже обеспечивает подъем. Затем все начинается сначала.

В современной экономике Запада социальное государство и профсоюзы обеспечивают распределение и перераспределение национального дохода в пользу основной массы населения (в странах Запада на заработанную плату приходится в среднем 60% национального дохода, в бывшем СССР — 37%), а в современной России — всего около 10%)). Кроме того, методы маркетинга, рыночная информация, работа промышленности по предварительным заказам (около 50%) объема производства), с одной стороны, государственное регулирование экономики — с другой, все это, вместе взятое, значительно смягчило фазы капиталистического цикла, не допуская опасных нарастаний кризисов перепроизводства. 

Совсем иначе обстояли дела с соотношением производства и потребления в СССР. Основу потребления за все годы правления тоталикратии составлял военно-промышленный комплекс, при выделении ресурсов на народное потребление по остаточному принципу. Поскольку реального рынка, рыночного регулирования, подлинных денег не было, основная диспропорция тоталитарной экономики, связанная с ее перманентной ориентацией на подготовку к масштабной войне при обнищании народа, очень долго не проявлялась в кризисном ухудшении экономических показателей. Если в экономическом кризисе больная рыночная экономика ищет и находит пути выздоровления, то тоталитарная плановая экономика загоняет кризис (болезнь) вглубь. Его якобы нет на протяжении многих десятилетий, но уж если он выйдет на поверхность, то известные из истории кризисы капиталистического хозяйства покажутся его бледной тенью. В условиях стагнации экономического механизма хозяйствования (за все годы перестройки поменялись его маски, но сам он остался прежний) экономический кризис выходит на поверхность медленно, но столь масштабно и угрожающе, что, если не принять адекватных мер, может возникнуть массовая разруха хозяйства, чреватая голодом и нищетой.

Экстенсивное и интенсивное воспроизводство. Производство может быть экстенсивным (расширяющимся на неизменном уровне организации, управления, техники) и интенсивным (расширяющимся на качественно новом уровне организации, управления, техники). В действительности воспроизводство и экстенсивно, и интенсивно с преобладанием того или другого.

Если в индустриально развитых странах Запада воспроизводство интенсифицировано в очень сильной степени, то в СНГ (СССР) — весьма незначительно. Расширяясь на экстенсивной основе, советское воспроизводство требует все больше сырья, энергии, людских ресурсов. Когда возможности их расширения исчерпываются, начинается стагнация производства, воспроизводство перестает расширяться и даже сужается. Лишь интенсификация способна вывести из кризиса, поскольку позволяет расширять производство при сокращении (экономии) затрат сырья, энергии, труда. Однако многократные призывы съездов КПСС интенсифицировать производство не пошли дальше пропагандистских лозунгов.

Фальсификация статистики и что она пытается скрыть. Доскональный анализ пропорций воспроизводства предполагает изучение соответствующих статистических данных. Однако советской статистике нельзя доверять по ряду причин.

Прежде всего, в результате фантастической искаженности всех цен объемные стоимостные показатели (национальный доход, прибыль по отраслям хозяйства, себестоимость продукции, стоимость основных фондов, доходы и расходы государственного бюджета и т.п.) являются недостаточно достоверными. Одно дело если в рыночной экономике произведен станок, цена которого в результате спроса и предложения составляет 100 тыс. долл. Эту сумму можно с полным основанием включить в состав национального продукта. Другое дело, когда произведен станок в тоталитарной плановой экономике. Ценовая бюрократия может установить цену на него и 100 тыс. руб., и 1 млн. руб. В любом случае, выполняя плановую дисциплину в системе материально-технического снабжения, предприятие потребитель обязано купить станок по любой цене. Парадоксально, но факт: цена 1 млн. руб. ему выгоднее, чем 10 тыс. руб. Почему? Затраты на покупку станка в 1 млн. руб. будут отнесены на себестоимость за счет увеличения амортизации в ее составе. Прибыль в составе цены на его продукцию будет определена пропорционально величине себестоимости и стоимости основных фондов. В итоге увеличится объем реализации, величина прибыли, как следствие возрастут фонды поощрения и зарплата. Улучшатся все плановые показатели, ведь «произведено» продукции на большую сумму денег, больше получено прибыли. В рыночной конкурентной экономике этого бы не произошло — сверхдорогую продукцию, к тому же сомнительного качества, никто бы не купил. В плановой экономике сбыт такой продукции гарантирован. Предприятия потребители не только обязаны ее купить, им это к тому же и выгодно. Но если цену на этот же станок установить в 100 тыс. руб., то, как выйдет из положения предприятие изготовитель, у которого себестоимость производства этого станка много выше? Оно может получить дотацию из госбюджета. Такая ситуация типична, особенно если учесть, что в промышленности бывшего СССР примерно 20% предприятий были планово-убыточны, а в сельском хозяйстве много больше. Однако есть и другой способ покрытия убытков, без того чтобы прибегать к дотациям бюджета. Допустим, ценовые органы занижают цену на один вид продукции предприятия в 10 раз и одновременно завышают в 20 раз цену на другую продукцию этого же предприятия. Тогда оно становится рентабельным, образует значительные поощрительные фонды, будет иметь хорошие планово-экономические показатели. К такому трюку тоталикратия прибегает очень часто. Но зачем? С целью скрыть от общественности реальные пропорции распределения национального дохода, замаскировать ориентацию экономики на целевые установки тоталикратии под служение интересам народа.

