Управление финансами
документы

1. Акт выполненных работ
2. Акт скрытых работ
3. Бизнес-план примеры
4. Дефектная ведомость
5. Договор аренды
6. Договор дарения
7. Договор займа
8. Договор комиссии
9. Договор контрактации
10. Договор купли продажи
11. Договор лицензированный
12. Договор мены
13. Договор поставки
14. Договор ренты
15. Договор строительного подряда
16. Договор цессии
17. Коммерческое предложение
Управление финансами
егэ ЕГЭ 2017    Психологические тесты Интересные тесты   Изменения 2016 Изменения 2016
папка Главная » Юристу » Адвокаты и адвокатура

Адвокаты и адвокатура

Адвокаты и адвокатура

Для удобства изучения материала, статью разбиваем на темы:

Внимание!

Если Вам полезен
этот материал, то вы можете добавить его в закладку вашего браузера.

добавить в закладки

1. Формы адвокатских образований в России: история, современное состояние, перспективы развития
2. Новеллы в правовом статусе адвокатских палат
3. Адвокатская этика, как институт права
4. Проблемы института ответственности адвокатов

Формы адвокатских образований в России: история, современное состояние, перспективы развития

Формы адвокатских образований новый юридический термин, использованный законодателем в Федеральном законе «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», для регламентации организационно-правовых форм адвокатской деятельности. Эти формы, несомненно, являются закономерным результатом всего предшествующего развития российской адвокатуры, вместе с тем, существует вероятность их изменения в ближайшем будущем. С этой точки зрения представляется целесообразным выявление тенденций развития форм адвокатских образований, так как любое существенное изменение в этой сфере неминуемо повлечет за собой новое качество всей адвокатуры в России.

Будущее российской адвокатуры во многом предопределено ее историей, которая представляет собой цепь заимствований из западноевропейского законодательства, имеющего своими истоками в целом римское право и римское судопроизводство и адвокатуру в частности. Поэтому отдельные особенности рецепции форм адвокатуры в России, выражавшиеся в отступлениях от иностранного образца, не отменяют очевидного факта: ныне существующие формы адвокатских образований в России являются продолжением процесса развития форм адвокатских образований, начавшегося в Древнем Риме.

Сейчас, в начале ХХІ века, в истории развития форм адвокатских образований в большинстве стран современного мира, испытавших на себе влияние европейских правовых институтов, в том числе адвокатуры, можно выделить три стадии.

Первая стадия учреждение в начале с III века н.э. в Древнем Риме императором Александром Севером коллегий адвокатов, которые стали первой, известной в истории формой адвокатского образования. Их появление было вызвано политической централизацией, необходимостью государственного контроля за отправлением правосудия и неразрывно связанной с ним адвокатурой. Римские коллегии адвокатов являлись формальным объединение лиц, наделенных государством статусом адвоката, без права сословного (корпоративного) самоуправления, без общей организации деятельности своих членов по оказанию юридической помощи.

Вторая стадия становление в средневековых Франции и Англии самоуправляемых коллегий адвокатов и начало постепенного выделения из них самостоятельных адвокатских фирм новых форм адвокатских образований вследствие развития капиталистических форм общественных отношений. Примечательно, что пример свободной французской и английской адвокатуры оставался исключением из общего правила всеобъемлющего государственного контроля за адвокатурой на европейском континенте в целом и в германских государствах в особенности примерно до начала ХІХ века. При этом не вызывает больших вопросов история становления английской независимой от государства адвокатуры. Этот феномен в литературе объясняется условиями политической борьбы в Англии после ее завоевания норманнами. Сложнее вопрос об истоках свободы французской адвокатуры. Обычно исследователи отмечают особый свободолюбивый характер народа, населяющего эту страну, традиции французского красноречия вообще и судебного в частности. Что же касается выделения адвокатских фирм из адвокатских коллегий, то этот процесс до начала ХХ века оставался на периферии внимания исследователей адвокатуры вследствие преобладавшей индивидуальной практики, которая тогда считалась единственно возможной естественной формой адвокатской деятельности.

Третья стадия разделение с начала ХХ века функций самоуправления и организации коллективной или индивидуальной работы адвокатов между адвокатскими ассоциациями или индивидуально практикующими адвокатами и адвокатскими фирмами в США и Западной Европе5. Причиной этой стадии явилось бурное развитие капитализма.

Адвокатура как правовой институт западноевропейского образца появилась в Российской империи в результате судебной реформы, начатой Александром II в в 1864 году. В Западной Европе это было время второй стадии развития форм адвокатских образований, для которой в целом было характерно стремление к расширению адвокатов адвокатского самоуправления и адвокатских фирм выделение из адвокатских коллегий, В России сходные процессы начались в 1864 году и продолжались вплоть до октября 1917 года.

Эти процессы завершились раздельным функционированием адвокатского самоуправления и форм адвокатских образований в начале ХХ века в США и Западной Европе, однако, в России были прерваны в годы советской власти и возобновились лишь в 90-е годы ХХ века. Действующий Федеральный закон об адвокатуре 2002 года законодательно закрепил отделение форм адвокатских образований от органов адвокатского самоуправления. Учитывая изложенное, представляется целесообразным не анализировать деятельность органов сословного (корпоративного) самоуправления, а сосредоточить внимание на развитии форм организации работы адвокатов в России с конца ХІХ века по настоящее время с учетом их сходства и различия с формами адвокатских образований в США и Западной Европе.

353-406 Статьи Учреждения судебных установлений о присяжных поверенных не содержали никакой регламентации форм организации индивидуальной и/или коллективной адвокатской деятельности, в равной степени это касалось и проектов реформирования русской присяжной адвокатуры, разработанных до 1914 года. В связи с этим показательно мнение К Арсеньева.К.: «Корпоративное устройство, данное адвокатуре Уставами 1864 г., сделало возможным ее правильное развитие, но только возможным, не более; воспользоваться своей самостоятельностью адвокатура могла весьма различно, так как закон, создав сословие присяжных поверенных, определил только немногие черты его организации и предоставил все остальное его собственной инициативе».

В книгах по вопросам русской адвокатуры конца ХІХ начала ХХ веков можно найти неоднократные и весьма живописные упоминания так называемых кабинетов адвокатов, располагавшихся чаще всего в квартирах присяжных поверенных. В достаточно большом количестве источников довольно подробно описаны юридические консультации для бедных, создававшиеся советами присяжных поверенных. Подобные консультации просуществовали свыше сорока лет, они открывались как при судах, в том числе в помещениях советов присяжных поверенных, так и на рабочих окраинах городов, работали в них как присяжные поверенные, так и их помощники, в последнем случае эта была форма сословного патроната подготовки стажеров адвокатов.

Аналогично развивалась адвокатура в западноевропейских государствах: наряду с адвокатскими кабинетами существовали консультации для бедных, в которых работали как адвокаты, так и их стажеры. Кроме этого, в Российской империи высказывались предложения об учреждении особой крестьянской адвокатуры, которая бы имела консультационные бюро в сельской местности.

Можно утверждать, что именно юридические консультации присяжных поверенных и их помощников в России стали прообразом советских коллегий адвокатов и их структурных подразделений юридических консультаций.

Вместе с тем в начале ХХ века в России, Западной Европе и США получили развитие адвокатские фирмы, организацию которых некоторые отечественные исследователи сравнивали с капиталистическим предприятием. Создавались эти адвокатские фирмы следующим образом: некий предприимчивый адвокат-патрон привлекал клиентов на свое имя, известное громкими судебными «победами», сначала по делам какой либо одной категории, например, по делам увечных (иски о возмещении вреда здоровью), затем по любой иной категории дел. При этом непосредственную работу в суде выполняли добросовестные адвокаты, приглашенные адвокатом патроном в сотрудники на условиях фиксированной заработной платы, составлявшей 34 процента совокупного годового дохода патрона. Среди последствий такой коллективной организации адвокатской деятельности выделялись следующие: «...как только непосредственная связь между адвокатом и клиентом оборвалась, на смену ей возникла новая, роковая и, быть может, губительная связь между адвокатами, адвокатом-патроном адвокатом и сотрудником. Пагубной эта связь является потому, что очень быстро она переходит в экономическую зависимость последнего от первого. Называя друг друга в разговорном обиходе сотрудниками, в действительности они стоят один к другому в таких взаимных отношениях, которые на экономическом языке определяются, как отношения хозяина к работнику. Между двумя совершенно равными членами сословия, членами одной корпорации, заключается сделка, заключается договор личного найма, в силу которого нанимает один товарищ другого товарища для того, чтобы он за определенную месячную плату или за известное процентное вознаграждение выступал в суде по его делам, писал и подавал по ним различные бумаги. Хозяин принимает заказ, работник его исполняет. Раз Возникшее экономическое неравенство, конечно, всегда найдет благодатную почву для своего дальнейшего развития». Другие последствия, в том числе повышение эффективности работы адвокатов, не анализировались, размер накладных расходов адвоката-патрона не упоминался.

Между тем в это же время в Западной Европе и в США в особенности процесс капитализации коллективных форм адвокатских образований получил большое развитие.

Существовавшие в некоторых штатах сословные учреждения, в том числе образованная в 1871 году коллегия адвокатов Нью-Йорка, призванная «поддерживать честь и достоинство профессии, содействовать отправлению правосудия и наблюдать за добрыми отношениями между членами сословия», не стали препятствием для развития капиталистических отношений в американской адвокатуре.