Главное, что скрывается тоталикратией от общественности, это:

а) финансирование вооружений не на уровне оборонной достаточности, а для военного шантажа всего несоциалистического мира и захвата при случае его слабых или кажущихся слабыми звеньев (Афганистан, например);

б) подрыв западного общества и расширение всевозможных революционных движений;

в) паразитическая роскошь высших эшелонов власти (низшие эшелоны посажены на самоуворовывание, с отчислением взяток — «налогов» наверх). Сокрытию от непосвященных всех этих расходов способствует распределительная сегментация рынка. При этом один и тот же рубль на разных сегментах рынка имеет разную покупательную способность. Например, в системе материально-технического снабжения оптовая цена автомобиля может быть 20 ООО руб., розничная цена — 100 ООО руб., цена на черном рынке — 450 ООО руб.

Одно время назывались военные расходы СССР на уровне 20 млрд. руб. Затем было официально признано, что этот уровень примерно в 4 раза выше (около 80 млрд. руб.). Можно ли верить, что эти данные уже соответствовали действительности? Для этого нужно допустить такую возможность: советская экономика, будучи крайне неэффективной и расточительной в гражданском секторе (при затрате энергии, сырья, материалов в 2—3 раза больше на производство техники по сравнению с уровнем затрат в развитых странах, эта техника недостаточно конкурентно-способна в мире), при изготовлении военной продукции демонстрирует эффективность, во много раз превосходящую эффективность американских фирм. Неужели военный паритет с США, тративших на оборону около 300 млрд. долл. в год, обеспечивался в бывшем СССР суммой в ...80 млрд. руб.?

По расчетам известного экономиста Г.И. Ханина, уровень советских военных расходов на конец 80х годов составлял 200 млрд. руб. в год. Если учесть нищенскую зарплату офицеров, бесплатную службу рядовых, то сумму 200 млрд. руб. можно принять близкой к истине, но с одной оговоркой. Это не внутренние в конец обесцененные рубли, с которыми советский покупатель ходил по магазинам, а рубли, эквивалентные по покупательской способности инвалютным, которые примерно на четверть превышают покупательскую способность долларов, т.е. в данном случае речь идет о сумме 250 млрд. долларов в год. Когда бывший СССР закупал за рубежом ширпотреб за доллары, он продавал его на внутреннем рынке от 20 до 100 раз дороже. Эти данные проскальзывали на страницах официальной советской печати. Возьмем минимум — 1 к 20. Допустим, страна сократила бы реальные военные расходы на 15%, т.е. на 37,5 млрд. руб. На эту сумму можно было бы закупить за рубежом ширпотреб, по внутренним розничным ценам того времени оцениваемый 750 млрд. руб. Сравним: весь розничный товарооборот страны, включая продтовары и промтовары (без колхозного рынка и теневой экономики), в недавнем прошлом составлял около 450 млрд. рублей в год. Итак, 15% военных расходов представляли чуть ли не вдвое большую реальную величину, чем вся зарплата рабочих и служащих страны, доходы колхозников, получаемые ими в качестве «распределения по труду».

Советская политэкономия уже в течение многих лет утверждала, что три четверти национального дохода страны идет на потребление и одна четверть на накопление. С учетом искажения всех цен данное утверждение — такая же фикция, как и все остальные официальные пропорции. Например, в целях «доказательства» поворота промышленности на производство предметов потребления пропаганда приводила сравнения такого типа: за пять лет отрасли группы А выросли на 20%, а группы Б — на 25%). Но что значат эти проценты, будь они даже близки к истине? Один имеет капитал 10 млн. руб. и увеличивает его за пятилетие на 2 млн. руб., т.е. на 20%). Другой имеет капитал 1 млн. руб. и увеличивает его за этот же срок на 250 тыс. руб., или на 25%. Какой рост больше в реальном наполнении: 25 или 20%)?

К тому же в теории воспроизводства тоталитарной экономики в составе предметов потребления не выделяются предметы народного потребления и предметы военного потребления. Это позволяет иначе взглянуть на соотношение в темпах роста I и II подразделений общественного производства. Часто можно услышать тезис о том, что форсирование в течение многих лет развития I подразделения приводит к крайней недоразвитости и подразделения. Это не совсем точно. В военном секторе экономики форсировалось развитие как I., так и II подразделений. Напротив, в гражданском секторе экономики в хиреющем состоянии находится не только II подразделение, но и I подразделение; другими словами, экономика страдает не только от острой нехватки товаров широкого потребления, но и от не менее острого недостатка средств производства.

Официальной статистике нельзя верить не только в части стоимостных показателей, но и в части натуральных. Здесь существуют разные способы дезинформации. Например, данные об урожае можно дать на корню (а не в закромах), рапортуя о том, что произведено столько-то миллионов тонн Зерна. Используются и прямые приписки. Так, в Узбекистане ежегодно приписывали 1 млн. тонн хлопка, который фигурировал в стат. отчетности. Натуральные показатели без учета качества продукции мало что говорят. Ясно, что советский или американский автомобиль или трактор, квадратный метр жилья и т.п. — это далеко не равноценные вещи.

Заметим, что не только широкая общественность, но и сама тоталикратия не знает реальных пропорций воспроизводства, не только потому, что статистические данные на каждой иерархической ступеньке снизу вверх искажаются, прежде чем будут собраны в одно целое для пользования высшим руководством, но и по причине отсутствия подлинно экономических цен, без которых любая статистика превращается в оторванные от жизни колонки цифр. Однако для тоталикратии нет жизненной необходимости в точном знании экономических пропорций воспроизводства, как и в самом принципе экономичности. Она обеспечивает свои цели (подготовка войны и мировой революции, роскошный образ жизни), невзирая на затраты, любой ценой — ведь платит ее не она, а народ.

Что касается расходов на мировой революционный процесс, то подсчитать их даже приблизительно невозможно. Здесь можно вылавливать лишь отдельные факты. Например, форпост социалистической революции на Кубе стоил советскому народу не менее 5 млрд. долл. в год, или на 100 млрд. руб. ширпотреба по тогдашним внутренним ценам. А Вьетнам, Ангола, Эфиопия и т.д.! А зарубежные революционные партии, течения и группы, «борющиеся с империализмом»! А многолетняя подкормка европейских стран — членов бывшего СЭВ с целью укрепления социалистического блока! А продажа оружия в долг без возврата «прогрессивным» режимам! Характерно, что львиная доля «помощи» фигурировала не в виде прямых передач денег (советские бумажнь1е рубли мало кому нужны), но в качестве продажи собственных экспортных товаров по цене в несколько раз ниже стоимости, при покупке взамен неходовых товаров по цене, во много раз выше стоимости. Так, СССР продавал Кубе нефть значительно дешевле мировых цен, а ее сахар (на мировом рынке неходовой товар) покупал по цене, в 5—7 раз превышающей мировую.

Любопытно, что в западных странах Европы есть множество предприятий легкой промышленности, контролируемых местными коммунистами, особенно в Австрии, Италии, Франции, При импорте продукции этих предприятий в СССР использовалась возможность субсидирования зарубежных компартий через завышение цен на поставляемую ими продукцию.

Относительно роскошного уровня жизни верхов (официальных или теневых) в прессу попадают отрывочные сведения. Немало тайн раскрыло опубликование конфиденциальной информации в последнее время. Иногда тайные боссы живут роскошнее официальных. Так, один из узбекских мафиози построил лифт, поднимающий автомобиль прямо в кабинет.

Быстрое крушение тоталитарных режимов в Восточной Европе привело к обнародованию поистине потрясающих данных. Например, если болгарский король Михаил имел 4 резиденции для загородного отдыха, то коммунистический лидер Болгарии Тодор Живков — 30 резиденций. Высшее советское партийно-государственное руководство обслуживало 48 персональных пассажирских лайнеров с экипажами и прислугой на борту, готовых взлететь в любую минуту. Нормально, когда президент страны имеет персональный гражданский самолет, а министр обороны — персональный военный. Но если 48й по рангу гражданский руководитель страны имеет персональный пассажирский лайнер, то это беспардонное расточительство народных средств!

Деформация пропорций воспроизводства и законы анти экономичности. С учетом полной ненадежности статистической информации можно дать лишь самую общую картину деформации пропорций так называемого социалистического воспроизводства в бывшем СССР. Если представить их в виде каркаса экономического здания, то он окажется растянутым, вдавленным в одних местах так, что потолок почти соединился с полом, а в других местах крыша запущена ракетоносителями в космос, а пол во многих комнатах покрыт толстой коркой льда, зато в других помещениях невыносимо жарко.

Деформация экономических пропорций воспроизводства происходит под влиянием двух основных групп факторов:

1) цели тоталикратии — мировое господство и роскошная личная жизнь;

2) политики министерств и ведомств, опирающихся на свою порцию власти в системе тоталикратии и вырывающих из общего котла инвестиций ресурсы для расширения именно своих отраслей хозяйства.

В воспроизводстве тоталитарного типа действуют два особых закона анти-экономичности. Первый — это его деформация в результате целевых установок и корыстных действий тоталикратии; второй — это развертывание пропорций воспроизводства по инерции («наезженной колеи»), что связано с не разворотливостью централизованной плановой экономики.