Эволюция индивидуальной и коллективных форм работы адвокатов в США в достаточной мере прослежена В Пульяновым.З. со времени британского колониального господства на восточном побережье Северной Америки до середины 70-х годов ХХ века. Примерно до конца ХІХ века в США преобладала индивидуальная адвокатская практика, которая стала неуклонно сокращаться с началом ХХ века, когда «процессы концентрации и централизации капитала, монополизации производства и захватили «юридический бизнес». В нем начали выделяться объединения юристов, организованные на началах капиталистических предприятий юридические фирмы», основной целью создания которых стало получение прибыли в процессе оказания юридических услуг. Изменилось и положение индивидуально практикующих адвокатов. Многие из них стали объединяться на различных условиях в небольшие группы по два-три человека, также называемые обычно фирмами. К началу 60х годов ХХ века приблизительно половину всех адвокатских фирм США составляли фирмы из двух партнеров, при этом половина всех американских адвокатов продолжала работать индивидуально. В первой половине 90х годов прошлого века, то есть десять лет тому назад, положение принципиально не изменилось: «в целом в США до половины (а в Нью-Йорке до 70%) адвокатов работает в одиночку. Если к этому добавить большое количество мелких адвокатских фирм, то получится, что 2/3 адвокатов не входят в состав средних и крупных фирм». Американские адвокатские фирмы являются «по существу обычными капиталистическими предприятиями и имеют распространенную в США (в промышленности, в торговле и т.д.) форму «товариществ» или «корпораций», обобщенно называемых фирмами». Обычно при выборе организационно-правовой формы адвокатской фирмы их учредители в первую очередь руководствуются различными режимами налогообложения этих форм.

Отличительной чертой крупных адвокатских фирм США (50 и более юристов) является четко выстроенная иерархия отношений между партнерами фирмы ее сотрудниками и прочими. Идеология этих отношений четко выражена американским адвокатом С. Камблем: «это Партнерство все для адвоката. Когда молодой адвокат приходит в фирму, то первая вещь, о которой он хочет это знать сроки и критерии достижения партнерского уровня. Партнер всегда партнер. Он не уходит и его трудно заставить это сделать... Партнеры делят прибыли и убытки фирмы и связаны с ее судьбой. Они более серьезно относятся к клиентам, часто предпочитающим иметь дело именно с партнерами, которые, соответственно, больше получают с них денег за затраченное время».

Схожие процессы капитализации коллективных форм адвокатских образований протекали в течение всего ХХ века в западноевропейских государствах и, прежде всего, в Англии и во Франции.

Большинство из 64тысячного корпуса английских адвокатов работает ныне в частных фирмах, некоторые из которых имеют 400-летнюю историю. Сохраняющееся разделение английских адвокатов на барристеров и солиситоров отражается и на формах адвокатских образований: барристеры работают индивидуально в своих личных конторах («палатах»), им запрещено создавать товарищества; солиситоры могут объединяться в товарищества, но им запрещено учреждать компании, в Лондоне существуют мега товарищества солиситоров численностью до ста и более человек. В товариществах (партнерствах) солиситоров, как правило, большой квалифицированный персонал, в том числе помощники солиситоров их ученики, то есть служащие, выполняющие свою работу в порядке оплаты за обучение профессии солиситора. Доходы от адвокатской деятельности делятся между солиситорами-партнерами по соглашению между ними.

Аналогичная ситуация сложилась во Франции. В 50-80-е годы ХХ века французские адвокаты могли работать в собственных кабинетах (бюро), а также в составе адвокатского товарищества. С 1992 года формы организации работы адвокатов отличаются многообразием. Индивидуально практикующие адвокаты могут работать как физические лица или единолично учрежденном в товариществе с ограниченной ответственностью. Адвокат вправе заключить контракт о сотрудничестве с другим адвокатом или группой адвокатов. Более того, с 1940 года во Франции существует институт адвоката по найму, работающего у другого адвоката или группы адвокатов. Среди коллективных форм адвокатских образований преобладают ассоциации и гражданско-профессиональные товарищества. Основное отличие этих двух форм, влекущее за собой все остальные отличия, заключается в том, что ассоциаций адвокаты оказывают юридическую помощь лично, а в товариществе таковым лицом является само товарищество. Следовательно, товарищества ориентированы на работу с корпоративными предпринимательскими образованиями, в то время как адвокаты ассоциаций с гражданами. Во Франции есть и иные коллективные формы адвокатских образований, направленные как на содействие организации работы адвокатов в избранных ими формах адвокатских образований, так и предусматривающие различные режимы участия адвокатов в товариществах коммерческого типа.

В целом процессы капитализации форм адвокатских образований, проходившие в течение всего ХХ века и продолжающиеся в настоящее время, в начале ХХІ века, в США и Западной Европе являются закономерным следствием развития капитализма в этих странах, так как индивидуально практикующие адвокаты не могли оказывать эффективную юридическую помощь среднему и крупному бизнесу, на это были способны только коллективные образования адвокатов. В результате адвокатура этих стран приобрела новое качество: с одной стороны, повысился общий профессиональный уровень адвокатов, с другой стороны, коммерциализация адвокатуры стала разрушать ценности бескорыстия и жертвенности адвокатской профессии, при этом труд адвоката стал восприниматься как услуга, а не помощь. В сложившейся ситуации адвокатское сообщество призывает своих членов не рассматривать свою профессию как обычный доходный бизнес, помнить этические принципы профессии. Впрочем, в США одними призывами уже не рассчитывают исправить ситуацию, в некоторых штатах принимаются законы против адвокатов, подстрекающих граждан к подаче различных «глупых» исков, в частности, ограничиваются гонорары адвокатов истцов в делах о врачебных ошибках, ограничиваются суммы компенсаций морального вреда .

Схожие процессы капитализации форм адвокатских образований и, следовательно, коммерциализации адвокатуры возобновились в России в начале 90х годов ХХ века, оставаясь актуальными и ныне. Отклики российских адвокатов на процесс коммерциализации адвокатуры отражают смену поколений в ней, своего рода «конфликт отцов и детей». Конфликт этот носит ментальный характер и предопределен всей историей советских коллегий адвокатов.

По мнению Ю. Хаски советская адвокатура приобрела свои характерные черты в течение первых двух десятилетий советского правления, «с момента формального уничтожения русской адвокатуры в 1917 году и до конца 30-х годов, когда частная адвокатская практика была запрещена законодательно...». Можно выделить пять этапов развития форм адвокатских образований в Советской России с 1917 по 1991 год.

Первый этап, охватывает период с октября 1917 года по июнь 1920 года. Тогда преобладала частная практика в адвокатской конторе из одного человека, обычно расположенной у адвоката дома. Вместе с тем сохранялись юридические консультации, образованные ранее советами присяжных поверенных, а также вновь образуемые союзами адвокатов или государственными коллегиями правозаступников, кроме этого, были попытки создания юридических фирм западного образца.

Второй этап с июня 1920 года по конец 1921 года отражение политики «военного коммунизма» в адвокатуре, характеризовался попыткой построения коллегий обвинителей и защитников, основанных вначале на трудовой повинности дипломированных юристов, а затем на началах добровольной службы в фактически государственной адвокатуре.

Третий этап совпадает с периодом нэпа (январь 1922 конец 1927 года). В это время преобладала частная адвокатская практика и прием доверителей на дому, однако, многие адвокаты совмещали работу с гражданами с проведением консультаций для предприятий и организаций, что оказалось более доходным делом. Кроме того, адвокаты были обязаны регулярно дежурить в юридических консультациях, руководимых коллегиями защитников. Сеть юридических консультаций в крупных городах постоянно расширялась, иногда создавались специализированные консультации для отдельных групп населения, например женщин с детьми, или для подачи советов в той или иной области права. В то же время в сельской местности юридические консультации Ив создавались вследствие бедности основной части крестьянства и нежелания адвокатов переезжать из города в деревню. Впрочем, основной объем юридической помощи адвокатами оказывался частным образом, юридические консультации являлись просто информационными центрами, в которых преимущественно давались советы по общим вопросам гражданского, семейного, трудового права либо бесплатно, либо за чисто символическую плату.

Четвертый этап начался в 1928 году и закончился принятием 16 августа 1939 года Положения об адвокатуре СССР. Это был этап сначала, до 1932 года, добровольной, а затем фактически Принудительной «коллективизации адвокатуры». Сначала стали поощрять образование в коллегиях защитников трудовых коллективов, куда вначале шли малоимущие адвокаты с небольшой частной практикой. Поощрение заключалось в значительном снижении квартплаты и налогов для адвокатов, работающих в коллективах. Работа в коллективе подразумевала назначение адвоката по делу на основании решения правления коллектива с последующей оплатой труда адвоката по одной из систем, принятых в коллективе36, каждая из которых имела целью установление жесткого контроля за доходами адвокатов. К осени 1932 года абсолютное число адвокатов вступили в коллективы исключительно под давлением партийно-государственных инстанций для прикрытия своей частной практики. Адвокатская деятельность стала коллективной по форме, но частной по содержанию. Однако сталинские репрессии 19331939 годов создали в стране атмосферу, при которой частная адвокатская практика стала восприниматься самими адвокатами как явление, не совместимое с советской действительностью, а потому опасное для адвокатов.