В результате действия второго закона каждая единожды внедренная в воспроизводство деформация начинает воспроизводить себя год от года на расширенной основе, что в конечном итоге приводит все тоталитарное воспроизводство к краху. Он наступает в момент, когда накопление деформации не позволяет обеспечить даже минимум средств к существованию основной массе населения.

Таким образом, второй закон анти-экономичности воспроизводства тоталитарного типа — это также его генезис по направлению к неизбежному краху.

Что касается конкретных диспропорций тоталитарного планового воспроизводства, с учетом их неоднократного упоминания в средствах массовой информации по отдельности, ограничимся перечислением наиболее существенных из них:

1.            Крайне недостаточное производство продовольственных и промышленных товаров народного потребления, жилья, слабое развитие сферы обслуживания и досуга при флюсовом преобладании производств, обеспечивающих военно-промышленный комплекс.

2.            Даже при мизерном уровне зарплаты колоссальный избыток денежной массы у населения по сравнению с ее товарным покрытием.

3.            Бедственное положение на транспорте как в результате его замедленного развития (в дореволюционной России было построено примерно столько же железных дорог, сколько за все годы.

Если в рыночном хозяйстве речь идет об экономических законах то в условиях планового тоталитаризма можно вести речь в одних случаях о деформации (извращении) этих законов, в других случаях — о законах анти-экономичности или анти-экономических законах советской власти), так и в результате изношенности (разрушение покрытия автомобильных дорог и т.п.), диспропорций внутри самого транспорта (нехватка запчастей и т.д.).

4.            Недоразвитость сети складского хозяйства, что в сочетании со слабостью транспорта приводит к колоссальным потерям (гибнет, например, около одной трети сельскохозяйственной продукции, под открытым воздухом приходит в негодность неустановленное оборудование на миллиардные суммы).

5.            Многолетняя «экономия» на охране окружающей среды привела народное хозяйство к дилемме — существенно сократить объемы производства сырья и материалов или окончательно загубить природу и все народы страны.

6.            Вследствие форсирования нового строительства и волевого изъятия амортизационных отчислений, действующих предприятий на финансирование новостроек, почти весь экономический потенциал (от заводов до коммунального хозяйства) в обжитых районах страны доведен до крайней степени износа (часто до состояния рухляди), в то время как за Уралом создано много дорогостоящих, гигантских предприятий, менее чем на половину обеспеченных рабочей силой.

7.            Подорванность жизненности народа, рождение миллионов детей с большими дефектами здоровья, сокращение рождаемости, заметное постарение населения стран СНГ (пенсионеров уже более 60 млн. человек) обусловливают крайне неблагоприятное обеспечение трудовыми ресурсами дальнейшего экономического роста.

8.            Длительное финансирование образования и культуры по остаточному принципу привело к резкому снижению качества рабочей силы (многие рабочие способны выполнять лишь самые грубые и неквалифицированные работы; не случайно на территории бывшего СССР ручным трудом занято 50 млн. человек из 130 млн. занятых в общественном производстве).

9.            Накопление огромного количества устаревшей техники привело к созданию гипертрофированно разросшейся ремонтной промышленности, с миллионами занятых в ней и техникой подчас более молодой, чем в среднем по народному хозяйству.

10.          Техническая отсталость большинства отраслей народного хозяйства, при катастрофическом отставании отраслей, работающих на потребности населения.

11.          Неразвитость системы связи в стране, очень слабая компьютеризация при крайне неэффективном ее использовании.

12.          Хроническое отставание сельского хозяйства.

13.          Ориентация экспорта на сырье и энергоносители.

14.          Неупорядоченность и разношерстность импорта (кроме импорта продовольствия на 20 млрд. долл. в год) по причине закупок главным образом того, что удается навязать внешнеэкономическим чиновникам благодаря их подкупу (закупленное оборудование за рубежом часто простаивает либо потому, что оно оказалось ненужным, неукомплектованным, либо по причине отсутствия должной квалификации у рабочих и инженеров").

15.          Выделение ресурсов на социальную сферу по остаточному принципу привело ее отрасли в жалкое состояние (достаточно вспомнить о здравоохранении).

16.          Все охарактеризованные выше диспропорции, словно горизонтальные линии, пронизаны линиями вертикальными — диспропорциями на каждом рабочем месте, предприятии, в объемах производства и потребности в конкретных продуктах.

Принцип полезной отдачи в пределах самого узкого звена. Вся масса накопленных диспропорций воспроизводства в тоталитарном обществе приводит в действие особый закон анти-экономичности, состоящий в сокращении полезной конечной отдачи при расширяющемся потреблении всех факторов производства.