Пятый этап продолжался с 1939 по 1991 год. Положение об адвокатуре СССР 1939 года явилось моделью для всех последующих советских законов об адвокатуре. Отныне адвокаты должны были работать в местных юридических консультациях, административно подчиненных президиуму коллегии адвокатов, который наделялся правом определять местонахождение и состав консультаций, назначать их заведующих, осуществлять дисциплинарный контроль в отношении адвокатов, распределять нагрузку между ними напрямую или через заведующего. Таким образом, был реализован принцип единоначалия на уровне основной производственной единицы советской адвокатуры юридической консультации коллегии адвокатов.

Показательно, что «коллективизированная» адвокатура не смогла обеспечить юридической помощью все сельское население: «...в начале 60-х годов в более чем 100 районах РСФСР все еще не было адвокатов».

Такими были советские коллегии адвокатов.

Начавшиеся в конце 1991 года рыночные преобразования в России не могли не отразиться на адвокатуре. Стремительное и массовое обнищание населения в целом по стране, с одной стороны, и развитие предпринимательства, с другой стороны, привели к трем основным последствиям в организации работы адвокатов.

Первое последствие общий кризис юридических консультаций, так называемых традиционных коллегий адвокатов, оказывавших юридическую помощь преимущественно населению, выражавшийся в сокращении количества консультаций и уменьшении среднего заработка работавших в них адвокатов.

Второе последствие появление в Москве, Санкт-Петербурге и некоторых других экономически развивающихся регионах страны так называемых параллельных коллегий адвокатов, созданных с согласия Минюста России в качестве альтернативы традиционным коллегиям и ориентированных, главным образом, на работу с предпринимателями. В результате адвокатура России столкнулась с проблемами «множественности» и «меж территориальности» коллегий адвокатов, отношение к которым было диаметрально противоположным у представителей традиционных и параллельных коллегий адвокатов.

Третье последствие появление адвокатских фирм (бюро) и адвокатских кабинетов в качестве особых структурных подразделений коллегий адвокатов, несмотря на отсутствие подобных форм организации работы адвокатов в действовавшем в тот период времени Положении об адвокатуре РСФСР.

Президиум Московской городской коллегии адвокатов создавал адвокатские бюро в организационно-правовой форме учреждения по инициативе заинтересованных адвокатов МГКА, которые в дальнейшем, работая в них, содержали эти бюро за счет собственных средств. Согласно справочнику адвоката Московских городской и областной коллегий адвокатов МГКА числился в 1861 адвокат, из которых 1523 (82 %) работали в 34 юридических консультациях, а 338 (18 %) в 69 адвокатских бюро, при этом среднее количество адвокатов в консультации составляло 45, а в бюро 5 человек.

Президиум Московской областной коллегии адвокатов создал 61 юридическую консультацию, 19 филиалов юр консультаций, 10 консультационных пунктов и дал согласие на создание 32 спецюрконсультаций, 23 адвокатских фирм, адвокатских бюро 37, 2 адвокатских контор, 1 адвокатского агентства, при этом 55 адвокатских образований имели статус юридического лица (29,4 %) .

Следует отдельно выделить значение монографий, статей и диссертации Барщевского М.Ю. , посвященных созданию в России адвокатских фирм (бюро), которые, несомненно, повлияли на решение многих российских адвокатов начать самостоятельную адвокатскую практику вне юридических консультаций коллегий адвокатов, не удовлетворявшим более в полной мере потребностям развивавшихся общественных отношений. Вместе с тем основная часть российских адвокатов не считала целесообразным создание собственных адвокатских фирм (бюро) по причинам отсутствия экономической базы для этого вследствие преобладающей бедности населения их региона, а также преимущественной работы в качестве защитников по уголовным делам. В условиях редких конфликтов не адвокатов-защитников со следственными органами адвокаты всегда нуждались в поддержке, а порой и защите, со стороны большой корпорации коллегии адвокатов.

На ненормальность ситуации, когда коллегии адвокатов, которые в 90х годах ХХ века, выполняя функции профессиональной ассоциации, также приобрели черты огромной территориальной (межрегиональной) юридической фирмы, указывали многие адвокаты. В частности, Резник Г.М. считал, что «местом работы для адвокатов должны стать не коллегии, а адвокатские кабинеты, товарищества, бюро».

Кроме того, во многом развитию адвокатских фирм способствовала деятельность их конкурентов дипломированных юристов, с конца 80-х годов минувшего века активно создававших свои юридические фирмы или занимавшихся частной юридической практикой как индивидуальные предприниматели без образования юридического лица.

Так или иначе, но именно противоречия внутри самой адвокатской корпорации, прежде всего, привели к тому, что новый закон об адвокатуре был принят, причем «за десять лет судебно-правовых реформ было подготовлено свыше двух десятков проектов закона об адвокатуре (по утверждению некоторых специалистов)». Тем не менее, действующий Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» закрепил разделение функций корпоративного самоуправления в адвокатуре и организации работы адвокатов.

Новый закон предусматривает право адвоката на выбор формы адвокатского образования. Адвокат вправе работать либо индивидуально в адвокатском кабинете, либо коллективно в коллегии адвокатов или в адвокатском бюро, или в юридической консультации, при этом работа в коллегии или бюро может осуществляться в их филиале.

За минувшие два с половиной года с момента вступления в силу закона об адвокатуре статистическая информация о формах адвокатских образований не обобщена в желаемой мере, как по отдельным адвокатским палатам, так и по России в целом, публикации по интересующей нас теме, как правило, журнальные, немногочисленны. Вместе с тем имеющихся материалов вполне достаточно для определенных выводов по наиболее принципиальным, с точки зрения автора, вопросам. Это, в частности, вопрос о наиболее востребованных формах адвокатских образований, вопросы об основных достоинствах и недостатках адвокатского кабинета, коллегии адвокатов и адвокатского бюро, вопрос о проблемах создания юридических консультаций. Именно ответы на эти вопросы демонстрируют существующие тенденции и возможные перспективы развития форм адвокатских образований в России.

Из приведенных статистических данных видно, что преобладающей формой адвокатских образований в целом по России является коллегия адвокатов, адвокатский кабинет также получил большое распространение. Адвокатские бюро создаются, почти исключительно, в крупных экономически развитых городах. Юридические консультации до сих пор не созданы, хотя в большинстве судебных малонаселенных районов страны они должны быть по закону об адвокатуре.

Итак, коллегия адвокатов оказалась самой востребованной формой адвокатского образования в России. Вне всякого сомнения, это объясняется, прежде всего, известным консерватизмом большинства старого адвокатского корпуса, для которого было естественным остаться в своей коллегии, созданной до закона об адвокатуре, и не самостоятельно заниматься организационными вопросами своей деятельности. Вместе с тем нашлись адвокаты, вышедшие из дореформенных коллегий и учредившие свои коллегии адвокатов, причем именно коллегии, а не иную коллективную форму организации своей работы адвокатское бюро. Объяснение этому может быть только одно адвокатское бюро не устраивает таких адвокатов условиями работы в нем по сравнению с коллегией адвокатов.

Партнерские отношения в бюро влекут общую ответственность адвокатов бюро перед доверителями каждого из адвокатов. Это обстоятельство требует особых доверительных отношений между партнерами и эффективной системы взаимного контроля за качеством оказываемой юридической помощи. Подобный взаимный контроль не существует в западных адвокатских фирмах, в них контроль основан на разделении адвокатов на управляющих партнеров и адвокатов, выполняющих поручения контролирующих их партнеров. Зарубежные адвокаты-партнеры привлекают клиентуру, организуют работу фирмы, то есть являются работодателями для адвокатов исполнителей, последние соглашаются на контроль, потому что он обусловлен наличием постоянной работы и высокой ее оплатой, а для партнеров такая организация привлекательна возможностью делить совокупный доход фирмы между собой. В связи с этим не совсем понятно, зачем партнерам российского адвокатского бюро одновременно заниматься своей адвокатской деятельностью и контролировать адвокатскую деятельность других партнеров бюро. Дополнительных доходов это может и не принести, потому что, как только один из партнеров станет постоянно зарабатывать меньше, уменьшится его доля в совокупном доходе бюро. Вероятно, предполагается, что повышенная по сравнению с коллегией адвокатов имущественная ответственность партнеров адвокатского бюро будет способствовать увеличению количества доверителей и, следовательно, доходов партнеров.

Подобная модель адвокатского бюро, основанная на равном статусе партнеров и отсутствии адвокатов-исполнителей, воспринимается как существенный недостаток закона об адвокатуре, так как начинающий адвокат не может сразу работать на равных с опытными адвокатами-партнерами, для этого у начинающего адвоката просто нет необходимых знаний, навыков, умений, да и доверители вряд ли захотят, чтобы с ними работал такой адвокат без контроля адвоката-партнера. В связи с этим в настоящее время в Совете Федеральной палаты адвокатов подготовлены поправки в действующий закон об адвокатуре, направленные на легализацию сложившихся отношений па практике найма на работу одних адвокатов другими адвокатами. Предлагается, в частности, в статьях 1 и 2 закона об адвокатуре закрепить право адвоката участвовать в качестве наемного работника в партнерствах, каковыми являются и коллегия адвокатов, и адвокатское бюро.

Существование таких коллективных форм адвокатских образований, как представляется, будет способствовать решению многолетней проблемы повышения квалификации российских адвокатов. Сама организация командной работы в них на началах конкуренции как внутри адвокатского образования, так и вовне его не оставит шанса малоквалифицированным адвокатам на продолжение работы в этих адвокатских образованиях. Думается, что и стажировка выпускников юридических вузов, желающих стать адвокатами, в таких коллегиях или бюро будет в целом эффективней стажировки у адвоката, работающего в адвокатском кабинете, или адвоката коллегии старого типа, или адвоката, работающего в юридической консультации. Причиной этого станет заинтересованность партнерских коллегий и бюро для адвокатов находить пополнение состава исполнителей, вследствие чего стажировка не будет формальной.

Остается дискуссионным вопрос об оказании юридической помощи коллегией адвокатов или адвокатским бюро от собственного имени. С одной стороны существует распространенное мнение о том, что в этом заинтересованы предприниматели, так как адвокатское образование юридическое лицо надежнее по сравнению с адвокатом, с которого реально мало что можно взыскать в случае неисполнения порученного ему задания по оказанию юридической помощи.

С другой стороны необходимо учитывать налоговые последствия подобной деятельности коллегии или бюро, которые при оказании юридической помощи от своего имени будут платить налоги, не уплачиваемые адвокатами, в частности, налог на добавленную стоимость и налог на прибыль, а также иные имущественные налоги организаций.

Вторая по востребованности форма адвокатского образования адвокатский кабинет, который некоторые адвокаты воспринимают как «высшую организационную форму адвокатской свободы». Организационные и психологические преимущества этой формы вполне очевидны. Вместе с тем эти же преимущества оборачиваются более рискованным характером деятельности в адвокатском кабинете, любая «мелочь», например, самостоятельная налоговая отчетность, требует затрат определенного времени и потенциально может создать большие проблемы. В связи с эти многие адвокаты, работающие в своих кабинетах, стали объединяться в команду по два-три человека в рамках, как правило, документально неоформленного простого товарищества. Так удобнее вместе работать. Нельзя не отметить и существующую ныне возможность для адвокатов, учредивших адвокатский кабинет, переходить на упрощенную систему налогообложения и выплачивать намного меньшие налоговые платежи по сравнению с адвокатами, работающими в коллективных формах адвокатских образований. Последнее обстоятельство может способствовать увеличению количества адвокатских кабинетов за счет уменьшения количества адвокатов в коллективных формах адвокатских образований.

Сложной остается ситуация с юридическими консультациями. Таковые не созданы в России на сегодняшний день по весьма простой причине в бюджетах субъектов Российской Федерации, власти которых и должны инициировать их создание в судебных районах, в которых на одного федерального судью приходится менее двух адвокатов, на это нет средств. Между тем еще при обсуждении проекта ныне действующего закона об адвокатуре в Государственной Думе было известно, что примерно в 200 районах страны вообще нет адвокатов вследствие неплатежеспособности населения,73 которое, тем не менее, по Конституции Российской Федерации имеет право на квалифицированную юридическую помощь, в том числе бесплатную. Многие адвокаты предлагают создать в России государственную (муниципальную) адвокатуру, ссылаясь при этом, в том числе на зарубежный опыт. Впрочем, есть и противники государственной адвокатуры. В результате закон об адвокатуре предусматривает компромиссный вариант работы независимого адвоката в финансируемой государством юридической консультации, который пока остается нереализованным на практике.

Представляется, что существующие тенденции развития форм адвокатских образований в России полностью соответствуют, прежде всего, современному состоянию ее экономики. Продолжение либеральных рыночных преобразований неминуемо вызовет рост партнерских адвокатских образований, уменьшит необходимость создания юридических консультаций. В этом случае российская адвокатура перейдет в качественно новое состояние, сопоставимое с современным развитием адвокатуры в США и Западной Европе. Хотелось бы, чтобы эта возможность была реализована на практике.

Новеллы в правовом статусе адвокатских палат

Вступил в силу Федеральный закон «О внесении изменений в Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

Этим Федеральным законом внесено немало изменений в правовой статус адвокатских палат, являющихся негосударственными некоммерческими организациями, основанными на обязательном членстве адвокатов одного субъекта Российской Федерации.

Согласно ст. 29 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатская палата образуется учредительным собранием (конференцией) адвокатов.

Адвокатская палата пользуется всеми правами юридического лица, и государственная регистрация ее в качестве такового осуществляется на основании решения учредительного собрания (конференции) адвокатов и в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц.

Новым Федеральным законом внесены изменения в ст. 29 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Эта статья дополнена пунктом 71 следующего содержания:

«Адвокатская палата не подлежит реорганизации. Ликвидация адвокатской палаты субъекта Российской Федерации может быть осуществлена на основании федерального конституционного закона об образовании в составе Российской Федерации нового субъекта в порядке, который устанавливается федеральным законом».

Первая существенная новелла касается того, что адвокатская палата не подлежит реорганизации.

Однако, согласно ст. 57 Гражданского кодекса Российской Федерации реорганизация любого юридического лица (слияние, присоединение, разделение, выделение, преобразование) может быть осуществлена по решению его учредителей (участников) либо органа юридического лица, уполномоченного на то учредительными документами. В случаях, установленных законом, реорганизация юридического лица осуществляется по решению уполномоченных государственных органов или по решению суда.

Принимая во внимание пункт 2 ст. 3 Гражданского кодекса Российской Федерации, который трактует: «нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать настоящему кодексу», Федеральный закон «Об адвокатуре и адвокатской деятельности в Российской Федерации» не может содержать норму о том, что адвокатская палата не подлежит реорганизации, как юридическое лицо.

Что касается следующей новеллы Федерального закона ликвидации адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, то законодатель вводит норму о том, что она теперь может быть осуществлена только на основании федерального конституционного закона об образовании в составе Российской Федерации нового субъекта в порядке, который устанавливается федеральным законом.

Это также нарушает принципы гражданского законодательства и ст. 61 Гражданского кодекса РФ, где исчерпывающе перечислены все условия, при которых юридическое лицо может быть ликвидировано.

Как любое юридическое лицо, адвокатская палата имеет свое органы управления, через которые оно приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности.

Статья 30 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» предусматривает, что высшим органом адвокатской палаты субъекта Российской Федерации является собрание адвокатов. В случае если численность адвокатской палаты превышает 300 человек, высшим органом адвокатской палаты является конференция адвокатов. Собрание (конференция) адвокатов созывается не реже одного раза в год и считается правомочным, если в его работе принимают участие не менее двух третей членов адвокатской палаты (делегатов конференции).

Следующие изменения в законе связаны с компетенцией собрания (конференции) адвокатов. Пункт 2 ст. 30 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», содержащий нормы о компетенции собрания (конференции) адвокатов изложен в Федеральном законе «О внесении изменений в Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» в иной редакции. Некоторые из подпунктов этого пункта вообще исключены, некоторые добавлены, некоторые оставлены без изменения.

Так, первая функция собрания (конференции) по формированию совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации и принятию решений о досрочном прекращении полномочий членов совета значительно расширена и в новой редакции выглядит следующим образом:

«Формирование совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, в том числе избрание новых членов совета и прекращение полномочий членов совета, подлежащих замене, в соответствии с процедурой обновления (ротации) совета, предусмотренной п. 2 ст. 31 настоящего Федерального закона, принятие решений о досрочном прекращении полномочий членов совета, а также утверждение решений совета о досрочном прекращении полномочий членов совета, статус адвоката которых был прекращен или приостановлен».

Итак, к функции формирования совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации закон добавил:

«избрание новых членов совета и прекращение полномочий членов совета, подлежащих замене, в соответствии с процедурой обновления (ротации) совета, предусмотренной п. 2 ст. 31 настоящего Федерального закона, а также утверждение решений совета о досрочном прекращении полномочий членов совета, статус адвоката которых был прекращен или приостановлен».

Вторая функция собрания (конференции), а именно утверждение порядка определения норм представительства и порядка избрания делегатов на конференцию, исключена.

Третья функция избрание членов ревизионной комиссии и избрание членов квалификационной комиссии из числа адвокатов, осталась без изменения.

В четвертой функции собрания (конференции) адвокатов, вместо избрания делегатов на Всероссийский съезд адвокатов теперь читаем: избрание представителя или представителей на Всероссийский съезд адвокатов (далее также съезд).

Пятая функция, определение порядка направления адвокатов для работы в юридических консультациях исключена.

Без изменения остались шестая, седьмая, восьмая, девятая и одиннадцатая функции собрания (конференции) адвокатов:

- определение размера обязательных отчислений адвокатов на общие нужды адвокатской палаты;

- утверждение сметы расходов на содержание адвокатской палаты;

- утверждение отчета ревизионной комиссии о результатах ревизии финансово-хозяйственной деятельности палаты;

- утверждение отчетов совета, в том числе об исполнении сметы расходов на содержание совета;

- определение места нахождения совета.

Десятая функция утверждение регламентов собрания (конференции) адвокатов, совета и ревизионной комиссии, в законе приняла усеченный вид и звучит теперь: «утверждение регламента собрания (конференции) адвокатов».

Двенадцатая функция утверждение штатного расписания аппарата органов адвокатской палаты также исключена.

Тринадцатая функция: «установление мер поощрения и видов ответственности адвокатов» уточнена и выглядит следующим образом: «установление мер поощрения и ответственности адвокатов в соответствии с кодексом профессиональной этики адвоката».

Эта уточненная норма делает ссылку на Кодекс профессиональной этики адвокатов, который был принят 31 января 2003 года первым Всероссийским съездом адвокатов, где в ст. 1 закреплено, что кодекс профессиональной этики адвоката устанавливает обязательные для каждого адвоката правила его поведения при осуществлении адвокатской деятельности на основе нравственных критериев и традиций адвокатуры.

Изменения в Федеральном законе «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» также касаются деятельности коллегиального, исполнительного органа адвокатской палаты совета адвокатской палаты.