Истории явлен особый тип воспроизводства, расширенного по потребляемым ресурсам и суженного по удельной полезной отдаче по отношению к этим ресурсам. Как только сокращается возможность расширения факторов производства (истощение природных ресурсов, замедление прироста населения в трудоспособном возрасте), относительное (удельное), сокращение конечной отдачи переходит в ее абсолютное сокращение. Экономика вступает с этого момента на финишную прямую, заканчивающуюся пропастью. К этой прямой советская экономика подошла в середине 80х годов.

В основе сокращения полезной отдачи экономики лежит принцип наиболее узкого звена, действующий лишь в условиях диспропорциональной экономики и осуществляющий своеобразное возмездие за расточительность и дисбалансированность, заставляя хозяйственных руководителей и весь народ серьезно заняться оздоровлением народного хозяйства.

Что представляет из себя этот принцип конкретно? Допустим, на 100 тракторов затрачено металла в 3 раза больше, чем это необходимо при их современной конструкции, а не конструкции, ориентированной на накручивание стоимостного вала. Из этих 100 машин 25 простаивают изза нехватки запчастей и еще 25 изза нехватки трактористов. Из числа 50 работающих тракторов 14 оказались лишними в одном колхозе, а в другом не хватило этих 14 тракторов. Итак, по-настоящему работали только 36 тракторов. Урожай, выращенный и собранный с их помощью, при транспортировке и хранении уменьшился на одну треть. Соответственно на треть уменьшилась и конечная отдача этих 36 тракторов, что без потерь урожая эквивалентно работе с полной отдачей только 24 тракторов. Эта работа имеет свою стоимость. Уменьшим ее на стоимость лишнего металла, затраченного на изготовление тракторов, стоимость горючего, сжигаемого излишне мощным и неэкономичным двигателем. В итоге останется стоимость, эквивалентная работе всего 5 тракторов, произведенных и эксплуатируемых по мировым стандартам; тоталитарная плановая экономика при этом затрачивает ресурсов на производство 100 тракторов.

Самоедское воспроизводство. Воспроизводство в тоталитарном обществе со временем приобретает все более самоедский характер, что было показано выше. К началу 90х годов само поедание экономики вступило в критическую фазу. Это значит, что чем больше люди работают, тем ниже становится их жизненный уровень, тем больше истощаются природные ресурсы и загрязняется среда обитания.

Представим нижеследующий вариант (автор ни в коем случае не призывает следовать ему на практике, но приводит его для того, чтобы показать всю абсурдность самоедской тоталитарной экономики). На двух третях территории страны прекращается всякое производство; оставшаяся треть территории сдается в аренду иностранным фирмам при условии жесткого соблюдения экологических норм на уровне мировых стандартов; все советские люди поголовно прекращают работать и живут только на арендную плату в инвалюте за одну треть территории. В такой ситуации жизненный уровень народа сразу же повысился бы в несколько раз. Во сколько же раз можно повысить уровень жизни народов нашей страны, если предоставить им свободу творческого труда, освобожденного от пут тоталитаризма!

Экономический рост и синергетический эффект. Устойчивое экономическое развитие отдельных стран и всей человеческой цивилизации в целом не совместимо не только с таким ростом производства, который осуществляется в антагонистическом противоречии с экологическими принципами и нормами, но также и с застоем производства или его вялым ростом. Застой неизбежно приводит к деградации, которая рано или поздно заканчивается полным крахом. Ведь подлинная жизнедеятельность возможна только на основе полного напряжения сил. Это справедливо как по отношению к отдельному человеку, так и обществу в целом и его структурным подразделениям. Однако интенсивное использование ресурсов экономической жизнедеятельности не совместимо с искусственным (произвольным) ограничением роста производства, хотя именно в таком ограничении многие видят обязательное условие, позволяющее человечеству избежать экологического коллапса.

Некорректная формулировка проблемы (в данном случае ограничение экономического роста ради предотвращения экологического коллапса) не совместима с ее решением. По нашему представлению, проблему нужно формулировать иначе: переориентация с количественного экономического роста на качественный, причем на основе всесторонней экологизации производства и образа жизни.

В экономической теории давно различают экстенсивный и интенсивный экономический рост, соответственно экстенсивное и интенсивное общественное воспроизводство. Наше выделение качественного и количественного экономического роста отчасти соответствует понятиям интенсивного и экстенсивного расширенного воспроизводства.

Однако понятие качественного экономического роста превосходит понятие интенсивного расширенного воспроизводства (роста):

Во-первых, интенсификация может осуществляться в рамках того же самого качества, в то время как качественный рост предполагает переход к более высокому уровню качества.

Во-вторых, качественный экономический рост охватывает не только процесс производства, но и все сферы экономической деятельности (также и обмен, распределение, потребление), причем в ракурсе целевой ориентации жизнедеятельности личности и общества.