Пункт 2 ст. 31 фактически является новым и теперь выглядит следующим образом:

«Совет избирается собранием (конференцией) адвокатов тайным голосованием в количестве не более 15 человек из состава членов адвокатской палаты и подлежит обновлению (ротации) один раз в два года на одну треть. При этом положения пункта 6 статьи 41 настоящего закона не применяются. При очередной ротации президент адвокатской палаты вносит на рассмотрение совета кандидатуры членов совета на выбытие, а также кандидатуры адвокатов для замещения вакантных должностей членов совета адвокатской палаты. После утверждения советом адвокатской палаты представленные президентом кандидатуры вносятся на рассмотрение собрания (конференции) адвокатов для утверждения. В случае если собрание (конференция) адвокатов не утверждает представленные кандидатуры, президент адвокатской палаты вносит на утверждение собрания (конференции) адвокатов новые кандидатуры только после их рассмотрения и утверждения советом адвокатской палаты.»

Эти вышеперечисленные новеллы, касающиеся процедур утверждения кандидатур для замещения вакантных должностей членов совета адвокатской палаты, отвечают возникшим потребностям практического применения Федерального закона в процедуре ротации.

Дальнейшие изменения в законе связаны с компетенцией совета адвокатской палаты.

Пункт 3 ст. 31 Федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон “Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» изложен в иной редакции.

Первая функция совета адвокатской палаты: «избрание из своего состава президента адвокатской палаты сроком на четыре года и по его представлению одного или нескольких вице

президентов сроком на два года, определение полномочия президента и вице-президентов...» дополнена следующим содержанием: «При этом одно и то же лицо не может занимать должность президента адвокатской палаты более двух сроков подряд».

Вторая функция совета адвокатской палаты: «определение нормы представительства на конференцию» дополнена следующим содержанием: «определяет порядок избрания делегатов».

Третья функция: «обеспечение доступности юридической помощи на всей территории субъекта Российской Федерации, в том числе юридической помощи, оказываемой гражданам Российской Федерации бесплатно» дополнена и изменена следующим образом: “в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом. В этих целях совет принимает решения о создании по представлению органов государственной власти субъекта Российской Федерации юридических консультаций и направляет адвокатов для работы в юридических консультациях в порядке, установленном советом адвокатской палаты”. Эта функция в расширенном виде перешла от компетенции собрания (конференции) адвокатов к ведению совета адвокатской палаты.

Четвертая функция полностью осталась в том же неизменном виде: «определение порядка оказания юридической помощи адвокатами, участвующими в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда, и в иных случаях; доведение этого порядка до сведения указанных органов, а также адвокатов и контроль исполнения его адвокатами».

Пятая, шестая, девятая, десятая, одиннадцатая, тринадцатая, четырнадцатая функции также не изменились:

- определение порядка выплаты вознаграждения за счет средств адвокатской палаты адвокатам, оказывающим юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно;

- представление адвокатской палаты в органах государственной власти, органах местного самоуправления, общественных объединениях и в иных организациях;

- рассмотрение жалоб на действия (бездействие) адвокатов с учетом заключения квалификационной комиссии;

- защита социальных и профессиональных прав адвокатов;

- содействие обеспечению адвокатских образований служебными помещениями;

- организация информационного обеспечения адвокатов, а также обмен опытом работы между ними;

- созыв не реже одного раза в год собрания (конференции) адвокатов, формирование их повестки дня;

- распоряжение имуществом адвокатской палаты в соответствии со сметой и с назначением имущества.

Седьмая функция: «содействие повышения профессионального уровня адвокатов» дополнена: «в том числе утверждение программ повышения квалификации адвокатов и обучения стажеров адвокатов, организация профессионального обучения по данным программам». Это нововведение является особенно актуальным, т. к. сейчас в адвокатуре с момента принятия закона в 2002 году имеется тенденция к приближению к европейским стандартам организации адвокатуры, к увеличению авторитета профессии адвоката среди населения, повышению профессионализма среди адвокатов. Все это практически невозможно без четкой организации периодического повышения квалификации адвокатов и обучения стажеров адвокатов, организации профессионального обучения адвокатов.

Двенадцатая функция совета изменена и вместо слов «занятие методической деятельностью» закреплено «осуществление методической деятельности».

Абсолютно новыми функциями совета адвокатской палаты, которые введены законодателем в ст. 31 Федерального закона «Об адвокатуре и адвокатской деятельности в Российской Федерации», являются:

- утверждение регламентов совета и ревизионной комиссии, штатного расписания аппарата адвокатской палаты;

- определение размера вознаграждения президента и вице-президентов, других членов совета адвокатской палаты и членов ревизионной комиссий в пределах утвержденной собранием (конференцией) адвокатов сметы расходов на содержание адвокатской палаты;

- ведение реестра адвокатских образований и их филиалов на территории соответствующего субъекта Российской Федерации;

- дача в пределах своей компетенции по запросам адвокатов разъяснения по поводу возможных действий адвокатов в сложной ситуации, касающейся соблюдения этических норм, на основании кодекса профессиональной этику.

Следующие изменения касаются п. 8 ст. 31 настоящего федерального закона, а именно: президент и вице-президенты, а также другие члены совета могут совмещать работу в совете адвокатской палаты с адвокатской деятельностью, получая при этом вознаграждение за работу в совете, определяемом не «собранием (конференцией) адвокатов», как это устанавливалось ранее, а советом адвокатской палаты.

Ст. 34 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» определяет, что имущество адвокатской палаты формируется за счет отчислений, осуществляемых адвокатами на общие нужды адвокатской палаты, грантов и благотворительной помощи (пожертвований), поступающих от юридических и физических лиц в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Адвокатская палата является собственником этого имущества.

В соответствии с изменениями в п. 2 ст. 34 закона, к затратам на общие нужды адвокатской палаты относятся в том числе и расходы на оплату труда адвокатов, оказывающих юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно.

Происходит это теперь не на основании решения собрания (конференции) адвокатов, а на основании решения совета адвокатской палаты.

На основании вышеизложенного можно сделать вывод, что в целом все вышеперечисленные поправки, касающиеся правового статуса адвокатских палат, являются той необходимостью, которая вызвана временем и реальными обстоятельствами, в которых функционирует адвокатская палата.

Адвокатская этика, как институт права

Принятый Первым Всероссийским съездом адвокатов Кодекс профессиональной этики, стал еще одним шагом в направлении реализации конституционного права граждан на получение квалифицированной юридической помощи. Безусловно, от морально этического облика адвоката зависит уровень профессионализма и качество предоставляемой им юридической помощи.

До недавнего времени никаких нормативных актов, содержащих положение о профессиональной этике адвокатов, в российском законодательстве не существовало. Единственное упоминание о моральной чистоте и безукоризненном поведении адвокатов, содержалось в ст. 16 Положения об адвокатуре РСФСР 1980 года.

К чести адвокатского сообщества, необходимо сказать, что, несмотря на отсутствие нормативного закрепления этических норм поведения адвокатов, во времена советского и постсоветского периодов, существовало большое количество неписаных норм поведения во взаимоотношениях адвоката с коллегами, доверителями и правоохранительными органами, которые чтились, обсуждались и, самое главное, соблюдались адвокатами. Отдельные этические положения получили закрепления в локальных актах адвокатских образований того времени. И, конечно же, существовал огромный пласт научных трудов, посвященных судебной и адвокатской этике, который способствовал появлению целому научному направлению в этой области.

Кодекс профессиональной этики адвоката был принят Первым Всероссийским съездом адвокатов за основу, что само собой подразумевает его доработку в дальнейшем всем адвокатским сообществом России. Для анализа перспективы развития упомянутого Кодекса необходимо, на мой взгляд, упомянуть об организационных особенностях российской адвокатуры последних лет. Речь пойдет о параллельном устройстве адвокатуры.

Возникновение параллельных коллегий было вызвано объективными процессами в экономической и политической жизни общества. Принятые на основании Конституции СССР Закон СССР «Об адвокатуре» и Положение об адвокатуре РСФСР, позволили, с согласия Министерства юстиции СССР, создать указанные параллельные коллегии адвокатов. Пришедшие в них новые специалисты высокого класса очень скоро укрепили свои позиции и составили достойную конкуренцию адвокатам традиционных коллегий.

Создание параллельных коллегий соответствовало действующему законодательству Их деятельность убедительно показала своевременность разрешения Минюста на их образование.

Но вместе с тем, отсутствие единых организационных и дисциплинарных структур, единых требований к кандидату на статус адвоката и отсутствие морального ценза способствовало проникновению в адвокатуру негативных явлений, а именно появлению «недобросовестного адвоката».

Очень часто, в своих публичных выступлениях и в печати, некоторые представители адвокатского сообщества позволяют себе пренебрежительные высказывания в отношении адвокатских образований, созданных не из традиционных коллегий, ставя под сомнение законность их возникновения и объявляя главными нарушителями этических традиций адвокатуры.

Подобные высказывания бросают тень на все адвокатское сообщество:

Во-первых, для обычного человека, неискушенного в вопросах организационно-структурных особенностей адвокатуры (а это подавляющее большинство наших доверителей), ясно только одно, российская адвокатура имеет изъяны и капканы куда он, наш доверитель, может «угодить» в силу своей неосведомленности в нюансах возникновения того или иного адвокатского образования. Вполне закономерно, что доверия от подобной информации у клиента не прибавится, причем ко всему адвокатскому сообществу. Обидно, что подобное к себе отношение порождается самими же адвокатами.

Во-вторых, обобщенные выпады и обвинения в адрес неопределенного круга адвокатов, напротив свидетельствует о неэтичном поведении самого выступающего.

Более того, подобные заявления нарушают не только этические нормы, предусмотренные Кодексом, но и принцип равноправия адвокатов, предусмотренный ст. 3 Закона. В соответствии с которым, лицо, получившее на основании Закона статус адвоката, становится равноправным членом адвокатского сообщества, независимо от юридического стажа, адвокатской практики и выбранного адвокатского образования, в рамках которого он будет осуществлять свою профессиональную деятельность.

Нарушение указанного принципа, даже путем неопределенных указаний на умаление достоинств адвокатских образований, возникших не из традиционных коллегий, должно наказываться на основании имеющихся в Кодексе положений.

Реформы, начатые в стране в 80-е годы, породили множество негативных явлений в обществе, которые коснулись практически всех сфер общественной жизни. Правовой беспредел привел к потере нравственного и морального сознания человека, жажда наживы вытеснила из сознания человека ценностные ориентиры и этические нормы взаимоотношений между людьми. Именно эти явления способствовали появлению «недобросовестного адвоката». Обвинять же в этом определенные адвокатские образования, более чем неразумно, и, скорее всего, эти высказывания похожи на желание очернить конкурента, нежели на праведное негодование.

Получив все необходимы законодательные предпосылки, адвокатское сообщество должно поставить перед собой цель формирования положительного общественного мнения о себе. Без этого не будет продолжения успешного реформирования российского законодательства.

Для начала необходимо положить конец раздорам внутрикорпоративным. А у конкретных негативных деяний и явлений должны быть конкретные имена. Набравшийся смелости обвинить своего коллегу в неэтичном поведении, должен набраться смелости назвать его имя.

Адвокатская этика является не только институтом адвокатуры, но и институтом права, который обусловлен особой системой отношений в области применения права и норм морали. Адвокатская этика обладает всеми атрибутами института права, а именно, устойчивой и объективно обособленной группой юридических норм, регулирующей однородные общественные отношения в области профессиональной этики адвокатов, а также образует нормы права в различных его отраслях.

Основными источниками, ориентирующими адвоката на реализацию морально-этических правил и нравственных норм, являются Закон Российской Федерации «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее Закон), а также Кодекс профессиональной этики. Кроме того, этические нормы, обращенные непосредственно к адвокатам, содержатся так же в процессуальном и международном праве.

Так, Советом МБА в Вене, при обсуждении вопроса об увеличении передвижения через границы государств людей, товаров, капиталов, были отмечены, в этой связи, новые задачи, вставшие перед адвокатурой. И были приняты документы, в которых даны рекомендации относительно общих принципов деятельности иностранных адвокатов и ее регулирования. В частности. Совет отметил, что адвокатская практика в стране под влиянием правовой системы, исторических факторов и уровня экономического развития может различаться. В то же время существуют принципы, общие для деятельности всех адвокатов, не противоречащие различиям между ними. Это независимость адвокатской практики, сохранение полной конфиденциальности, недопущение конфликта интересов в адвокатской практике, соблюдение высоких этических стандартов. Совет МБА указал, что иностранный адвокат может допускаться к практике в том случае, если он допущен к адвокатской практике в стране своей юрисдикции; удовлетворяет минимальным разумным требованиям для практики; имеет хорошую репутацию; соблюдает кодекс этики и все другие правила, применяемые к адвокатам в стране иностранной юрисдикции.

Принятый делегациями 12 стран участниц, на пленарном заседании в Страсбурге Общий Кодекс правил для адвокатов стран

Европейского Сообщества, практически отразил в себе сущность общепризнанных правил профессиональной этики мирового сообщества адвокатов. Именно этические правила являются общими и базовыми принципами, которые объединяют адвокатов европейских стран, несмотря на разницу в правовых системах.

Общие принципы лояльности, гуманизма и человечности, которые должны являться основой развитии всего человеческого сообщества, именно эти принципы должны быть приоритетом в деятельности адвоката. Об этом говорит Общий Кодекс, в своей первой статье, указывая, что в правовом обществе адвокату уготовлена особая роль, и, в связи с этим, на него возлагается комплекс обязательств не только правового, но и морального характера.

Как показывает международная практика, именно общепринятые моральные и этические принципы объединяют граждан разных стран, несмотря на разницу в праве, обусловленную историческим развитием. Такое внимание к этическим нормам не случайно, и в дальнейшем эти нормы будут получать свое развитие и нормативное закрепление.

Что же касается соблюдения этических норм, содержащихся в процессуальном праве, то здесь ярким примером будет именно уголовно-процессуальное законодательство. С принятием ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и нового Уголовно-процессуального кодекса РФ, адвокатская деятельность в уголовном судопроизводстве получает свое новое содержание. Произошла заметная трансформация формы уголовного судопроизводства с розыскной на состязательную. Несомненно, новые новеллы Уголовно-процессуального кодекса имеют этическую окраску.

Приведем, к примеру, запрещающие нормы, которые указывают, что защитник не вправе делать:

- отказаться полностью или частично от принятой на себя защиты (п.п. 6 п.4 ст. 6 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре», ч. 7 ст. 49 УПК РФ);

- осуществлять негласное сотрудничество с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность (п.5 ст. 6 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре», ст. 17 ч. 3 Закона «Об ОРД»);

- умышленно срывать, затягивать следственные действия, нарушать порядок проведения следственных и иных процессуальных мероприятий, в которых он участвует, отказываться от участия в них, от подписания процессуальных документов, от ознакомления с материалами дела и т.д. в случаях, когда закон предусматривает обязанность защитника производить указанные действия (ч.2 ст.1, ст. 117, 118, 258 УПК РФ).

Далее необходимо перейти к этическим нормам запретительного характера, содержащимся в ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и Кодексе профессиональной этики адвоката.

Защитник не вправе:

- нарушать требования не только уголовно-процессуального, но и любого другого действующего законодательства при осуществлении защиты (п.п. 1 п.1 ст. 7, п.п. 7 п. 3 ст. 6 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре»);

- принимать от подзащитного, иных заинтересованных в исходе дела поручение в случае, если оно носит заведомо незаконный характер (п.п. 1 п.4 ст. 6 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре»);

- занимать по делу позицию, вопреки воле подзащитного, за исключением случаев, когда защитник убежден в наличии самооговора своего клиента (п.п.З п. 4 ст. 6 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре»);

- делать публичные заявления о доказанности вины своего подзащитного, если тот ее не отрицает (п.п. 4 п.4 ст. 6 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре»);

- разглашать сведения, сообщенные ему подзащитным в связи с выполнением адвокатом своих профессиональных функций, без согласия самого подзащитного (п.п. 5 п.4 ст. 6 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» и др.);

- отказаться полностью или частично от принятой на себя защиты (п.п. 6 п. 4 ст. 6 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре");

- нарушать Кодекс профессиональной этики адвоката (п.п.4 п. 1 ст. 7 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре»).

Эти запреты, не так давно, содержались в общепризнанных этических нормах, теперь нашли свое законодательное отражение.

Обязывающие этические нормы, носят достаточно пространный характер и, безусловно, в дальнейшем будут конкретизироваться законодателем.

Так, п.1 ст. 7 формируя обязанности адвоката, указывает, что он обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми, не запрещенными законодательством РФ средствами. Эти понятия относятся к разряду морально-нравственных категорий и ко всем исполняемым обязанностям адвокатом, а их нарушение будет обозначать ненадлежащее исполнение указанных обязанностей.

Так же категории «честно» и «добросовестно» содержатся в ст. 13 «Присяга адвоката» Закона. Адвокат, только присягая этим принципам приобретает свой статус, а нарушая их он его теряет.

Прекращение статуса адвоката за совершение проступка, порочащего его честь и достоинство, или умаляющего авторитет адвокатуры, и неисполнение, либо ненадлежащее исполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем, а также неисполнение решений органов адвокатской палаты, принятых в пределах их компетенции (п.п. 5,6 п. 1 ст. 17 Закона), являются основаниями, требующими морально-этической оценки. Именно поэтому законодатель в п. 2 этой статьи, предусмотрел особый порядок для принятия решения советом адвокатской палаты, на основании заключения квалификационной комиссии.

Сама процедура рассмотрения дисциплинарных производств в отношении адвокатов, содержащаяся в Кодексе профессиональной этики, требует, на мой взгляд, доработки.

Кодекс профессиональной этики адвоката имеет важное юридическое значение, поскольку при нарушении его положений адвокат привлекается к различным видам ответственности. В последнее время очень активно дискутируется вопрос: является ли Кодекс нормативно

правовым актом? Высказывается мнение, что он является «внутренним корпоративным актом и возлагает обязанности соблюдать его только адвокатами, а также призван определять добровольно принимаемые на себя адвокатами этические правила поведения при осуществлении ими адвокатской деятельности». Такова позиция Министерства юстиции РФ, изложенная в информационном письме Департаментом по вопросам правовой помощи МЮ РФ.

Данная Советом Адвокатской палаты г. Москвы оценка этой позиции Минюста, обоснованно опровергает выводы о том, что Кодекс является внутрикорпоративным актом. Кодекс, принятый во исполнение полномочия, возложенного на Всероссийский съезд адвокатов непосредственно федеральным законом, с целью конкретизации этого закона, безусловно, является нормативно-правовым актом. А в соответствии и по аналогии с Постановлением Конституционного суда РФ № 1П по процедуре оценки конституционности его положений, приравнивается к федеральному закону.