При этом заметим, что процесс общественного воспроизводства имеет два аспекта:

а) взаимодействие и взаимо-переплетение производства, обмена, распределения, потребления;

б) непрерывный процесс возобновления воспроизводства. В экономической литературе и хозяйственной практике интенсификация общественного воспроизводства всегда понималась именно в качестве интенсификации процесса постоянного возобновления производства на расширенной основе. Интенсификация взаимодействия 4х сфер воспроизводства оставалась принтом в тени.

В-третьих, понятие качественного экономического роста предполагает интеграцию в единое целое процессов духовно-информационного и материального производства, а, также многогранной деятельности по экологическому возрождению планеты, с учетом не только экологии биосферы, но и экологии ноосферы.

Качественный экономический рост, как элемент развития, всегда имел место на протяжении всей истории человечества, однако до середины XX века доминировал не он, а количественный рост. Во второй половине XX века стал усиливаться качественный экономический рост, который стал интенсифицироваться в геометрической прогрессии, но при этом попрежнему остается подчиненным задачам количественного роста, прежде всего роста накопляемого денежного капитала на базе наращивания объемов потребительства, при искусственном взращивании необычайно широкого спектра излишних и часто даже вредных для человека потребностей. Усиление стихийного количественного роста за счет неравномерной и негармоничной интенсификации качественного роста в весьма сильной степени обострило проблемы экономического и экологического развития всех стран без исключения. Именно здесь коренится ускоренное продвижение человечества к экологическому коллапсу, которое становится все более очевидным.

Для более четкого уяснения излагаемой концепции дадим определения количественного и качественного экономического роста.

Количественный экономический рост в аспекте целевой установки характеризуется ориентацией на удовлетворение не только и не столько жизненно необходимых и целесообразных потребностей человека, сколько потребностей личности двух типов:

а) достижения социального статуса и престижа посредством обладания особо дорогостоящими потребительскими благами;

б) удовлетворения все более изощренных потребностей в сфере бытового комфорта (например, симбиоз унитаза и компьютера, фонарь с вмонтированным в него магнитофоном, кроссовки с мигающими фонариками и т.п.).

В аспекте достижения целей количественный экономический рост характеризуется доминирующим развитием сферы материального производства, бытовых и развлекательных услуг, в сравнении со сферой «ноу-хау» (сферой информационных инноваций), так что второе подчинено первому как в ракурсе целевых установок, так и в ресурсном обеспечении. С последним моментом связано то, что денежное богатство сконцентрировано главным образом не в идеях и блоках накапливаемой информации, а в продуктах материального производства, стоимость которых выражена в денежной форме. По мере нарастания количественного экономического роста на протяжении истории цивилизации, денежное богатство начинает все более доминировать над материально-вещественным богатством. При этом для правящей элиты оно становится одновременно и жизненной целью, и основным средством обеспечения власти и собственного элитарного положения в мире. Количественный экономический рост, будучи усилен все еще подчиненным ему качественным экономическими ростом, приводит ко все более возрастающему расходованию невозобновимых природных ресурсов и загрязнению среды обитания.

Качественный экономический рост в аспекте целей ориентирован на кардинальное преобразование потребностей человеческой личности, в направлении превалирования духовного, творчески-созидательного начала, с освобождением процесса личного потребления материальных благ от доминирования элемента престижа. Личное потребление материальных благ и услуг должно служить подлинно комфортному существованию личности, а не ее престижу. Престиж и место в социальной иерархии личности в разумно организованном обществе должны определяться не престижностью потребления, а уровнем творчески-созидательного потенциала и степенью его реализации. Главной целью жизни становится при этом раскрытие личностью своего глубинного творчески-созидательного потенциала, что на порядок снижает значение накопления денежного капитала, которое, по мере доминирования качественного роста над количественным, во все меньшей степени будет выступать как главная цель роста, приобретая значение важного индикатора в системе показателей экономической эффективности, а также инструмента обмена и распределения реальных ценностей (информационных и материально-вещественных). Доминирование качественного экономического роста характеризуется преобладанием производства идей и новой информации над производством материально-вещественных благ таким образом, что и главный фактор экономического развития, и преобладающая часть создаваемых в обществе ценностей представляются, прежде всего, новыми конструктивными идеями, НИОКР, а также достижениями культуры и искусства. Производство материальных благ и услуг при этом в своей подавляющей части передается системе автоматизированных машин и механизмов, включая процесс управления их функционированием. Такая система машин занимает промежуточное положение между ресурсами природы и разумными потребностями человека, функционируя на основе экологически чистых и практически бесконечных энергетических источников (энергия управляемого ядерного синтеза, энергия солнца, приливов, ветра и т.п.) в виде полностью замкнутых технологических циклов, с полной переработкой изношенных средств производства и предметов потребления. Эффективность подобных технологий в решающей степени будет определяться качественным уровнем НИОКР, который, в свою очередь, зависит от степени развития сфер науки й образования, а также культуры и искусства. Последние дают исходный импульс и направление развития науке, технике, образованию.