Кодекс профессиональной этики адвоката обладает всеми признаками нормативного акта:

1. Кодекс Принят компетентным органом, т.е. Всероссийским съездом адвокатов, в соответствии с полномочием, определенным ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ». Кодекс, таким образом, является делегированным нормативно-правовым актом. Обязательным признаком делегированного нормативно-правового акта законодательного органа является уполномочие на издание такого акта, прямо указанным в законе органом; вторым очень важным признаком делегированного нормативного акта является невозможность применения первоначального закона, без законодательной деятельности уполномоченного органа (т.е. без выполнения делегированного законодательного полномочия). Так, ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» не может быть полностью реализован без Кодекса профессиональной этики адвоката.

Делегированный нормативный акт, обладающий выше перечисленными признаками, фактически обладает силой закона.

2. Кодекс обладает общеобязательностью. Он, конечно же, как видно уже из первой статьи, устанавливает обязательные для каждого адвоката правила его поведения при осуществлении адвокатской деятельности на основе нравственных критериев и традиций адвокатуры. Но вместе с тем, он распространяется на всех участников правоотношений, которые в них вовлечены. Так, к примеру, правила сохранения профессиональной тайны, на которых строится доверие к адвокату, распространяются не только на адвоката. Они распространяются на всех участников гражданского и уголовного процесса, должностных и заинтересованных лиц. В соответствии с п.10 ст. 6 Кодекса, они так же распространяются на помощников и стажеров адвоката и иных сотрудников адвокатских образований. И это не единственный пример, но мы остановимся только на нем.

Статья 3 говорит о том, что действия настоящего Кодекса распространяются только на адвокатов. Нет сомнения, что это так, и за его нарушения подвергнут наказанию будет только адвокат, а не кто-либо из участников правоотношений. В Законе «О статусе судей в РФ» или в Законе «О милиции», так же содержится мера ответственности определенных категорий должностных лиц. Указанные законодательные акты не вызывают сомнения в нашей подчиненности им, более того они дают нам возможность отстаивать свои права, в случае их нарушения. Чем же в данном случае отличается Кодекс профессиональной этики адвоката? Ведь он так же стоит на защите прав неограниченного круга лиц.

Получается, что адвокатское сообщество, отстаивая свою позицию, пытается быть более ответственным и честным перед обществом, предлагая ему карать себя на основе им самим же изданном нормативном акте. Абсурдная ситуация? Чиновник предлагает «неразумному» адвокату сделать вопрос его личной чести внутрикорпоративной проблемой, а он отказывается от такого «дара»... Но «дар» обманчив, там, где на страже прав не стоит закон, начинается административно-распорядительное засилье бюрократов.

У Кодекса профессиональной этики адвоката очень серьезная перспектива, ведь, по сути, он является нормативно-правовым актом, который творится представителями общества, т.е. адвокатами. Да, мы можем сказать, что любой из законов принимается народными избранниками, но все же речь идет о государственной ветви власти. А вот Кодекс, фактически имеющий силу закона, является выразителем интересов общества. Недовольство государственного чиновника такой перспективой этого нормативно-правового акта, становится вполне объяснимым: формирование противовеса государственному давлению, во все времена и во всех странах вызывало сопротивление со стороны представителей государственного аппарата. Отстоять свой Кодекс чести это дело чести всего адвокатского сообщества.

В этой связи, хочется еще раз подчеркнуть, сколь безукоризненно Кодекс должен соблюдаться всеми адвокатами. Только уважение к нему самих же его создателей, сможет поднять его на должную высоту и закрепить его подлинное положение в системе права.

3. Третий и заключительный признак нормативного акта это обеспеченность его принудительной силой государства. Нет сомнения, что судебная практика пойдет по пути применения Кодекса при разрешении конфликтов, по вопросам адвокатской этики. И тем самым, вопрос о принудительном исполнении этого нормативного акта под контролем государства, разрешается.

Но здесь хотелось бы вернуться к процедуре рассмотрения дисциплинарных производств. По этому вопросу высказывалось много заслуживающих внимания предложений. Разработаны новые редакции статьи 17 Закона, а также есть предложения по усовершенствованию процедурных основ дисциплинарного производства.

Мне же хотелось остановиться на необходимости создания апелляционной структуры на уровне Федеральной палаты адвокатов РФ. Необходимость такой структуры совершенно очевидна. Сделав решение Совета региональной палаты по дисциплинарному производству окончательным актом, где следующей апелляционной инстанцией, оценивающей поведение адвоката, является суд, адвокатское сообщество передало судебным органам создание единой практики по разрешению данной категории дел. А ведь эта практика является неоценимым источником формирования и развития положений Кодекса профессиональной этики адвоката. Разве не логично было бы формировать эту практику не на региональном, а на федеральном уровне самому адвокатскому сообществу, сохранив при этом право обжалования в судебном порядке решения Совета Федеральной палаты адвокатов о дисциплинарном наказании?

На мой взгляд, необходимо нормативное закрепление права адвоката апеллировать к мнению высших органов адвокатского сообщества, в случае несогласия с мерами дисциплинарной ответственности, примененными к нему решением регионального совета адвокатской палаты.

Особо следует оговорить в самом Кодексе процедуру внесения изменений и дополнений в него. Исходя из особенностей возникновения многих адвокатских образований как параллельных, о чем уже говорилось выше, очень важно предусмотреть процедуру всеобщего обсуждения и порядка внесения этих изменений всем адвокатским сообществом. Кодекс должен стать актом, обобщающим все адвокатские традиции и давно устоявшиеся, и привнесенные недавно.

Проблемы института ответственности адвокатов

Надлежащее исполнение адвокатом своих обязанностей гарантируется институтом ответственности.

Об ответственности адвоката можно говорить в широком и в узком смысле.

Об ответственности адвоката в широком смысле можно говорить как о юридической ответственности личности.

В широком смысле институт ответственности представляет собой необходимость для адвоката претерпеть неблагоприятные последствия ввиду как нарушения принятых на себя обязательств или причинения вреда, так и совершения им правонарушения, предусмотренного Кодексом об административных правонарушениях или преступления в случаях, не связанных с оказанием юридической помощи.

В узком смысле институт ответственности представляет собой необходимость для адвоката претерпеть неблагоприятные последствия ненадлежащего исполнения им своих обязанностей по оказанию юридической помощи.

Правоотношение по оказанию юридической помощи состоит из субъективных прав и юридических обязанностей.

Адвоката Юридическая обязанность устанавливается как в интересах управомоченного лица доверителя, так и в интересах государства в целом. Она гарант осуществления субъективного права доверителя на получение квалифицированной юридической помощи.

Слагаемые юридической обязанности адвоката это отдельные долженствования. Важно подчеркнуть, что юридическим содержанием правоотношения по оказанию юридической помощи являются не сами реальные действия сторон, а лишь возможные и должные, т е. предусмотренные законом.

Структура юридической обязанности соответствует структуре субъективного права доверителя адвоката и включает в себя четыре компонента:

- необходимость совершения адвокатом определенных действий;

- необходимость для адвоката отреагировать на обращенные к нему законные требования доверителя;

- необходимость нести ответственность за неисполнение этих требований;

- необходимость не препятствовать доверителю воспользоваться правом на получение квалифицированной юридической помощи.

Этому институту адвокатской деятельности уделяется мало внимания в научных трудах. В нашей стране просто отсутствует практика привлечения адвокатов к гражданской ответственности. Защита прав и законных интересов доверителей должна осуществляться не только адвокатами, как наиболее профессионально подготовленными юристами, но и от непрофессиональных или корыстных действий адвокатов при оказании ими юридической помощи. Проблемы института ответственности рассматривает в своей работе профессор Кучерена А.Г. Он выделяет институт ответственности как элемент правового статуса адвоката.

Рассматривая институт ответственности в узком смысле, необходимо сказать, что адвокат может быть субъектом гражданско-правовой, административно-правовой, уголовно-правовой ответственности и ответственности, налагаемой органами адвокатского самоуправления, которую можно условно определить как корпоративную.

Адвокат несет гражданско-правовую ответственность перед доверителем, поскольку адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем, которое представляет собой гражданско-правовой договор об оказании юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу, заключаемый в простой письменной форме.

Одним из обязательных условий соглашения является размер и характер ответственности адвоката (адвокатов), принявшего (принявших) исполнение поручения. В соответствии с п. 1 ст. 393 Гражданского кодекса РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии со ст. 15 ГК РФ: лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата и повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Вопросам применения к адвокату гражданско правовой ответственности много внимания уделяют во Франции. Научный труд «Ла responsabilite де Iavocat» («Ответственность адвоката») председателя коллегии адвокатов SaintBrieuc господина М. Ив Аврил занимает одно из ведущих мест.

Ответственность адвоката во Франции предусмотрена даже за небольшие оплошности. Закон не оставляет в этом отношении никакого сомнения: члены коллегии адвокатов ответственны за небрежность и за ошибки, совершенные при исполнении своих функций.

Оценка ошибки адвоката производится путем сравнения произведенных действий адвоката и модели, представленной как идеал в критерии хорошего специалиста.

А) Неисполнение адвокатом обязанности по даче совета.