Полное преобладание качественного экономического роста над количественным объективно приводит к трансформации машинной цивилизации в экологическую цивилизацию, в которой подлинная ценность (истинное богатство) определяется в основном тремя элементами:

1) человеком и организацией общественных отношений;

2) достижениями в сфере Культуры, науки и образования, с учетом доведения их до уровня прикладных НИОКР и производственных технологий;

3) природными ресурсами и экологической чистотой среды обитания. Материальное производство при этом, представленное автоматической системой машин и механизмов, является автоматизированным материальным посредником между природой и научно-технико-технологическими разработками, нацеленными на удовлетворение духовно преображенных потребностей людей. Роль материального производства в экологической цивилизации аналогична роли денежного обращения в нормальном воспроизводственном процессе, т.е. роли посредника между производителями реальных ценностей. Конечно, деньги и денежное обращение могут превратиться и часто превращаются в самоцель. Но то же самое можно сказать и о материальном производстве. Однако и то и другое относится к деформации, а не здоровому проявлению внутренней сущности. Качественный экономический рост не только не противоречит экологическому возрождению планеты, но только он один и способен в полной мере возродить природу. Заметим, речь идет не об умеренном количественном экономическом росте, усиливаемом качественным моментом, а именно о качественном экономическом росте в виде доминанты развития, что является важнейшим признаком экологической цивилизации. Движущей силой качественного роста является духовно преображенная человеческая личность, смысл жизне-существования которой состоит в раскрытии своего глубинного творчески созидательного потенциала (у каждого человека на индивидуальный манер, от прорыва за горизонты научных достижений и до рождения и воспитания детей в духе достойных граждан экологически развитого общества). И именно массовое раскрытие такого потенциала в обществе является главным источником развития производительных сил. Таким образом, цель жизне-существования человека и главное средство ее достижения совпадают в единое целое.

Для обеспечения обоих типов экономического роста (количественного и качественного) необходимы соответствующие инвестиции, главным источником которых в любом случае (помимо фонда возмещения изношенных средств производства) является прибавочный продукт, определяемый обычно «как продукт сверх меры данных общественных потребностей». Однако само существо прибавочного продукта и механизм его образования в двух типах экономического роста различаются кардинальным образом.

В условиях количественного экономического роста прибавочный продукт является результатом эксплуатации труда со стороны класса собственников, принимая на машинной стадии развития общества вид прибавочной стоимости.

Совсем иначе образуется прибавочный продукт в условиях качественного экономического роста, в своей сущности представляя синергетический экономический эффект (Сэф). Сэф представляет собой разницу между интегрированной ценностью (стоимостью) всех факторов производства, воплощенных в готовую продукцию и механической суммой этих же факторов, при условии эффективного их комбинирования в процессе воспроизводства.

Видимо, наиболее доходчивым примером образования Сэф служит маркетинговая ситуация с подбором структуры высеваемого зерна в соответствии с видами выпекаемых хлебобулочных изделий, что дает дополнительный припек, дополнительное количество хлеба возникает как бы «из воздуха», в результате лишь эффективного комбинирования факторов производства.

Выделение особого типа прибавочного продукта в виде синергетического экономического эффекта порождает ряд важных выводов, имеющих принципиальное значение для экономического развития:

Во-первых, предприниматель, эффективно организующий хозяйство, обеспечивает своим трудом значительный Сэф, соответственно не только мелкие, но и крупные частные хозяйства могут обладать капиталом, в том числе и очень крупным (например, Г. Форд в США), который получен не в результате эксплуатации наемного труда, а именно заработан предпринимательской активностью на основе принципа Сэф. Отсюда вытекает несостоятельность марксистского требования об экспроприации всякой крупной и даже средней частнокапиталистической собственности. Частнокапиталистическая собственность, независимо от масштабов, хотя это относится далеко не ко всяким предприятиям, получает полное оправдание в глазах общества на основе Сэф.

Во-вторых, поскольку достижение Сэф кардинальной значимости часто требует массированных инвестиций со значительным сроком окупаемости (десятилетия), часто при отсутствии гарантий получения отдачи в более или менее определенный срок (ядерные и космические исследования, например), необходимо наличие мощного государственного сектора и масштабных государственных инвестиций в ряде отраслей хозяйства.

В-третьих, именно возможности получения Сэф в долгосрочной перспективе являются тем объективным критерием, на основе которого могут быть определены оптимальные пропорции:

а) между государственным и частным секторами в народном хозяйстве страны;

б) между частными и государственными инвестициями;

в) между накопляемой и потребляемой частями национального дохода общества. Для этого экономическими приоритетами российской экономики должны стать не ТЭК й сырьевые отрасли в их ориентации на мировой рынок, а наука, образование, наукоемкие отрасли машиностроения. Соответственно хозяйственный механизм, наряду с рыночным блоком саморазвития, должен включать в себя достаточно мощный блок государственного регулирования, программирования и индикативного стратегического планирования.