Адвокатский долг дать юридически грамотный совет является частью роли адвоката, как в институте консультирования, так и в институтах представительства и защиты (Ст. 411 из Гражданско-процессуального кодекса Франции устанавливает, что задача оказания квалифицированной помощи в осуществлении правосудия есть долг советовать своему клиенту в выборе правовой позиции); таким образом адвокат, защищающий права и законные интересы, должен избежать неблагоприятных последствий для клиентов.

Ответственность адвоката наступает и ввиду его небрежности, из-за которой его доверитель не получает обещанного адвокатом решения спорного вопроса, если адвокат внимательно изучил материалы дела и информировал доверителя о реальности получения соответствующего решения. Это включает в себя и необходимость следить за соблюдением процедур, как в институтах связанных с судебным производством, так и не связанных. Адвокат обязан точно информировать доверителя о возможных путях решения вопроса и о своих сомнениях в благоприятном исходе дела.

В уголовном судопроизводстве, адвокат несет ответственность за недостаточно убедительное изложение обстоятельств, которые влияют на взятие его подзащитного под стражу.

Это касается и тех случаев, когда адвокат составляет справки или документы в письменном виде.

При составлении справок в письменном виде ответственность адвоката приравнивается к ответственности нотариуса, который неточно составил соответствующий акт. (см. как пример нотариальной ответственности, который может быть распространен на адвоката дающего справку в письменном виде.

Именно в вопросе о составлении справки в письменном виде, адвокат несет ответственность за изложенный материал, который должен быть доступен для понимания его доверителя.

Эта обязанность адвоката по даче юридически грамотного совета должна быть интерпретирована с учетом рисков толкования закона со стороны суда.

Ответственность по этому основанию не наступает, если адвокат давал совет на основе недавно принятого нормативного акта и судебная практика поэтому вопросу отсутствует.

В) Отсутствие в действиях адвоката должной осторожности.

а) По отношению к третьим лицам: адвокат при оказании юридической помощи доверителю несет ответственность за неосторожные действия, причиняющие ущерб третьим лицам. Это может быть случай, когда для обеспечения иска накладывается арест на недвижимое имущество. Адвокат обязан досконально проверить адрес здания. Если адвокат в ходатайстве об обеспечении иска по ошибке неправильно указал адрес объекта недвижимости и получил соответствующий судебный акт, то он должен возместить ущерб лицу, чье право собственности оказалось ограничено.

Адвокат обязан предельно осторожно проявить настойчивость в получении совершать действия от имени своих клиентов, точных инструкций и проверить документы, которые ему представлены.

Адвокат может быть привлечен к ответственности чрезмерными мерами обеспечения против оппонентов своего доверителя.

Адвокат, который в обеспечение иска применил наложение ареста на недвижимое имущество должника, в то время как стоимость движимого имущества покрывает сумму иска и наложение ареста на движимое это имущество было достаточно, подвергается мерам ответственности по этому факту.

б) По отношению к клиентам: адвокат несет ответственность за действия, которые не оговорены в доверенности и на которые он не получил одобрения своего доверителя. Если адвокат обжалует судебный акт не получив согласие на это у своего доверителя, то это считается профессиональной ошибкой.

в) По отношению к контрагентам доверителя: адвокат обязан корректно высказываться в отношении своих оппонентов. Это касается заявлений, сделанных во время интервью, в печати, в телевизионных передачах, в которых адвокат принимает участие.

г) Недобросовестное отношение адвоката к своим обязанностям.

Адвокат, советующий недобросовестно доверителю в возбуждении судебного производства несет гражданскую ответственность.

Ущерб, причиненный доверителю вследствие надлежащего исполнения адвокатом обязанностей в рамках институтов защиты, представительства или консультирования, подлежит удовлетворению. Наличия в материалах дела документов, подтверждающих позицию доверителя не всегда достаточно. Процессуальное законодательство предусматривает действия стороны в ходе судебного заседания. Одно из них судебная речь, в которой адвокатом представляются не только свои аргументы, но и опровергаются аргументы оппонентов".

Адвокат при оказании юридической помощи обязан настоять на предоставлении доверителем всех необходимых документов и других необходимых доказательств, предупредить его о возможных последствиях такого непредставления. Небрежность, проявленная адвокатом в этом вопросе приводит к необходимости возместить ущерб своему доверителю.

Но адвокат не подвергается ответственности за выбор своих аргументов и подготовку документов для обоснования своей правовой позиции. Тем более он не отвечает за вынесенное судом решение.

Таким образом адвокат ответственен за:

  • соблюдение процедуры и за своевременное движение дела по стадиям процесса;
  • обоснование своей правовой позиции;
  • судебные ошибки, которые он совершает;
  • информирование доверителя о развитии своего дела;
  • своевременную подачу ходатайств29. Обстоятельства, способные уменьшить риск ошибки адвоката

А) Поведение клиента.

Возможность совершения адвокатом ошибки значительно уменьшается, когда доверитель имеет юридические знания, и дает точные инструкции своему адвокату.

Доверитель обратился в суд, считая, что адвокат совершил профессиональную ошибку, оказывая юридическую помощь в вопросах сделки с недвижимостью. Парижский суд второй инстанции отказал в просьбе о возмещении убытков считая, что адвокат действовал правильно на основании того, что доверитель являлся специалистом в области недвижимости и имел достаточную квалификацию для того, чтобы не допустить совершение адвокатом ошибки30.

Адвокат, который действовал согласно инструкциям, которые ему были предоставлены доверителем, не может быть обвинен в небрежности.

В) Ходатайства к участникам адвокатской деятельности.

Ошибка, совершенная специалистом или экспертом, привлекаемым для участия в деле, не освобождает адвоката от ответственности за ошибки. Ошибки или небрежность судебного исполнителя, который нарушает нормы об исполнительном производстве, не снимают ответственности с адвоката ввиду того, что адвокат обязан следить за соблюдением сроков.

Величина ответственности за такие действия может быть разделена между адвокатом и специалистом совершенным ошибку.

На основании факта совершенной ошибки адвокатом, независимо от привлечения к дисциплинарной или уголовной ответственности, с адвоката могут быть взысканы судебные издержки (ст. 698 Гражданского процессуального кодекса Франции).

Понятие ущерба.

Для возмещения ущерба необходимо доказать причинную связь между ущербом и адвокатом совершенной ошибкой.

Ущерб может быть оценен и при лишении доверителя возможности обращения в суд ввиду пропуска сроков давности34, либо в случае «потери шанса».

Но как оценивать эту «потерю шанса»?

В случае, когда дело является достаточно сложным и ввиду этого невозможно однозначно сказать о том решении, которое будет принято судом, а в результате принятия решения ощутимо ухудшилось положение доверителя, суд оценивает «потерю шанса».

В других случаях «потеря шанса», оценивается в зависимости от предмета спора, и шанс на положительное решение которого был потерян из-за ошибки адвоката. Если адвокат предупреждал своего доверителя об отсутствии возможности получения положительного решения спора, обращение доверителя за возмещением убытков должен быть отклонен, так как «потеря шанса» считается эквивалентной нулевой или чисто духовной.

Когда юридическую помощь оказывает группа адвокатов, адвокаты несут солидарную ответственность за совершенные ошибки.

Оценка ущерба

Расчет ущерба не зависит от тяжести совершенной ошибки. Но в вопросе о гражданской ответственности адвоката, господин Ив Авриль высказывает мнение, что сумма ущерба может меняться в связи со степенью тяжести совершенной ошибки.

Процедура компенсации

Если ошибка, совершенная адвокатом, нарушает нормы уголовного права, потерпевший имеет возможность предъявлять гражданский иск. Верховный суд Франции отмечает, что по статье 42 Гражданско-процессуального кодекса, иск подается по месту жительства адвоката.

Страховое общество, которое гарантирует ответственность коллегии адвокатов, обязано произвести выплаты за ущерб, причиненный ошибкой адвоката, если не докажет, что адвокат совершил ошибку умышленно.

Все вышесказанное наглядно показывает развитость гражданского общества во Франции, которое в нашей стране находится в зачаточном состоянии. Решение задач, стоящих перед Россией в становлении и развитии гражданского общества, приведет и к переосмыслению роли адвокатуры в этом процессе.

Итогом должно стать повышение правосознания граждан России, как совокупности представлений и чувств, выражающих отношение людей, социальных общностей к действующему или желаемому праву.



темы

документ Юридическая безопасность коллективных субъектов российского права
документ Уголовный кодекс РФ
документ Упрощенная форма досудебного производства
документ Самозащита
документ Гражданин



назад Назад | форум | вверх Вверх

Управление финансами

важное

1. ФСС 2016
2. Льготы 2016
3. Налоговый вычет 2016
4. НДФЛ 2016
5. Земельный налог 2016
6. УСН 2016
7. Налоги ИП 2016
8. Налог с продаж 2016
9. ЕНВД 2016
10. Налог на прибыль 2016
11. Налог на имущество 2016
12. Транспортный налог 2016
13. ЕГАИС
14. Материнский капитал в 2016 году
15. Потребительская корзина 2016
16. Российская платежная карта "МИР"
17. Расчет отпускных в 2016 году
18. Расчет больничного в 2016 году
19. Производственный календарь на 2016 год
20. Повышение пенсий в 2016 году
21. Банкротство физ лиц
22. Коды бюджетной классификации на 2016 год
23. Бюджетная классификация КОСГУ на 2016 год
24. Как получить квартиру от государства
25. Как получить земельный участок бесплатно


©2009-2016 Центр управления финансами. Все права защищены. Публикация материалов
разрешается с обязательным указанием ссылки на сайт. Контакты