В-четвертых, материальным фундаментом массированного распространения Сэф во всем мире являются экологические технологии, экологизирующие не только процесс крупного машинного производства, но и процесс труда человеческой личности. Именно Сэф, в качестве полезного эффекта (результата) качественного экономического роста экологического типа, позволяет соединить в единое целое, при их взаимном усилении, две крайности: быстрый экономический рост и возрождение природы. Следовательно, не накопление денежного капитала, а получение Сэф должно стать главным ориентиром экономического развития человеческого сообщества в качестве альтернативы его уничтожению в экологическом коллапсе.

Сэф объективно является материальным фундаментом для объединения человечества в подлинное содружество наций. При таком векторе развития теряет смысл борьба за рынки энергоносителей и сырья, и рынки сбыта, поскольку главными элементами богатства становятся не энергоносители и сырье, а также деньги, получаемые с рынков сбыта (все это становится в избытке в экологической цивилизации), а синергетический экономический эффект, источником которого являются личности творчески-созидательного типа, число которых в любом народе колеблется в пределах 10—15% населения. Именно такие личности явятся генераторами Сэф. Однако исходя из этого факта было бы ошибочно полагать, будто остальные 85—90% населения являются излишними с позиций получения Сэф. Все дело в том, что без всей массы народа (100% населения) невозможно получить те 10—15% личностей, которые явятся генераторами Сэф. Ведь для личностей создаются соответствующие им биологические организмы в результате генетического творчества природы на протяжении многих поколений. Наивно думать, будто аналогичную роль сможет выполнять генная инженерия. В результате ее экспериментов можно получить узкоспециализированный феномен (По типу прирожденных способностей в виде сверх памяти, в частности, запоминания за один раз нескольких тысяч слов, но в остальном являющихся умственными дегенератами), а творчески созидательную, тем более гениальную (боговдохновенную) личность — никогда. Между прочим, компьютерная техника в идеале, в качественном отношении, является аналогом всеобщего электронного каталога для библиотеки всемирного знания, не более того. Когда компьютерная техника появилась как электронизация потока информации — это было явление качественного роста. Сейчас развитие компьютеризации являет уже преимущественно количественный рост как технический, так и экономический. Утопичны также попытки вытеснить творчески созидательный потенциал человеческого мозга электронным компьютером. Даже согласно данным ряда школ современной физики, подлинные знания Вселенной записаны на невещественных носителях внутри физического вакуума, соответственно и ключи к универсальному могуществу и сверх физическому конструированию следует искать там. Внутрь пустоты не проникнет никакой сверх компьютер или био-роботизированный мозг. Лишь творческий дух человека способен проникать вглубь пустоты (физического вакуума), творя на этой основе новое качество.

А вот уже для массового распространения этого качества необходимо все более высокое развитие компьютерной техники. К сказанному надо также добавить, что каждый народ планеты, особенно великий, по своей специфической природе способен порождать синергетических личностей преимущественно того или иного типа, способных быть генераторами соответствующих типов Сэф. И словно «философский камень» в «алхимии всемогущества» создается в результате соединения всех необходимых химических компонентов, процветание человеческой цивилизации в будущем и в долгой перспективе возможно только на основе создания благоприятных условий каждому народу планеты для выращивания талантов и гениев, чья деятельность приводит к образованию Сэф. А это предполагает полное искоренение вражды между народами, развитие всестороннего сотрудничества между ними в постоянно расширяющемся пространстве экологической цивилизации.

Сэф неизбежно выходит за традиционные рамки экономической науки, что является неизбежным, поскольку и сама экономика все более тесно связывается с развитием творчески созидательного потенциала человеческой личности.



тема

документ Государственный бюджет
документ Финансовая система Российской Федерации
документ Полный финансовый контроль
документ Управление финансами
документ Основные финансовые ресурсы



назад Назад | форум | вверх Вверх

Управление финансами

важное

1. ФСС 2016
2. Льготы 2016
3. Налоговый вычет 2016
4. НДФЛ 2016
5. Земельный налог 2016
6. УСН 2016
7. Налоги ИП 2016
8. Налог с продаж 2016
9. ЕНВД 2016
10. Налог на прибыль 2016
11. Налог на имущество 2016
12. Транспортный налог 2016
13. ЕГАИС
14. Материнский капитал в 2016 году
15. Потребительская корзина 2016
16. Российская платежная карта "МИР"
17. Расчет отпускных в 2016 году
18. Расчет больничного в 2016 году
19. Производственный календарь на 2016 год
20. Повышение пенсий в 2016 году
21. Банкротство физ лиц
22. Коды бюджетной классификации на 2016 год
23. Бюджетная классификация КОСГУ на 2016 год
24. Как получить квартиру от государства
25. Как получить земельный участок бесплатно


©2009-2016 Центр управления финансами. Все права защищены. Публикация материалов
разрешается с обязательным указанием ссылки на сайт. Контакты